Без измен. Покорю твое сердце (СИ) - Свит Кэти - Страница 5

Меня аж передергивает.

Противно.

— Дорогая, что ты здесь делаешь? — смотрит на меня во все глаза. Голос обычный, нет ни пренебрежения, ни недовольства. Все как всегда.

Если бы я вчера не видела собственными глазами их поцелуи и ласки, то никогда б не поверила в измену, настолько реалистично и правдоподобно Володя отыгрывает роль примерного семьянина.

М-да… Оказывается, так тоже бывает.

В голову невольно закрадываются мысли, как давно он мне изменяет. Может ли быть, что Камилла — не первые отношения на стороне?

Разум шепчет, что так оно и есть. Ибо я выходила замуж явно не за великого актера, а мой муж именно таковым стал.

Никак иначе не объяснить то, что я сейчас вижу.

— Привет, пап, — Ваня выходит из-за моей спины и здоровается с отцом. Сын чуть крепче, чем нужно, сжимает мою руку.

Я сжимаю его ладошку в ответ, ведь Ванечка хочет меня приободрить. Его поддержка как никогда помогает.

— И ты тоже здесь? — с ярым недовольством спрашивает Володя.

Да, милый, вот так бывает, когда ты вместо того, чтобы заниматься семьей и интересоваться, чем живут твои близкие, проводишь все свободное время с любовницей. Мерзота. Ах, как же хочется помыться!

Оказывается, грязь от лужи смыть гораздо проще и легче, чем ту, которой одарил любимый муж.

Стоп.

В голову приходит дурная мысль, и меня бросает в холодный пот. Не хочу верить, но а вдруг… Ведь после увиденного все возможно.

Смотрю на Володю, а у самой все поганее и поганее становится на душе. Тошно до боли.

Милый мой, а ты точно ничего от нее ко мне не принес? Не «наградил» меня никаким «подарочком», от которого потом придется долго и упорно лечиться?

Хорошего настроения как и не бывало вовсе.

В голове делаю себе пометку записаться к гинекологу и сдать всевозможные анализы на ЗППП. Если обнаружится хоть одно, то ты, мой благоверный, очень об этом пожалеешь.

— Он приехал со мной пообедать, — отвечаю до того, как Ваня успевает что-то сказать. Я не хочу, чтобы мой мальчик конфликтовал с отцом. Честно.

Наш сынок замечательный. У него начинается непростой период в жизни, ведь переходной возраст никак иначе не обозвать, и мне предстоит запастись терпением и любовью. А еще мудростью.

У Вани на носу всероссийские соревнования, учеба, контрольные. Ему нужно сконцентрироваться на своем росте и обучении, а не на спорах с родителями и переживаниях из-за проблем в разрушающейся семье.

Ванечка любит плавание, он тратит на тренировки практически все свое свободное время и сейчас, когда у него появляется шанс получить мастера спорта по плаванию, я хочу его поддержать.

А не потопить на важных для сына соревнованиях.

— Он же болен, — говорит мне. — Ты ведь болен? — спрашивает у сына.

— Нет, — бурчит Ваня.

— Да, — говорю я.

Переглядываемся. Путаемся в показаниях.

— Так нет или да? — хмурится Володя. Он явно не понимает, что происходит вообще.

Да и нечего ему понимать! Муж больше не будет частью нашей жизни.

— Уже все в порядке, — мягко ухожу от деликатной темы. — Заниматься можно, в движении не ограничен. Сыпь на спине, — намеренно обозначаю местоположение выдуманной сыпи. — Прошла. Так ведь, сынок? — кошусь на Ваню.

— Конечно, мамуля, — немного ерничная, подыгрывает мне. Но и на том спасибо.

— Мама, — строго поправляет его Володя.

— Мама, — бурчит, закатывая глаза. — О! Мой обед принесли! — показывает на соседний стол и, не прощаясь, улепетывает кушать.

Проголодался, мой миленький.

— Ты так и не сказала, что здесь делаешь, — констатирует факт муж.

Его любовница нетерпеливо елозит на стуле.

— Разве не видно? — усмешка касается моих губ. — Я пришла сюда пообедать с сыном, — показываю Ванечку, с неприкрытым удовольствием уминающего за обе щеки борщ.

О, борщ! Какой отличный выбор!

Надо бы тоже себе заказать, что-то я проголодалась. Наверное, это от нервов.

