Лучи другого солнца - Джей Лия - Страница 2

Она ободряюще улыбнулась, тут же сменив тон на более нежный и чуткий, и потянулась к дочери, собираясь взять ее за руку.

– О, нет, – буркнула Зара, – пожалуйста, только без телячьих нежностей, ма…

Лязг.

Скрежет.

Какие-то куски то ли пластика, то ли металла пронеслись мимо окна. Зара испуганно вскинула голову.

Вспышка. Со встречной полосы, пробив ограду, на них неслась машина.

Вскрик.

Только спустя пару мгновений, когда они уже вырулили вправо, Зарина поняла, что это был ее голос.

Еще одна вспышка. Толчок.

И вот они снова едут по трассе. Шуршание шин, танец деревьев и беззаботное мурлыканье Карины Вдруг. Первой в себя пришла Зарина.

– Плим, что это было? – она испуганно посмотрела на маму.

Сердце все еще гулко билось. Глаза белой пеленой застилал свет фар. Пальцы впивались в обивку сиденья. Она схватилась за него, когда мама резко выехала на обочину, и отпустила только теперь.

– В аварию чуть не попали. И кто таким идиотам права выдает?

Мать фыркнула как кошка, которой недалекие хозяева подсунули прокисшее молоко.

– Почему сразу «идиотам»? – Зарина повела плечом. – Может, человеку плохо стало, кто знает…

– Да это мне чуть плохо не стало! Козел!

Накрашенные губы сжались в недовольную красную линию.

– Вот сейчас вернусь в прошлое, проколю ему шины, чтобы даже не думал за руль садиться! И полицию вызову! Наверняка пьяный. И скорее всего ординар. Видишь, какие они, Зефирка? Развивай свой дар, чтобы не быть как эти… недалекие.

Зарина молча кивнула и потрогала ушибленное плечо. Скорее всего, будет синяк.

– Не стоит утруждаться, – хмыкнула она. – Насчет рогов. Думаю, он и так их себе сломал. И машину помял знатно.

Надеюсь, этот… парнокопытный все же жив.

Посмотреть назад и проверить Зара не решилась.

– Хорошо, хоть наша машина цела… Точно цела? Остановиться бы посмотреть, нет ли повреждений.

– Мам, давай потом! До лагеря три минуты осталось.

– Уже? Странно, а навигатор показывает, что мы сбились с пути.

Зарина бросила недоуменный взгляд на панель и убедилась, что мама права.

– Насколько я помню, скоро будет поворот налево, а за ним въезд в лагерь.

Как раз в подтверждение слов Зары на краю дороги сверкнула табличка «Луч», указывающая нужное направление. Туда и повернула машина.

А где-то позади, на трассе, меж двух сосновых стен блеснула гладь недавно открытого портала.

– Зарина Крылова?

Женщина с очками на плоском носу склонилась над столом. Сборка на ее футболке разгладилась, высвободив эмблему лагеря, – букву «Л» с маленькой «у» в середине.

– Да…

Зара заправила волосы за ухо. Скептический тон этой женщины вселял беспокойство.

Может, все-таки стоило взять документы с собой?

Женщина опять принялась перебирать списки. Темные пряди, выбившиеся из пучка, упали на лоб. Она нетерпеливо отбросила их назад и продолжила сосредоточенно шелестеть страницами. Зарина нервно переступила с ноги на ногу.

– Нашла. Странно, почему их отложили в сторону… – Она посильнее надвинула на нос очки и нырнула в только что найденную папку. – Тут написано, ты не будешь присутствовать на смене по причине болезни.

– Что? – Зарина растерянно уставилась на нее. – Но я совершенно здорова! Я отправила на почту все справки и…

– Да, но… Твоя мама позвонила и сказала, что ты заболела.

– Когда? Она сама привезла меня сюда! – Зара всплеснула руками. Возвращение домой в первый же день смены в ее планы не входило. – Она только что вышла. Такая высокая, в сером пальто, с розовыми волосами и красной помадой. Позвать ее? Я сбегаю! Сейчас, я быстро!

– А, эта? Видела я ее. Она только что подписала все документы. Не надо никуда бежать.

