Разборки в Зеленограде (СИ) - "Джек из тени" - Страница 8

— Я, знаешь ли, уверен на сто процентов, что парашютно-десантных полков здесь нет и появятся они ой как не скоро. Поэтому твоя татуировка на руке «военная разведка», причём по-русски, вместе с силуэтом купола парашюта и летучей мыши, меня слегка напрягла — сел напротив него, дав указание, чтоб убрали оружие.

— Вот так всегда, прокалываются на мелочах — усмехнулся сидящий напротив, отпив половину бокала пенного.

— Тебя как зовут, добрый человек?

— Ферзь — тот коротко ответил, видя мой немой вопрос, добавил — моё настоящее имя я просрал, пока считаю, что не имею права его носить.

— Пусть будет Ферзь. Встречный вопрос, как я привлёк ваше внимание. А главное, зачем и для чего я вам нужен? — я тоже отхлебнул пива, а то в горле совсем пересохло.

— Ты отлично поёшь, лейтенант — усмехнулся Ферзь, кстати, шахмат я тут не видел — к тому же на языке, который мы слышали только от одного человека. Плюс твоя гитара, я много где был, но такую, опять же, видел только один раз. Сделана на заказ. Мои друзья случайно здесь оказались, когда ты сидел за барной стойкой и пел.

— Как опознали понятно, а вот зачем я вам, пока ты не ответил? — я дожимал, не люблю неопределённость.

— Скажем так, мы давно искали себе нового командира, а ты почти умер, пока я добирался сюда — с укором сказал Ферзь, затем он повернулся к Феликсу — мог бы и спасибо сказать, тех стрелков позади ушастого, которого ты рвал голыми руками, завалили мои люди. Жаль не отработали с самого начала, но никто не ожидал, что он решится среди дня нашпиговать тебя стрелами.

— Спасибо — на автомате ответил Феликс, но так и остался стоять за моей спиной, готовый прикрыть меня.

— Пора нам сменить декорации, а то эти не сильно подходят для нашего общения — медленно говорю моим новым знакомым, обращаюсь к лисе — Мидори, сделай красиво, чтобы не было лишних разговоров и слухов среди клиентов — та кивнула в ответ и отошла к барной стойке.

Мы прошли в нашу закрытую часть помещений, чтобы спокойно всё обсудить. Так мне свои услуги ещё никто не предлагал. Мы остались вдвоём.

Ферзь служил в армии всю сознательную жизнь, попав в неё в возрасте 19 лет. Через пять лет получил звание сержанта и группу разведчиков в подчинение. В это время на границе было неспокойно, дух войны витал в воздухе. В очередной вылазке на территорию соседей его бойцы наткнулись на человека в странной одежде. Он был сознания, весь в крови. А самое интересное, это ранения, таких отродясь никто из них не видел.

Зная, что ничего нового начальству они не скажут, Ферзь приказал разбить лагерь. В его отряде был знахарь, который занялся лечением. Через три дня отряд вернулся в расположение полка, а с ними пришёл новый рекрут в королевскую армию. На всеобщем он не говорил, поэтому в счёт будущего жалованья местный маг потратил на него камень обучения.

Звали этого человека Василий, для местных имя непривычное, а для меня стало более-менее ясно. Особенно после уточнений, во что был одет их новый член отряда, когда его нашли в лесу. После нескольких наводящих вопросов, я притащил сферу. Ферзь показал воспоминания, предположения оправдались. Костюм горка из палаточной ткани, несколько татуировок, дают понять, что перед ними был боец пятой бригады спецназа, отличившейся в моём старом недалёком прошлом.

Мой соотечественник быстро сделал карьеру военного на новом месте. Началось с того, что Ферзь сам передал ему командование своим отрядом. Василий учил бойцов тому, что сам умел и практиковал. На казённом языке это называлось глубинно-тыловая разведка. Диверсантом он оказался умелым и огоньком. Через год он управлял уже ротой, в это же время выяснилось, что Василий имеет дар Тактика, что ещё больше повысило его ценность в глазах начальства. А вот конкуренты по продвижению на службе пыхтели ещё сильнее. Его пытались ввести в род многие аристократы, которых он посылал с завидной регулярностью, оставаясь независимой фигурой. Вскоре началась очередная война. Буквально за три месяца рота разрастается до разведывательно-штурмового батальона. Ведь все задания, порученные молодому Тактику, выполняются безукоризненно. На все претензии штабных крыс, что при этом тратится умопомрачительные деньги, генералы махали рукой. Король доволен, это главное. К тому же потери среди линейных частей стало значительно меньше, если там отличился этот батальон.

