Ритм, аккорд и Малыхин (ЛП) - Запата Мариана - Страница 3

— Я лет сто тебя не видел! Где ты пряталась? В лесной глуши с друзьями-гномами?

За последние десять лет я выслушала невообразимое количество шуток о моем маленьком росте. Я ткнула его пальцем и фыркнула.

— Идиот.

Мейсен просто пожал плечами без тени раскаяния.

Секундой позже Эли дернул меня за шлевку джинсов, отвлекая от разговора.

— Твой чемодан в автобусе. Пойдем быстрее. Телефон Горди отключен. Готов поклясться, что без калькулятора, он за последний час раз сто напутал со сдачей.

Однажды я видела, как Горди пытался вернуть лишние деньги, которые ему сдала кассирша на заправке. Даже наблюдать за этим было больно, и, в конце концов, я просто отдала женщине свои деньги.

— Ты не хуже меня знаешь, что он вызвался побыть продавцом, только для того, чтобы оценить задницы, — хохотнул Мейсон.

Эли простонал.

— Пошли, Габ.

— Увидимся позже, Криволапа. Заработай папочке деньжат сегодня. — Мейсон подмигнул с широкой ухмылкой и, дернув меня за хвостик еще разок, зашагал к автобусу.

Эли повел меня в здание, потом на второй этаж и толкнул дверь.

«Шум, гам, тарарам!»

Такого столпотворения я в жизни не видела. Я ходила на концерты Эли. Каждый раз, когда они играли в Далласе или окрестностях, мы ехали туда, чтобы посмотреть. Но сейчас зал был забит под завязку. Я не сомневалась, что парни могут собрать на свое выступление так много людей, просто была удивлена, что все они пришли так рано до начала концерта.

— Сумасшествие, да? — спросил Эли, почувствовав мой шок: зачастую мы с ним не нуждались в словах. — Повезло, что они выбрали нас для тура.

— Кто хэдлайнер? — Со всей этой суетой я не успела узнать, с кем Эли гастролирует. Хотя, честно говоря, мне было все равно. Я была с парнями на гастролях, когда они играли вместе с рэп-металл и инди-поп группами.

Пробиваясь через толпу, Эли извиняясь перед каждым, кого случайно толкал, и люди с восторгом пялились на него. Меня всегда поражало, что для них он звезда, когда как для меня он все тот же Эли, о котором я знала миллион и одну нелицеприятную историю.

— The Cloud Collision, — ответил Эли.

Название казалось отдаленно знакомым, и я попыталась вспомнить их альбом или солиста, или хотя бы в каком стиле они играют, но ничего — пустой лист. Правда сейчас совсем не обязательно находится в райдере радиостанций, чтобы быть популярным. Были десятки успешных групп, которые не известны массовому слушателю, и, очевидно, The Cloud Collision одна из них, раз они хэдлайнер тура. А может я просто настолько отстала от жизни из-за учебы, что просто попустила взлет их популярности.

— Не слышала.

Эли пожал плечами.

— Они тебе понравятся. Саша поет каждый вечер.

— Саша? — оживилась я. — А я и не знала, что с нами будет еще одна девушка. Это круто.

«Хорошо, если она не окажется стервой».

Эли медленно повернулся и как-то странно посмотрел, а потом кивнул так, как кивают в ответ на глупый вопрос.

Я сразу же насторожилась.

— Что?

— Ничего. — Эли невинно похлопал ресницами.

— Тогда почему у тебя такое лицо?

— Какое? Мне что нельзя посмотреть на родную сестру?

— Нельзя.

Эли молча пожал плечами и пошел дальше.

«Нужно следить за ним, он точно что-то задумал».

Через минуту мы добрались до прилавка, за которым Горди замер, как олень в свете фар. Его окружила небольшая толпа, одни хотели что-то купить, а другие просто поговорить с вокалистом Ghost Orchid. Даже слепой мог увидеть, как неудобно было Горди: он вспотел и выглядел дерганным, и как только заметил нас с Эли, вздохнул с облегчением.

Для меня до сих пор оставалось загадкой, как Горди подружился с Эли и Мэйсоном. Он был здравомыслящим, спокойным и немногословным. Обычно он пытался образумить двух балбесов, которые сначала делали, потом думали, а порой вообще не думали. В детстве мы с Горди частенько сидели в сторонке и качали головами, наблюдая за безумствами Эли и Мейсона.

