Подонок. Ты – моя игрушка (СИ) - Пелевина Катерина - Страница 21

— Ты… Блядь, ты всерьёз думаешь, что мне не похуй на это? Мне вообще срать чё у вас с ней. Забирай её к себе домой и живите счастливо, я тебе даже руку пожму за это, не вопрос!

— С-с-сука… Да чё же ты такой тупой, а…

— Сам тупой.

— Харэ, парни, препод ща запалит, — шипит на нас Вано. — Потом побазарите.

Отворачиваемся друг от друга, и мне реально хочется подраться, аж кулаки чешутся. Как до пятницы в таком режиме провести, не знаю. Идти туда — не идти… Как сделать так, чтобы она больше никогда не появлялась в моей жизни? Что сделать? Я даже душу дьяволу готов продать…

Потому что не вывожу уже… Ничего из этого дерьма…

Несколько дней проходят в привычном режиме. Лёха всё ещё живёт у нас. Я — не плохой человек. И другом всегда был нормальным. Выгонять точно бы не стал. Но он будто нарочно мне под шкуру лезет. И так, и эдак с ней контачит. Смеются, фильмы смотрят. Пока я от лица лоха Жени переписываюсь с ней и даже заказываю для неё букет цветов с доставкой в пятницу около пяти вечера. Как раз дома будет. Готовиться к свиданке с несуществующим кавалером, блядь.

Кира писала, я некоторое время игнорил. Потом ответил, что пытаюсь переварить развод родителей. Что мне сейчас тупо не нужны отношения. Она снова рыдала. Не появлялась и сегодня в том числе. Возможно, придёт в понедельник, не знаю… Вечерами я уезжаю из дома тусить с парнями, а Лёха проводит всё своё свободное время с новой подружкой, будь она не ладна.

Я стараюсь перестать думать об этом. Прихожу очень поздно, чтобы не видеть их. И утром уезжаю раньше всех. В универе ещё как-то удаётся держать себя в руках, потому что они порознь в основном, но у меня ощущение, будто уже начали мутить, просто на глазах не палятся… Не знаю. Или это уже мои больные фантазии… Догадки…

В пятницу с самого утра отец и его новая пассия заявляют, что уедут на свидание. На какую-то, блядь, ферму за городом. Надеюсь, он потеряет её где-нибудь в загоне или в куче навоза. Я буду искренне рад…

Лёха начинает потреблять спиртные напитки сразу как возвращаемся с пар. Между нами снова завязывается неприятный разговор. Палит мой ноут с букетом, ещё и насмехается, гондонище… Не хватало, чтобы понял, что это я, блин, сделал… Потому что как истинный мудак всё ей сразу же расскажет.

— Это чё? Решил вину загладить?

— Не твоего ума дело.

— Не жмись ты… На, выпей… — тянет он мне стакан с бухлом. А мне и так тошно, ещё нажраться щас не хватало, чтобы всех там отпиздить и загреметь за решётку.

— Не хочу.

— Ник… Забей, правда…

— Не могу забить. Заебало всё…

— Тебе расслабиться надо. Вот и всё… И если тебе будет легче, у меня правда ничего с твоей Женькой не было.

— Она не моя, блядь! И похер мне чё у вас было, а чё не было! Хоть ебитесь за пределами дома! Мне насрать! — толкаю ему стакан обратно и обливаю его джинсы. Честно, мне поебать. Если сейчас бычить начнёт, буду драться.

— Воу-воу… Всё. Полегче, друг… Вот хера ли ты сделал, а?! Твою мать… Пятно теперь останется! Сука! — он уходит из комнаты, а я тем временем пыхчу от негодования, когда мимо моей приоткрытой двери проходит довольный хомяк. Буквально бежит вниз на крыльях, потому что в дверной звонок звонят, и только потом до меня доходит, что приехала её заебанная подружка.

— Привееееет!!! Привет, моя! Господи! Малыш! — слышу визги, а потом и…

«Доставка…». Судя по всему, потому что я слышу голос курьера.

— Ох, нифига себе… Твоей маме?

— Не знаю… — прислушиваюсь и угораю, встав возле лестницы.

— Для Евгении Х… Распишитесь…

— Огооооооо, — тут же вылетает изо рта её подружайки. — Дурной тон… Офигеть… Ну и потратился. Кто этот щедрый ухажер?!

— Прекрати, Наташ…

— Блин, я так писать хочу, столько в дороге терпела… Расскажешь потом, ладно? Где тут у вас туалет?!

Морщусь, представляя, как кто-то будет ссать в наш унитаз. И весь покрываюсь иголками, а тем временем она уже поднимается, а я делаю вид, что равнодушно спускаюсь вниз. Наши глаза встречаются. Её голубые, прям как у Лёхи, и мои, пропитанные ненавистью ко всему живому.

