Зверь выбирает тебя (СИ) - Светлая Лана - Страница 16

Самое главное. Клянусь, я пошлю его сразу к чёрту, если он не согласится.

- Мне не нужны ни квартира, ни машина, ни даже драгоценности не нужно дарить. Самое главное условие по поводу Маши… – его бровь изумленно выгибается. – Когда мы расстанемся… – что-то странное мелькает в его взгляде и заставляет меня прерваться на середине предложения. Сглотнув, всё-таки продолжаю. – Когда мы расстанемся, ты позаботишься о том, чтобы моя младшая сестра получала своё лекарство каждый месяц. Я знаю, что ты можешь это сделать. Один звонок главному врачу больницы… для тебя это мелочь, а я буду спокойна. И... – делаю глубокий вдох, – даже если мы расстанемся не… мирно, можешь забрать всё, что подаришь. Можешь даже опять отнять работу у Нади, но ты должен пообещать… что никогда не отзовешь своё слово в плане лекарства для Маши.

- Хорошо. Даю слово, что твоя сестра будет получать его каждый месяц. И если мы расстанемся, – лёгкая ирония звучит в его низком хриплом голосе, – насчёт этого вопроса ты точно можешь не переживать.

Грудь начинает сдавливать, когда до меня доходит, что насмешливо он произнёс не всё. Оборотень этой интонацией только одно слово выделил.

И это слово «если».

Я покрываюсь холодным потом и тут же чувствую в крови выброс адреналина: сердце стучит в груди настолько быстро, что сейчас, кажется, взорвётся.

Разные мысли в голове мечутся, но среди них только одна звучит чаще других.

В каком смысле... ЕСЛИ?!

Он же не может всерьёз думать, что я стану его любовницей навсегда?

19

Алёна

- Основные моменты мы оба озвучили. Все остальные мелочи обсудим потом, – Доронин смотрит на свои наручные часы, после чего недовольно морщится. – У меня пара важных встреч, которые я не могу отменить, поэтому парни отвезут тебя сейчас в мой дом в пригороде…

- Сейчас? – я чуть не подскакиваю с кресла, моментально забывая про свои опасения и вопросы в голове по поводу «если». – В каком смысле сейчас?

Мужчина встаёт с дивана.

- В самом прямом, Алёна. С этой минуты ты… моя, – и снова этот хищный янтарный блеск в глазах оборотня. – А значит, ты переезжаешь ко мне.

- Подожди… я думала… я не планировала сегодня… – растерянно бормочу, тоже вставая на ноги. – Тем более вот так сразу. Я ни сестру не предупредила, ни вещи не собрала… – пытаюсь придумать ещё причины, но на ум, как назло, ничего не приходит. Как только вижу, что мужчина начинает обходить стол и направляется ко мне, беспомощно выдыхаю:

-Я думала… ну, завтра хотя бы…

Заставляю себя стоять на месте.

Доронин встаёт рядом, но не прикасается. Не поднимая головы, смотрю только прямо. Получается, что изучаю его чёрный галстук.

- Завтра меня не устраивает, – слышу хриплое над собой и чувствую горячее дыхание оборотня на волосах. – Единственное, на что согласен: парни отвезут тебя домой, где ты ставишь в известность сестру и собираешь вещи… Кстати, можешь вообще ничего не брать. Завтра, если захочешь, можешь днем съездить в торговый центр и купить всё, что пожелаешь. В общем, съезди домой, но вечером ты должна быть у меня дома. Понятно?

Заторможенно киваю.

А смысл просить отсрочку. Ночь ничего не изменит. Я буду только накручивать себя ещё больше, возможно, даже начну сомневаться. А этого не могу себе позволить. Так что… да, я съезжу домой, а потом отправлюсь к нему.

Вижу, что Доронин достаёт сотовый и кого-то набирает.

- Боря, скажи парням, чтобы отвезли Алёну домой, дождались её, а потом везли её ко мне в поместье. Она сейчас выйдет.

Мужчина отступает назад, освобождая мне проход к двери.

- До вечера, Алёна.

Поднимаю на него глаза, чтобы удостовериться, что меня реально отпускают. Он кивает на дверь, видя сомнение в моих глазах.

Чуть ли не бегом иду к двери. Рука тянется к ручке, но зависает в воздухе, когда моё тело резко дёргают назад.

