Развод. Его вторая жена (СИ) - Асаева Ниса - Страница 3

Внутри воображаемые раны кровят, глубокие, болезненные. Родные люди сильнее других ранят.

Усаживаясь на край кровати, я прижимаю ладонь к животу. Хочу успокоиться. Волнение может навредить малышу.

Я беременна. Я мамой стану — это большая ответственность.

Как же теперь быть? Как поступить?

Я обязана рассказать Рустаму, да? Муж имеет право знать про ребёнка.

Никаких у него прав нет!

Муж так предал меня, я не собираюсь давать ему новое оружие.

Нас не разведут, если узнают о беременности. А Рустам дал понять, что он этого не хочет.

Мерзавец.

Я падаю на кровать, вытягиваю руки над головой. Усиленно пытаюсь придумать выход.

Рустам он ведь... Да, он действительно всегда хотел детей. Очень надеялся, что у нас вскоре появятся малыши.

И я никогда не сомневалась, что муж станет прекрасным отцом. Заботливым, внимательным, лучшим в мире.

А теперь...

Нет, нельзя говорить.

Совсем нельзя!

Муж обещал, что традиции со вторыми жёнами нас не коснётся. Это дикость какая-то. И я поверила.

Ошиблась.

Теперь буду за это расплачиваться.

Но вдруг Рустам и другие традиции захочет повторить? А если у нас будет дочь, которую он решит выдать за кого-то замуж?

Нет, ни за что этого не позволю!

Пусть с этой Лейлой детей стругает.

А мой малыш — он только моим будет.

Единственная проблема в том, что лучшая подруга всё знает. И её сестрица тоже, я не сомневаюсь.

С одной стороны, им невыгодно раскрывать меня. Лейла так смотрела, что не было тайной — хочет поскорее выставить меня прочь.

Но вдруг проболтаются?

Ух. Сложно.

У меня всё перед глазами всё мелькает, словно детская карусель вдруг сломалась и начала нарезать круги с сумасшедшей скоростью.

С утра моя жизнь была проста и понятна.

После приёма у врача — перевернулась, окрасилась огоньками.

Сейчас...

Раскрошена до пыли, никак не соединить.

И у меня не получается мыслить трезво, чтобы всё обдумать, спланировать. В голове сплошное желе.

Даже хорошо, что Рустам меня закрыл. Действительно, есть в этом плюс.

У меня есть время взять себя в руки, успокоиться. Внимательно осмотреть вещи, обдумывая, что мне надо.

Я могла бы вызвать полицию или пригрозить этим, устроить крик и погром, чтобы соседи пришли.

Но я использую это время с пользой.

Рустам не хочет отдавать мне вещи, потому что он их покупал?

Ладно.

Прекрасно.

У меня тоже зарплата была.

И не голой-босой я сюда пришла, пусть муж не пытается меня унизить.

Да, наши доходы несоизмеримы. Учительница в школе и бизнесмен со своим многомиллионным оборотом...

Хуже всего, что большая часть окружения Рустама — такие же восточные мужчины. Новая жена не потопит репутацию мужа, как хотелось бы.

Выхода придумать не могу.

Рустам настойчивый, он меня в покое не оставит.

И гормоны, заполняющие мою кровь пузырьками, требуют мести.

Хоть какой-то.

Карма вряд ли сработает, а я...

Нет, я просто хочу уйти. Но если получится проучить мужа перед этим... Я буду довольна.

Нельзя со мной так! Как с вещью. Запер, приказал, желаний не слушает.

Нет, любовь моя, это тебе боком выйдет.

Я лезу в телефон, желая узнать больше про то, как возможно притащить вторую жену в дом.

Глаза бегают по строчкам, внутри скручивает от боли. Но на губах расцветает улыбка.

Ох, Рустам...

Если ты сейчас не выпустишь меня — тебе же хуже.

Потому что в моей голове уже гениальный план выстраивается.

Рустам возвращается спустя минут десять. И хоть я обещала себе, что буду держаться до конца.

Но руки сами бросают в него подушку. А после — акриловую статуэтку, подаренную моим учеником.

Подарок жалко, лицо мужа — не особо.

Тем более что Рустам уворачивается.

— Прекрати, Катюш, ты ведёшь себя неразумно, — пытается меня успокоить мягким голосом.

— Ты меня запирать будешь? — шиплю дикой кошкой. — Ты кем себя возомнил, Алиев? Султаном? Властителем гарема?