— Ты должно быть Ник… — бросает, пока я прохожу мимо, и даже не думаю знакомиться с ней.

— Ссать будешь — смыть не забудь, — отгрызаюсь следом.

— Не волнуйся, я нассу тебе под дверью. Смывать не придётся, — выдаёт она ответно, и я качаю головой пока иду на кухню. Такая же сука, как её подруга. Так и знал, блядь.

Вижу, как хомяк довольно несёт цветы от Жени Т. и ставит их в только что набранную водой вазу. Прям-таки от счастья сияет, как кура-гриль на прилавке.

— Смотри не тресни.

— Да пошёл ты… Сегодня прекрасный день. И даже ты мне его не испортишь, мудила, — выдаёт она, проплывая мимо меня, а потом нюхает букет.

Надо было всё же аммиаком побрызгать… Глядишь, вскинула бы свои четыре лапы кверху ещё перед вечеринкой…

Евгения Хомова

Букет мне очень понравился. Даже более чем… Ощущение, что выбирали с душой. И мне приятно, что он так позаботился перед нашей первой официальной встречей.

«Спасибо большое, но не стоило тратиться».

«Надеюсь, ты улыбнулась? Я хотел тебя порадовать».

«Улыбнулась, конечно», — отправляю Жене и следую с Наташей наверх, пока она ругается с Лёшей. Очевидно, он ей не нравится, хотя я не понимаю почему… Он ведь правда хороший. Во всяком случае, намного лучше и приятнее Ника уж точно.

Чувствую себя сегодня такой загадочной. И букет мне прислали, и подруга приехала… Отчего-то у меня какое-то приятное послевкусие внутри, и ещё предвкушение прекрасного вечера. А уж когда Наташка достаёт из своего рюкзака шампанское, сомнений не остаётся. Вечер точно обещает быть томным и чудесным…

На этот раз подруга даёт мне своё платье. Красивое персиково-бежевого оттенка или даже цвета шампанского, с кружевом и тонким силуэтом. Я буквально не могу насмотреться на себя в зеркало. Она мне и волосы уложила, и подкрасила глаза… Лёгкие стрелки, тушь, румяна…

Красивая… Действительно красивая и возможно даже немного взрослая…

Боюсь идти вниз, если честно. Боюсь его взгляда. Его осуждения, а ещё очевидно того, что он может одним своим словом испортить мне весь настрой и желание куда-либо идти, но на этот раз Ник очень сильно меня удивляет…

Когда мы спускаемся, перепалка происходит между Лёшей и Наташей, а не между нами, и это немного скрашивает нашу совместную поездку, ведь пьяный Лёша привлекает всё внимание на себя. А Ник просто молчит и изучает меня, словно экспонат в музее… Я ведь вижу, что смотрит. Но понять не могу, что ощущает при этом. И что я ощущаю тоже… Странный трепет в груди.

— Сядешь ко мне на колени? — звучит из уст Лёши, и я чуть не давлюсь, если честно. Но Наташка быстро находит, что ответить. У неё так всегда. Она за секунды любого на место поставит. Талант…

— Слюни подбери…

— Я могу тебя обслюнявить, детка…

— Мы точно с ним поедем?

— Ну… — задумчиво отвечаю, пока голова немного кружится. — Лёша выпил, так что…

— Я отвезу, — какого-то чёрта заявляет Ник, а Наташка так на него смотрит после этого, что я готова сгореть от стыда. Улыбается и смущает меня до ужаса.

— Я же говорила… Твой-твой, — бормочет мне на ухо довольно.

— Прекрати, это не так!

— Ага, я что слепая по-твоему? — смеётся, пока идём до машины, а парни тащатся позади. Не слышу о чём они говорят, мне и Наташки хватает, потому что она несёт всякое, а мне отдуваться…

Когда садимся в машину, всё Лёшино внимание теперь на её ногах и платье, а я не знаю куда себя деть. Но самым кошмаром служит момент, когда я ловлю глаза Ника в зеркало заднего вида… И он так на меня смотрит, что у меня внутри всё сворачивается в клубок. Я понять не могу, что такое… Ему не нравится? Или нравится? Зачем он с ней расстался? Почему сканирует меня так, словно играет с огнём?

Я уже не знаю, куда смотреть, когда мы подъезжаем к месту. Естественно, напрягаюсь, когда Лёша выпрыгивает первым и подаёт мне руку… У Ника при этом, кажется, все мускулы на лице дёргаются. Но я подаю ему её и аккуратно следую вперёд с Наташкой, пока их ссора не достигла критических масштабов.