Сотрудница лагеря поспешно выставила руки перед собой, успокаивая Зару. Затем устало вздохнула. Похоже, ей хотелось уже поскорее разделаться с бумагами и чрезмерно активной девчонкой, а затем отправиться смывать литром кофе мешки под глазами.

– Вероятно, со звонком произошла какая-то ошибка. Может, я не расслышала имя или не в ту графу информацию занесла. Столько дел… Еще и эти собрания Меж… – она осеклась, взглянув на Зарину. Та выжидательно барабанила пальцами по ручке чемодана. – Твоя комната 314.

Женщина сняла очки и уставилась на Зару так, будто видела ее впервые и до этого не возилась с ее регистрацией битых полчаса. Она нахмурилась. Светло-серые, почти белые, глаза сузились в две острые щелочки. Зара поежилась от ее пронзительного взгляда и мимоходом отметила, что этот цвет линз ей совсем не идет. Слишком контрастно выглядит на фоне смуглой кожи, даже пугающе.

Брюнетка надела очки обратно и сморщила нос.

– И смени уже эти замызганные армейские башмаки. У нас в «Луче» принято поддерживать чистоту и порядок. Всегда.

Зарина протестующе открыла было рот, но все же промолчала. Надев кроссовки, Зара оставила в обувном шкафчике любимые кожаные ботинки, недавно получившие столь бесславное прозвище, и покатила чемодан к лестнице. Свою комнату она нашла не сразу. Зарине пришлось знатно поплутать по галерее третьего этажа, прежде чем она отыскала табличку «314», прибитую с внешней стороны открытой нараспашку двери.

«Наверное, соседка уже здесь», – подумала Зара.

Однако, войдя внутрь, она обнаружила, что комната пуста. Ни в маленькой прихожей с зеркальным шкафом-купе, ни в спальне с двумя кроватями под стегаными покрывалами не было никаких следов присутствия ее новой соседки.

Что ж… Оно и к лучшему. Можно спокойно разобрать вещи, захватив среднюю полку и кровать у окна.

В лагерях она всегда старалась занять именно это место. У Зарины была особая тяга к подоконникам. Но если нормальные люди обычно использовали их в качестве прикроватного столика, оставляя там вещи, которые вечером было лень нести на место, то Зара любила на них сидеть, лежать, читать, рисовать, спать и порой даже танцевать. В этой комнате подоконник был особенно широким. Зарина решила, что такую роскошь ни в коем случае упускать нельзя.

Она тут же закинула на него рюкзак, а чемодан затащила на кровать. Два звонких лязга бегунка, и вещи посыпались на покрывало, а оттуда – на пол. Зара уже и забыла, что дома набила чемодан до отказа. Закрывать ей его помогал папа. Хорошо, что металл беспрекословно его слушался – молния застегнулась от одного его взгляда, и Заре даже не пришлось садиться на чемодан верхом.

Просто Зара долго не могла решить, какое из трех платьев – а также какой из четырех свитеров и какую из пяти футболок, – ей лучше взять с собой, и в итоге остановилась на том, что все они ей жизненно необходимы. Зная, насколько все обычно плохо с техникой в лагерях, она захватила с собой фен. Ноутбук тоже планировал отправиться с ней в это путешествие, но его пришлось променять на двухнедельный запас сладостей. Все равно смотреть фильмы или зависать в соцсетях у нее здесь времени не будет, это Зара знала наверняка. А вот вкусности наверняка окажутся кстати. Понятное дело, их хранение, употребление и распространение в «Луче», как и в большинстве лагерей, было строго запрещено. Но Зарину, не раз уже имевшую дело с подобной контрабандой, это нисколько не пугало.

Разложив по полкам одежду, Зара принялась мастерски распихивать конфеты по косметичкам и раскладывать мозаикой пачки зефира по второму дну чемодана. И тут в дверь постучали. Зара выругалась, поспешно захлопнула крышку и, натянув на лицо невинную улыбку, крикнула: «Да!»

На пороге появилась миловидная девушка. Ее каштановые с красноватым отливом волосы были заплетены в косу. Светлую рубашку на талии стягивал широкий пояс. Грубые холщовые штаны открывали укороченные сапожки.