— Я уже объяснял...

— Да-да. Так было нужно, ты был в своём праве, якобы. Но ты сам сказал, что между нами это ничего не изменит. Всё будет как прежде. Скажи, Рус, когда раньше ты так себя вёл?

Я скрещиваю руки на груди, очень жду ответа мужа. Пытаюсь в какой-то мере его понять.

Не оправдать, нет! Но это больное любопытство — понять, в какой момент всё прошло наперекосяк.

Как я не заметила в любимом замашек тирана.

— Ты права, — Рус кивает, медленно подбирается ко мне. — Я не должен был тебя запирать. Но мне нужно было, чтобы ты всё обдумала. Поняла. А не действовала на эмоциях.

— О, я всё обдумала. И даже попыталась понять. Не до конца, но думаю, ты мне поможешь.

— Правда?

Муж хмурится, его тёмные густые брови сходятся на переносице. На лбу выступает мелкая морщинка.

Я смотрю на лицо Рустама, а вижу незнакомца. Те же тёмно-серые глаза, аккуратная щетина. Широкий подбородок, острый взгляд.

Всё-всё знакомое, ничего не изменилось.

А при этом я себя чувствую так, будто передо мной чужак.

Рустам молчит, явно пытается переварить услышанное. Не ожидал подобного.

Теперь с недоверием косится.

— По твоим традициям ты мог взять вторую жену, — произношу медленно, в горле царапает от этого. Всё ещё больно. — То есть, ты следуешь традициям?

— Именно, — муж не кажется счастливым от моей мягкости. Ждёт подвоха? — Ты не могла мне родить, я хотел наследника. Это нормальная практика.

— Но ты ведь всё делаешь неправильно, Рустам! Хочешь, чтобы я приняла твои поступки? Тогда следуй всем традициям.

— В каком смысле?

— Ты обязан был меня предупредить, спросить. Только после этого брать эту Лалу в жены.

— Лейлу, — поправляет.

— Без разницы. Ты этого не сделал. Значит, я могу не принимать твоё решение и спокойно уйти.

Это напоминает какой-то бред. Редкостную чушь, которой я не могу найти объяснение.

С каких пор девушек нужен повод, чтобы уйти?

Я свободна, я могу делать всё, что хочу.

А Рустам не имеет права мне указывать.

Но вместе с этим я понимаю, что лучше действовать хитростью. Мне не нужно, чтобы муж снова запер в спальне.

Или, что ещё хуже, начал преследовать.

На что вообще надеется Алиев? Он притащил в нашу квартиру незнакомку. Признался в измене. Оскорбил меня.

А теперь ласки ждёт?

— Ты ошибаешься, — на лице мужа возникает хищная ухмылка. Приближается ко мне, оттесняя от выхода. — Я обязан предупредить вторую жену, что она не будет единственной. Тебя — нет.

— Но...

— Это рекомендация, а не правило, что ты должна знать. Чтобы не ухудшать отношения между нами.

— А тебе, значит, плевать на наши отношения?

— Я не это сказал. Ещё какая-то критика того, как я себя веду?

— Да. Одна.

Я поясницей вжимаюсь в стол, а муж не позволяет уйти в сторону. Пальцами касается моего подбородка, задевает нижнюю губу.

Я дёргаюсь.

Вскидываю голову, взглядом мужу обещаю кару небесную за это.

Тронь ещё раз, Алиев, откушу.

— Ты не имел права приводить её в дом, — произношу то, что успела вычитать. — Без моего разрешения. Я здесь хозяйка, а ты этим оскорбил меня.

— Катя...

— Нет. Я не согласна жить с ней. А это, мой дорогой султан, правило. У нас должно быть различное жильё.

Рустам хмурится сильнее. Отталкиваясь ладонями от стола, отступает на несколько шагов.

Он со всей силы сжимает челюсть, желваки играют. Недоволен. Зол.

А мне дышать легче становится.

— Я тебя услышал, — выдаёт рвано. — Я отправлю Лейлу в отель, а после найду ей другое жильё.

— Ей? О, нет, — качаю головой. — Ты уже испортил наш дом, опорочил его. Раз Лейла так сюда рвалась — пусть здесь и остаётся. А я буду жить в другом месте.

По крайней мере, так я выиграю время, чтобы подготовиться к разводу.

Разобраться с деньгами, жильём, законами.