— А вот что здесь делаешь ты? — намеренно выделяю последнее слово. — Неужто со своей секретаршей пришел в ресторан на обед? Может быть ждете кого-то? Переговоры? — одариваю своего мужа многозначительным взглядом.

— Камилла, тебе пора в офис, — говорит, не смотря в сторону заигравшейся с женатым мужчиной девки.

— Я еще не поела, — кудахчет. Ну точно, курица!

— И не переоделась, — бросаю через плечо. — Дома не была, раз пришла на работу во вчерашнем?

Муж бледнеет.

— Таечка, что ты имеешь ввиду? — Володя спрашивает слишком спокойным и умиротворенным голосом. Но я-то вижу, как играют у него желваки на скулах и как часто вздрагивает кадык. Даже пульс могу просчитать по слишком сильно пульсирующей яремной вене.

Мой муж нервничает и никак не может этого скрыть.

Дорогой мой, Станиславский не верит! — Ничего, — улыбаюсь максимально миролюбиво.

Как никогда вовремя к нам подходит официант. Молодой человек расставляет принесенные блюда.

— Смотрю у твоего секретаря шикарная зарплата, — киваю на том ям с морепродуктами и на запеченный на гриле лосось, спаржа и брокколи красуются рядом. — Даже я не могу позволить себе такой обед. Отлично живете, Камилла, — наигранно восхищаюсь девицей. — Держитесь крепче за своего шефа. Видите, какой он щедрый.

— Владимир великолепен, — не смущаясь, заявляет.

Фыркаю.

Ну-ну. Удачи тебе, уточка! Посмотрим, как ты закрякаешь, когда весь твой силикон поползет вниз, ведь после развода твое Великолепие будет не в состоянии вот это вот все обеспечивать.

— Не буду вам мешать с пользой проводить рабочее время, — говорю, делая вид, будто мне все равно.

Удивительно, но ни единой эмоции эти двое у меня не вызывают.

Потом будет больно, и я обязательно переживу эту боль, но сейчас… Как же хорошо, что самая обыкновенная валериана, принятая по прописанной врачом дозе, мне помогает.

— Таечка! Ты куда? — летит в спину.

— К сыну. Он ждет, — отвечаю и ухожу от этих двоих.

— Мам, я останусь сегодня у Макса? — спрашивает Ваня, стоя на пороге кафе. Мнётся.

По-хорошему после занятий в языковой школе ему нужно домой, ведь две полноценные тренировки в день делают своё дело, мой мальчик устал. А ему надо отдыхать! Ведь на соревнованиях потребуются все силы.

Но не отпустить сына в гости нельзя. Дома вечером будет скандал, и я не хочу, чтобы он его слышал.

Володя — его отец и нельзя пошатывать его авторитет. Точнее то, что от него осталось. У Вани начинается опасный возраст, ему нужен отец. Мальчику нужна крепкая надёжная рука, которая покажет направление и задаст цель в жизни.

Пусть лучше этой самой рукой станет Володя, чем тот, кто толкнет моего мальчика на скользкую дорожку.

Я прекрасно знаю, как подвержена влиянию молодежь, а ещё очень хорошо понимаю, почему негодяи в первую очередь берутся за хороших, добрых детей.

Уж больно не хочется, чтобы Ваня попал в дурную компанию.

— Утренняя тренировка будет в десять. Мы успеем сделать домашку по языкам и поспать, — продолжает меня уговаривать.

— Мама Максима не против? У неё на него планов нет? — уточняю, прекрасно зная их жизненную ситуацию…

— Она на дежурство к восьми, — озвучивает мою догадку Ваня. — Максим будет один.

Эх, жаль, что нельзя мальчиков оставить у нас. Так они были бы под присмотром.

Но есть одно большое и жирное но. Володя. Которого, при желании учинить разбор полётов, не остановят ни гости, ни дети в доме.

Ваня злой на отца, и я прекрасно понимаю его. А ещё знаю, что мне как-то их помирить нужно.

Володя хоть и прохиндей, но для Вани отец. Для сына это важно.

Я ведь заметила, с какой болью он смотрел на отца, понимаю, почему Ваня, перед тем как уйти, не подошел к нему и не попрощался.

Моему сыну больно. Очень.

Именно поэтому он быстро поел, схватил свои вещи и под предлогом, что якобы опаздывает на занятие, отправился в сторону выхода.