Дважды одаренный. Том VII (СИ) - Тарс Элиан - Страница 39

— Не стой, старик, догоняй! — крикнул я своему противнику.

Он хмыкнул и начал бомбардировать меня огненными шарами. Ни один из них не мог меня коснуться — я ловил каждый шар и переправлял в землю.

— И это всё? — смеялся я. — Может, врукопашную будет лучше?

Он бросился за мной, на бегу концентрируя внутри себя ману.

Интересно, Харченко сам понимает, что максимально приблизился к следующему рангу? Даже не так… Его от ранга Иерарх отделяет, образно говоря, эдакая невидимая плёнка, которую он натягивает, а порвать не может.

Виной тому кой-какие лишние завихрения в энергоканалах и их закупорка. Вероятно, в последнее время бывший десантник редко бывал на грани жизни и смерти, вот его прогресс и застопорился.

Я специально сбавил скорость, дав противнику настигнуть меня. По глазам Харченко я видел, что он не заметил уловки, и сейчас, поддавшись азарту боя, даже поверил в неизбежную победу. Хлопнув в ладони перед собой, он выпустил всю оставшуюся ману, активируя заранее подготовленный конструкт заклинания.

Прямо в меня устремился огненный вихрь.

Пожалуй, даже Иерарха с такого расстояния этот вихрь мог бы заставить напрячься.

Но я предвидел такое развитие событий, так что просто по максимуму ускорил себя ветром и оказался вплотную к противнику.

— Вот и конец, — улыбнулся я ему в лицо, и…

Вонзил ладонь под рёбра своему рекруту.

Харченко изумлённо выкатил глаза, а затем захрипел и тяжело задышал.

— Потерпи немного, — улыбнулся я, укладывая его на примятую траву.

Подняв голову, я увидел недоумение на лицах других новобранцев. Ну да… непривычно это, когда командир на спарринге «убивает» своего подчинённого.

— Лёня! Помощь нужна! — крикнул я.

Хотя Вавилов и сам уже бежал ко мне.

— Зачем это всё, Александр? — хмуро спросил он, нагнувшись над раненым бойцом и принявшись залечивать его рану. — Хм… органы почти не задеты…

— А то ж! Давай вместе. Я покажу.

— Понял, — ещё сильнее подобрался Вавилов.

Основное лечение заняло минут десять, по истечении которых я выпрямился в полный рост и уставился сверху вниз на изумлённого Харченко.

— Я… — начал было он, но осёкся и с неверием уставился на меня.

Я хмыкнул и кивнул.

— Всё верно. Ты теперь Иерарх. А сейчас заткнись и лежи спокойно, пока один из сильнейших целителей Империи любезно залечивает твою шкурку.

Несколько секунд он недоумённо хлопал глазами, а затем опустил веки и благодарно кивнул.

Я же, оставив его, направился в сторону других рекрутов.

— Вы сами все видели! — громко произнёс я. — Мою силу и мои возможности. Служба у меня будет опасной! Но взамен я дам вам не только жалование и кров над головой. Взамен я буду пристально следить за тем, чтобы каждый из вас становился сильнее. Если кому-то потребуется лечение — он получит лучшее, что можно найти в этом мире. Служа мне, вы будете рисковать жизнью. Но и я буду в ответе за ваши жизни. Все они для меня важны. Никого из своих я не бросаю.

На несколько секунд на полигоне повисла тишина. А затем Кабан первым вскинул кулак к небу, подав пример новобранцам, и прокричал:

— За Александра Ярославовича!

— За Александра Ярославовича! — поддержали его другие члены моей первой дружины.

А затем и остальные подхватили этот дружный крик.

Что ж… надеюсь, новобранцы в дальнейшем покажут себя только с лучшей стороны.

— Занимайтесь! — велел я, оставив бойцов на попечение Кабана и других бывших спецназовцев.

Сам же направился к другой части моей рати. Бородин бесшумно поравнялся со мной и несколько секунд шёл молча.

— Есть что сказать? — не глядя на главу СБ, спросил я.

— Моя оплошность, Александр Ярославович, — хмуро произнёс он. — Готов понести наказание.

— С чего решил, что твоя? — Я мельком глянул на него.

— Смертник… Григорий Долов… Я лично пригласил его и беседовал с ним. Он бывший жандарм, но после смерти жены уволился, чтобы больше времени проводить с дочерью. Девочка унаследовала от матери болезнь и требовала внимание.