Дар Тактика у Василия был силён, он смог взять на контракт целый полк, больше тысячи разумных. Что ещё больше бесило местных аристо, которые не могли продемонстрировать начальству серьёзных успехов. А звание полковника давало ему право на наследуемый титул барона, была бы земля во владении, мог стать виконтом. Это стало последней каплей для старых родов. По мнению многих патриархов, простолюдин не мог стать виконтом за два года.

Была подстава, стоившая королевству многими жизнями того полка и самого Тактика. Посыльный подменил приказ, из-за чего батальоны попали в окружение. Из полутора тысяч вырваться смогли не больше четырёх сотен.

По такому случаю, все замешанные в этом деле офицеры решили отметить это событие прямо в штабе. Где их на куски стали рубить те, кто смог вернуться. Трое офицеров Василия и два десятка рядовых. Некоторым удалось ускользнуть, после чего всех посадили под арест.

Генерал Анжери, командующий армией, успел вернуться за минуту до казни якобы бунтовщиков. Причём палач его не послушал, как потом выяснилось, он был на службе одного из патриархов, и успел казнить одного из офицеров. После чего был застрелен охраной генерала.

Все оставшиеся в живых были допрошены под клятвой местным судьёй. Поняв суть претензий солдат и офицеров полка, на ковёр были вызваны те, кто остался жив после резни в штабе. Говорить они отказались, что давало понять насколько все эти бравые вояки измазались в дерьме.

Дальше Ферзь не имел точной информации, знал только обрывки из разных источников, что дело дошло до короля. Головы всё-таки полетели, хотя патриархи откупились частью родственников пониже в звании. Ну и материальными ценностями, разумеется, по типу золота и земли.

Всем причастным были выданы грамоты и королевском прощении для добровольного переселения в Долину.

— Значит, ты один из офицеров, что смог выжить за минуту до казни? — я смотрел на него уже по-другому.

— Нет, мне не выпала короткая спичка, поэтому мы готовились закончить эту историю на своих условиях после казни — улыбнулся Ферзь.

— Добровольно взял билет в один конец? — это было неожиданно.

— Нас ищут те самые рода, чьих наследников мы покрошили — пожал плечами мужчина — здесь у них нет власти, так что, в какой-то степени это место лучше чем другие.

— Допустим. Но я так не услышал, чего ты хочешь?

— Прежде чем войти в твой трактир, я пожил здесь две недели. Ты сам пошёл в стражу, местные тебя ценят, про начальство молчу, после твоих выступлений стражникам перестали плевать в спину. Как говорил Василий, мы идейные. Уверен, тебе знакомо это выражение. Веры армейскому начальству поубавилось. А вот ты для нас как глоток свежего воздуха.

— Даже сейчас идейными остались, верится с трудом.

— Разумеется, не такими, но ты не ударишь в спину и не продашь, контракт работает исправно.

— Надеюсь, пока бегали от аристо, не сильно наследили кровью?

— Обижаешь, лейтенант. Мочили только тех, кто пришёл за нами. Обносили склады и магазины только тех, кто желал нам смерти.

— Много отжали золота и ценностей?

— На баронство бы хватило, если бы дали осесть, а так всё на беготню потратили.

— Сколько пойдёт в Долину из твоих сослуживцев?

— Если я подпишусь, пойдут все.

— А как ты их уведомишь, почтового адреса у кого-то из них явно нет.

— Вот это точно не проблема — Ферзь достал браслет, похожий на мой, дающий показатель на Тактика и одел его на руку — заодно узнаем, насколько ты силён.

Не то чтобы я сильно удивлён, но удивлён приятно. Мой соотечественник такой же неправильный Тактик, как и я. Но я тоже смог удивить Ферзя, когда взял руки нож и сделал надрез на ладони.