После быстрых объятий и объяснений, как принимать оплату картой и сколько стоят футболки, постеры, кружки и диски, я осталась одна на один с толпой людей, которые хотят что-нибудь купить. Я давно не занималась продажами, но довольно быстро вспомнила. Это как езда на велосипеде: один раз научившись, невозможно разучиться. Главное дать покупателю то, что ему нужно и не забыть взять деньги. Я стряхнула паутину с моей лучшей кокетливой улыбки и даже чуть приподняла край топа, оголяя живот. Мне нужны деньги, и чтобы заработать я должна делать все, что могу.

Когда очередь исчезла, я повернулась посмотреть на соседний прилавок. Он напоминал мой: у стены металлическая стойка футболками и толстовками, на складном столике наклейки, диски и винил, на полу контейнеры и коробки с запасным товаром, над стойкой баннер с названием группы The Cloud Collision. Я присела на большой пластиковый контейнер и посмотрела на парня, который работал за прилавком. Он был моложе меня, худощавый, короткая стрижка с длинной челкой. Пока я бездельничала, он обслуживал очередь человек в десять, если не больше.

Когда на сцену вышла местная группа и начала настраивать инструменты, народ схлынул, и парень повернулся ко мне. Он застенчиво улыбнулся, сверкнув колечком-пирсингом в уголке губы и начал пробираться через контейнеры и коробки, которые отделяли наши прилавки.

— Картер, — сказал он, протягивая руку.

Он оказался выше, чем я думала, и в брови у него тоже был пирсинг.

— Габи, — я пожала его руку, — приятно познакомиться.

— Мне тоже. — Она еще раз застенчиво улыбнулся, покраснел, а затем добавил: — Если ты повернешься, то я уберу листок с твоей спины.

— Листок?

— Горди приклеил его, когда тебя обнимал.

Я простонала и повернулась к Картеру спиной.

Меня не удивило, что Горди это сделал. Он был тихим, но еще тем шутником. А как бы еще он стал другом Эли и Мейсона?

Картер передал мне бумажку для заметок, — такие же лежали в одном из контейнеров, — на которой ужасным почерком Горди было написано: «Привет, меня зовут Криволапа».

Я рассмеялась.

— Спасибо, а то я бы ходила так целый вечер.

Картер кивнул и приподнял худые плечи.

— Не за что.

Секунд десять мы молчали, не зная, что сказать, а потом я спросила:

— Это твой первый тур?

— Вообще-то двенадцатый.

«Ого, а я думала он только школу закончил».

— Я люблю гастролировать, — пояснил он, — к тому же это хороший заработок.

В этом мы с ним были похожи. Я ухмыльнулась и уже собралась ответить, но тут группа на сцене начала играть. Чтобы Картер меня услышал, пришлось бы кричать, а я этого не хотела. Как и не хотела оглохнуть к концу вечера, только вот беруши я забыла.

Я ругала себя последними словами, когда увидела, что Картер протягивает ко мне кулак и взглядом просит: "Возьми». Я подставила руку, он разжал кулак и мне на ладонь упали две оранжевые беруши.

Я успела как раз вовремя, потому что меньше чем через минуту гитарист взял неудачный аккорд, от которого весь зал вздрогнул и зажал уши.

Следующие двадцать минут были самыми длинными в моей жизни. Я послушала две песни, а потом взяла телефон и напечатала сообщение Ле́йле — своей лучшей подруге. Затем подошли покупатели и заняли меня до конца выступления местных новичков.

Следом за ними на сцене появились три моих любимых балбеса. Эли вынес свою ударную установку, а Горди с Мейсоном гитару, бас, усилители и кабель, чтобы их подключить. Горди поправил микрофон, ребята взяли несколько аккордов, чтобы проверить звук, и наконец заиграли.

Они были вместе с девятого класса, раздражали всех соседей, репетируя в нашем гараже, и сводя меня с ума шумом, из-за которого я не могла делать уроки. И тем не менее, я ходила на каждое их выступление и тащила с собой друзей. Одиннадцать лет назад они играли для двадцати человек и считали это успехом, а теперь почти девятисот человек аплодировали им и кричали от восторга.