— Тогда понятно, чем они замотивировали этого Долова, — вздохнул я.

Всё-таки заставить человека подорвать себя, чтобы убить неугодного — довольно хлопотно.

— Я тоже намекал ему, что мы можем помочь девочке, — зло прорычал Бородин. — И мне казалось, что он поверил мне. Фальши я не чувствовал… Либо он обвёл меня вокруг пальца, либо с ним связались позже. Александр Ярославович, полагаю, это кто-то не из ваших личных врагов.

Я остановился, не дойдя до группы дважды одарённых, и внимательно посмотрел в глаза Бородину.

— Тоже так думаю, — кивнул я. — Для условного Логашова это слишком круто. Да и… не факт, что Хмельницкие бы потянули нечто подобное. Артефакт там был мощный.

— Минимум третьей ступени, — кивнул Бородин. — Ребята проверяли вещи всех новобранцев, как и было обговорено сразу. И ничего не нашли. Значит, он сразу пронёс его во рту. Судя по всему — размеры мелкие. Но мощь…

Он многозначительно покачал головой.

А затем тихо произнёс:

— Я считаю, что это враги рода Резановых. Те, кто думает, что вы собираете рать для Резановых и сами готовитесь принять титул наследника. Те, кто не хочет возрождения графского рода.

Я молча кивнул, принимая его слова.

Тоже думал так же. Тот, кто смог уговорить нашего смертника, должен обладать поистине огромнейшим влиянием.

Воронцовы зашевелились? Всё-таки мои люди действительно провели огромную работу по проверке новобранцев. Бородин отнюдь не лопух, да и Коптер по мере возможностей помогал.

И всё же крота-камикадзе мы пропустили…

— Ещё раз тихонько проверь всех остальных, — произнёс я, приняв решение. — Я уверен, что других засланцев больше нет. Но проверить надо.

— Сделаю, — пробасил Бородин. — Костьми лягу, но сделаю.

— Не надо костьми ложиться, — усмехнулся я. — В первую очередь проверяй тех, кого можешь взять к себе под крыло. Что ты так на меня смотришь? По-любому ведь есть среди них те, кого ты хотел бы видеть в СБ?

Я кивнул в сторону занимающихся новобранцев.

— Есть, — пробасил Бородин. — Двое осталось.

— Осталось? — переспросил я и, заметив грустный взгляд Бородина, направленный на то, что осталось от смертника, кивнул: — Понятно… ими и займись в первую очередь. И за дочерью Долова наблюдай. Хотя, сдаётся мне, раз покушение провалилось, никто заниматься ею уже не будет.

Бородин добела сжал кулаки и скрипнул зубами.

Он тоже был со мной согласен в этом вопросе.

А вот если бы покушение увенчалось успехом — неведомый заказчик, скорее всего, выполнил бы слово. Для аристократов, особенно старых и влиятельных, устные договорённости — не пустой звук. Даже если никто не следит за их соблюдением, ты сам сделаешь то, что пообещал.

Тут главное правильно подбирать формулировки — чтобы самому себя не загнать в ловушку обещания.

Внутри меня тоже начала подниматься ярость. Вот ведь твари, а⁈ Надавили на самое больное, использовали отчаяние человека, чтобы заставить его пойти на такую глупый шаг. А что в итоге? Человек просто умер, оставив дочь без обещанного лечения и, вероятно, обещанного светлого будущего. Сделал ставку и прогорел.

Идиот.

А вот заказчик ничего не потерял.

Ну уж нет! Я просто так этого не оставлю. Ни покушение на меня, в ходе которого могли погибнуть мои новобранцы. Ни такую подлую тактику.

— Ладно, разбирайся, — хлопнул я по плечу Бородина и зашагал дальше к заждавшимся меня соратникам.

Молодые дважды одарённые выглядели напряжённо, а вот их более опытные товарищи были совершенно невозмутимы. Поймав мой взгляд, Гром, который ещё совсем недавно передвигался на инвалидной коляске, ловко отбил чечётку и развёл руки в стороны.

— Смотри как могу, Близнец!

— Отлично можешь, — хмыкнул я, глядя на него и других бывших инвалидов, а ныне «кибервоителей», как они сами себя называли.

— А то ж! — хохотнул Гром и перевёл взгляд мне за спину. — Весело у вас тут.