Имперский повар 8 (СИ) - Карелин Сергей Витальевич - Страница 8

На кухню из подсобки тяжело вышел Захар. Огромный су-шеф сонно зевал и почесал свою гладкую лысину.

— Доброе утро, шеф, — басом прогудел он. — Кого мы сегодня будем кормить в такую рань?

— Местную знать, Захар. Они там все дружно помирают от магического похмелья. Разжигай плиту. Будем варить солянку.

Захар удивлённо поднял брови.

— Солянку? Этим напыщенным индюкам? Они же привыкли жрать икру серебряными ложками.

— Сейчас им совершенно не нужна икра. Им нужна скорая кулинарная помощь. Доставай все копчёности из большого холодильника. Будем спасать их организмы.

Работа на кухне сразу закипела. Я всегда оставляю на ночь кастрюлю с костным бульоном. Он долго томится на самом слабом огне. Коллаген медленно вываривается из суставов, жидкость становится густой и очень насыщенной. Это идеальная база для любого лечебного супа.

Мы быстро нарезали соломкой копчёную грудинку, куски ветчины и остатки хорошей сырокопченой колбасы. Захар ловко и ритмично шинковал солёные огурцы и репчатый лук. Я обжарил большое мясное ассорти на сковороде. Жир громко шипел и вытапливался. Вся кухня наполнилась плотным запахом натурального копчения.

Затем я добавил густую томатную пасту, огурцы и залил всё это дело кипящим бульоном. Кинул туда горсть маслин и каперсов. В самом конце я щедро сыпанул рубленой зелени и добавил тонкие кружочки лимона. Суп получился густым, огненно-красным и невероятно сытным.

— Разливай по большим стальным термосам, — скомандовал я Захару. — Нарежь чёрный хлеб, подсуши его на гриле и хорошо натри чесноком. И достань из нижнего холодильника два ящика минералки.

Мы приехали к закрытому клубу «Орион» ровно без пяти одиннадцать. Это было пафосное здание с высокими колоннами рядом с поместьем графа. Охрана на входе выглядела мрачной и помятой. Нас пропустили внутрь без лишних вопросов, стоило мне назвать имя.

Картина перед нами предстала весьма жалкая. Сливки общества сидели в кожаных креслах и откровенно страдали. Лица у многих были серо-зелёными. Кто-то тихо стонал, держась руками за виски. Влиятельная баронесса фон Шталь просто лежала на бархатном диване и тяжело дышала.

В самом центре зала суетился барон Свечин. Он и его помощники из «Альянса» торопливо раздавали гостям маленькие стеклянные флаконы с голубой светящейся жидкостью.

— Пейте смелее, господа, — уговаривал всех Свечин. — Это наша новейшая разработка. Экстракт лунного корня быстро восстановит вашу пробитую ауру.

Один тучный барон жадно выпил зелье и тут же позеленел ещё сильнее. Он резко зажал рот рукой и быстро побежал в сторону туалета. Свечин растерянно моргал, глядя ему вслед.

В дальнем углу зала сидел сам граф Яровой. Он выглядел бледным, но держался ровно. Его ледяные глаза смотрели на меня с явным интересом.

Я поставил тяжёлые стальные термосы на большой стол. Захар молча выложил корзины с чесночными гренками и расставил запотевшие бутылки с ледяной водой.

— Доброе утро, господа, — громко сказал я на весь зал. — Ваш завтрак подан.

Аристократы медленно подняли на меня мутные и больные взгляды. Они с ужасом смотрели на глубокие белые тарелки, которые мы с Захаром быстро наполнили солянкой. Густой пар поднимался над столом. Мощный запах мяса, копчёностей и свежего чеснока ударил людям в ноздри.

— Что это за жирные помои? — брезгливо простонала дама в мехах. — Это выглядит как еда для грязных портовых грузчиков. Уберите это немедленно.

— Вы хотите вылечиться или любоваться красивыми тарелками? — спокойно спросил я, глядя прямо на неё. — Ваш организм сейчас похож на сухую выжженную пустыню. Вчерашняя магия сильно отравила вас. Голубые зелья барона Свечина только добавляют новых токсинов в кровь. Вам сейчас нужен честный животный жир, экстрактивные мясные вещества и соль. Именно они быстро запустят ваш остановленный метаболизм и выведут всю отраву.