Вскрикнув от неожиданности и испуга, застываю всем телом, которое оказывается прижатым к мужскому – каменному и обжигающе горячему. Даже одежда, которая присутствует на мне и оборотне, не мешает мне чувствовать, насколько пылает тело мужчины.

Зарывшись лицом мне в волосы, утробно рычит.

У меня даже дыхание пропадает, когда Доронин прикасается носом к моему виску и начинает абсолютно по-звериному и жадно обнюхивать всю левую сторону лица.

Неужели я всё-таки лишись невинности у двери?

- Произнеси моё имя, – жёсткий приказ, который не оставляет мне выбора.

- Ро… Роман… – еле дыша.

Грубые мужские губы повторяют путь носа и впиваются мне в шею. Острые зубы царапают кожу, но не до крови. Хотя в том, что там теперь будет засос, сомнений нет. Доронин словно специально ставит на мне метку.

- Иди… – рык, после чего меня выпускают из плена сильных рук.

Ко мне возвращается способность снова дышать.

Вот теперь я точно бегу.

Дорога домой проходит как в тумане. И только взгляд Нади, которая выскочила в коридор, как только я открыла дверь, приводит в чувство.

Её обеспокоенный взгляд сразу меняется, как только она смотрит на мою шею. Он становится понимающим и в то же самое время обречённым.

Тяжело вздохнув, тихо вопрошает:

- Согласилась, да?

- Надь… ты сама бы так поступила. Маша…

Ком в горле не даёт продолжать.

Сестра подходит и крепко обнимает меня.

- Я знаю, – шепчет, пока я смаргиваю слёзы в глазах.

- У меня мало времени, – отстранившись, криво улыбаюсь.

Всё, что происходило, как только я вышла из квартиры, рассказываю сестре, пока собираю небольшую дорожную сумку, закидывая туда своё белье и кое-какие вещи.

Всё это время Надя молчит. Внимательно слушает, сидя на кровати. И лишь один раз перебивает, уточняя:

- Он сказал, что зверь выбрал тебя? Ты уверена, что было слово «выбрал», а не, предположим, «заинтересовался» тобой?

Застывая на несколько секунд, вспоминаю.

- Да… да, точно было это слово, – уверенно произношу, подходя к тумбочке и беря косметичку. – А что?

- Да так… – сестра становится задумчивой.

Удивлённо скашиваю на неё взгляд и всё-таки продолжаю дальше свой рассказ. После идём к Маше в комнату. Надо младшей сестре как-то объяснить, почему я уезжаю, причём на долгий срок. Но кроме того, что «так надо, Машуль» и «я обязательно буду приезжать раз в неделю» больше ничего не могу сказать. Меня выручает Надя:

- Маш, я потом тебе всё объясню. Алёне надо ехать.

Мы обнимаемся с младшей сестрой, после чего я быстро покидаю комнату.

Надя провожает меня до двери, где снова происходят обнимашки.

- Позвони мне завтра, хорошо? – сестра напряжённо улыбается, отстраняясь.

- Обязательно, – обещаю ей, беря в руки дорожную сумку и выходя из квартиры.

Закрыв за собой дверь, прислоняюсь к ней спиной и зажмуриваюсь.

Ну что ж...

Можно сказать, следующий шаг, притом в буквальном смысле, будет сделан уже в мою новую жизнь. Жизнь с оборотнем.

Господи, пожалуйста, пусть она будет короткой.

Пусть Доронин потеряет ко мне интерес как можно быстрее и… отпустит меня.

20

Алёна

Меня отвозят в дом…

Хотя правильнее будет сказать – домище, так как особняк в пригороде Волканска никак нельзя назвать скромным.

Огромная территория, огороженная высоким забором, с пропускным пунктом у ворот – это было первое, что меня потрясло. Когда нас беспрепятственно пропустили, мы въехали на территорию, мои глаза вообще на лоб полезли. По тому, что я видела, казалось, что это ещё один отдельный район города: частные небольшие дома и какие-то постройки, которые мелькали со всех сторон, пока мы ехали прямо по асфальтированной улице.

Теперь понятно, почему это место называют поместьем. Я, когда вышла из дома и села в машину, водитель уточнил у второго охранника, который сидел на пассажирском кресле, куда ехать. И когда тот ответил ему «Приказано в поместье», признаться, внутри лишь иронично хмыкнула. Назвать свой дом поместьем, ну… что-то да говорит о его эго.