Первый Артефактор семьи Шторм 4 (СИ) - Окунев Юрий - Страница 9

Она указала на одну грань слитка, который был длиной вполовину её указательного пальца. Я пригляделся, пытаясь понять, где она нашла ошибку.

— А, ты про это, — усмехнулся я. — Это не ошибка.

— Но как? — удивилась девушка. — Смотри, тут руна не доведена до конца. За счёт этого получается слабое звено, идут теплопотери, возможен выплеск и даже порча материала!

Аккуратно взяв слиточек из её рук, я повернул плоскость к свету.

— Дело в том, что эта руна действительно незакончена. Но, — я поднял палец вверх, — сделано это с конкретным умыслом. Я чётко знаю, куда можно использовать этот артефакт, чтобы он принёс пользу. Но точная конфигурация связки будет известна только тогда, когда я присоединю его к другому артефакту.

— Так ты умудрился не просто гравировать иридий, но и сразу приспособить его под будущий составной артефакт? Что за божественное виденье? — удивилась Ангелина.

Я лишь хмыкнул.

— Опыт, — пожал плечами и встал со стула, когда увидел, что у ворот мелькнули фары автомобиля.

Во двор, остановившись сразу за обгоревшим бульдозером, остановилась очень знакомая машина: представительский ЗИС с белыми боковинами покрышек.

Из машины вышел Алексей Яростный, помахал нам свободной рукой — вторая была плотно привязана к телу. Видимо переломало ему не только рёбра.

— Смотрите, кого я вам привёз, голубки! — заявил она весь двор, загнав в краску Ангелину и Владислава Георгиевича, вылезающего с другой стороны.

Только вот Ангелина покраснела стыдливо, а Демидов-старший — от гнева.

Я внутренне собрался, готовый к перепалке и даже попытке использовать силу. Особенно, когда вслед за Демидовым вылез широкоплечий амбал, который легко мог бы перевернуть ЗИС, а то и бульдозер.

Шагнув вперёд, я прикрыл собой Ангелину, чем вызвал широкую улыбку у Яростного.

— Я в тебе не сомневался! — Он снова взялся за дверь машины, чтобы сесть обратно, и обратился к Демидову: — Помните, что я вам сказал. Вернусь через час, постарайтесь выжить.

После чего захлопнул дверь, и машина, сдав задом, покинула наш чудный двор.

Демидов и его огромный помощник пересекли подъездную дорожку и встали напротив нас на расстоянии пары метров. Владислав Георгиевич сцепил руки в замок на животе, амбал просто смотрел куда-то поверх моей головы.

— Черкасова позвать? — вдруг спросил Кефир, выскочивший из дома.

— И как ты его позовёшь, умник? — мысленно уточнил я.

— У меня есть свои способы, — хитро ответил четырёхухий. — Так звать?

— Пока не надо.

Лис кивнул и, обойдя гостей, запрыгнул на капот бульдозера, где и разлёгся, как на диване.

Девидов осмотрел дочь, перевёл взгляд на меня и только после этого сказал:

— Ну что, Шторм, поговорим?

— Ну что, Шторм, поговорим?

— Рад вас видеть в своём доме, — поприветствовал его.

— Я пришёл за своей дочерью, как и обещал. Ангелина. — Он протянул руку в её сторону.

— Как и обещал, я поддержу любое решение. Её, — ответил я. Оглянулся на девушку, незаметно подмигнул. — Даже если она пока не готова выбирать.

Мужчина снова начал краснеть, опустил руки, и я почувствовал, как по дворe начинает растекаться сила Дара. Атрибут воды накатывал, как волна, готовый снести меня прочь.

— Шторм, не шути так.

— Какие шутки? — Пожал плечами. — Кстати, почему Яростный пожелал вам «выжить»? У вас что-то случилось, какие-то проблемы со здоровьем?

Ангелина подалась вперёд, обеспокоенно глядя на отца.

— Папа, что случилось?

У Демидова задёргался глаз.

— Шторм случился, — прошипел он. — Ты посмотри в какую дыру он тебя затащил? Разве это нормально, чтобы такая девушка как ты находилась посреди развалин?