Барон Свечин возмущённо зашипел, сжимая в руке голубой флакон.

— Вы не лекарь, Белославов. Вы просто наглый кухарь. Вы убьёте уважаемых людей своей жирной похлёбкой. Их желудки не выдержат такой крестьянской тяжести.

Яровой медленно встал со своего места. Он подошёл к накрытому столу, взял ложку и зачерпнул горячую солянку. Все гости мгновенно замерли. Граф отправил суп в рот, проглотил и закрыл глаза.

На его высоком лбу сразу выступила испарина. Густой мясной бульон сработал мгновенно. Горячий жир мягко обволок пустой желудок. Кислота от лимона и солёных огурцов дала мощный пинок спящим рецепторам. Тело графа слегка вздрогнуло. Болезненная бледность начала быстро уходить с его впалых щёк.

Яровой открыл глаза, взял бутылку минералки, открутил крышку и сделал жадный глоток. Потом взял чесночный хлеб и с хрустом откусил половину.

— Это великолепно, — хрипло произнёс диктатор. — Ваша похлёбка действительно возвращает к жизни.

После слов графа местная элита буквально накинулась на еду. Они разом забыли про свой строгий этикет и высокие манеры. Мужчины в дорогих костюмах и женщины в помятых вечерних платьях жадно хлебали мой крестьянский суп. Звон ложек стоял на весь клубный зал. Они с удовольствием закусывали чесночными гренками и запивали всё это холодной газировкой.

Настоящее чудо происходило прямо на моих глазах. Зелёные больные лица быстро становились нормальными. Жалобные стоны полностью стихали. Люди начинали ровно дышать и довольно улыбаться. Базовая физиология тела победила сложную магию с разгромным счётом.

Свечин одиноко стоял в стороне со своими бесполезными светящимися флаконами. Он выглядел полностью уничтоженным. Его могущественный «Альянс» снова проиграл обычным натуральным продуктам. И он ничего не мог с этим поделать.

Яровой снова подошёл ко мне и аккуратно вытер губы белой салфеткой.

— Вы снова сильно удивили меня, повар, — тихо сказал он, внимательно глядя мне в глаза. — Вы спасли этих идиотов от долгих мучений. Но вы сделали им очень больно внутри. Вы заставили их признать свою слабость перед куском обычного варёного мяса.

— Я просто честно делаю свою работу, граф, — спокойно ответил я. — Голодный и больной человек всегда слаб. А я лишь возвращаю правильный природный баланс.

Мы с Захаром собрали пустые термосы и пошли к выходу. Аристократы провожали нас благодарными взглядами. Они смотрели на меня как на настоящего спасителя. Я стал для них неофициальным героем этого тяжёлого утра.

Но я прекрасно понимал одну простую вещь. «Магический Альянс» никогда не простит мне этого публичного унижения. Я нагло забрал у них монополию на здоровье местной элиты. Вчера вечером я сильно ударил по их гордости, а сегодня утром я ударил по их огромным кошелькам.

Наша война за честную еду переходила на совершенно новый уровень.

Третье января началось с густого едкого дыма. Наше кафе трещало от огромного наплыва голодных гостей. Слава о чудесном новогоднем меню и спасительной утренней солянке быстро разлетелась по всей столице. Аристократы и купцы шли к нам сплошным потоком. Они хотели есть нормальную еду без всякой алхимии.

На кухне стояла невыносимая жара. Повара быстро носились между раскалёнными плитами. И тут современная техника начала массово сдавать свои позиции.

Я спокойно стоял у раздачи и отдавал готовые заказы официантам. Вдруг со стороны заготовочного цеха раздался противный треск. Воздух сразу наполнился запахом горелой проводки и плавленым пластиком.

Я быстро подошёл к столу. Миша испуганно смотрел на дорогой столичный блендер. Из-под моторного блока обильно валил сизый дым.

— Шеф, оно само сломалось, — пролепетал Миша. — Я просто взбивал соус для мяса. А он как затрещит на весь цех.

Я аккуратно выдернул вилку из розетки.

— Не трогай корпус голыми руками, там очень горячо.

Я внимательно осмотрел прибор. Пластиковые шестерёнки внутри полностью расплавились от долгой работы. Двигатель безвозвратно сгорел. Эта модная столичная игрушка явно рассчитывалась на лёгкие домашние смузи. Она не подходила для суровых промышленных масштабов моей кухни.