— Эти развалины, как вы говорите, смогли противостоять прямой атаке одного зарвавшегося одарённого вместе с его армией. Кстати, вон та шутка, — указал на бульдозер, а Лис похлопал по нему лапкой, — тоже пыталась пройтись по этим, как вы сказали, развалинам. Не доехал, как видите.

Амбал осмотрел сгоревшую машину, а затем заметил стоящие на земле кубики и слегка побледнел. О, у него есть инстинкт самосохранения. Уже радует.

Хотел напомнить Демидову, что Ангелина уже защищала эти «развалины», но решил не дёргать кита за усы. Вместо этого сказал:

— Может вы лучше поговорите с дочерью нормальным языком?

— Ты кого учишь⁈

— Владислав Георгиевич! — остановил его амбал. Неожиданно, даже лис приподнялся на бульдозере.

— Хорошо, хорошо, — махнул он рукой на помощника. — Ангелина, поехали домой. Мама ждёт, твой брат там чудит опять.

Демидов будто сдулся, постарел. На печальном лице стало видно тоску.

— Папа, — Ангелина вышла вперёд, и я теперь видел её ровную спину и гордую линию шеи. — Я рада, что ты приехал. И тебе, дядя Миша! — Она помахала амбалу и тот с улыбкой кивнул. — Но, пап, послушай сам себя! Ты приехал ко мне и к человеку, который позаботился обо мне ничего не требуя взамен. Но вместо того, чтобы вежливо поговорить или, хотя бы, пап, спросить, как я себя чувствую, ты сразу начал давить: мама ждёт, брат чудит. Олег всегда чудит, это часть его природы! — воскликнула она.

Амбал на фоне заулыбался. На удивление, он сразу начал выглядеть добрым и весёлым.

— Ты говоришь, что заботишься обо мне, но не заметил, как мне важно поучаствовать в соревнованиях Гильдии! А ведь я оказалась в группе лучших! Всё, как ты мечтал! Но нет: не отпустил, а когда я поступила по-своему, приехал и стал угрожать тем, кто оказался рядом.

— Ангелина, — хотел было что-то сказать Демидов, но девушка ещё не закончила:

— У Сергея действительно непростая жизнь. Он остался совсем один, но не опустил руки. Не стал использовать своих друзей в личных интересах. Наоборот, он прикрывает нас. Причём в прямом смысле, прикрывает своим телом и своим талантом, Даром артефактора. Папа, если бы посмотрел на то, как он работает с материалами, — она сжала в кулаке пламенеющий иридий, — ты бы сразу попросил его переехать к нам!

Мы с Демидовым одновременно поперхнулись, но теперь Ангелина повернулась ко мне и подмигнула.

— Но он бы всё равно отказался. Потому что здесь его дом, который он защищает. Как и тех, кто оказался рядом с ним.

Она замолчала, стараясь отдышаться. Я взял её под руку, чтобы поддержать, поскольку видел, что она зашаталась. Она поблагодарила меня взглядом и снова повернулась к отцу.

— Я вернусь домой. — Демидов радостно заулыбался и сделал шаг вперёд, но Ангелина выставила ладонь. — Вернусь, как только закончится соревнование Гильдии.

— Но, доченька…

— Мы встретимся не только с местными артефакторами, но и с иностранными гостями, которые приедут на мероприятия в честь Победы. Если я смогу показать высокий уровень, то о семье Демидовых узнают не только у нас, но и по всему миру. — Она отпустила мою руку и резко шагнула к отцу. — Даже делая то, что важно мне, я помню и думаю об интересах семьи. — Ткнула пальцем в сторону отца. — Помню и забочусь обо всех. Но кто заботится обо мне?

Она повернулась ко мне, улыбнулась нежной улыбкой и, прикрыв глаза, начала заваливаться, теряя сознание.

Мы с Демидовым поймали её одновременно. Столкнулись взглядами, в стороны брызнули искры Дара. Но я тут же ответил:

— Быстрее в дом.

Ничего не говоря, Владислав Георгиевич последовал за мной, неся на руках Ангелину. Мы прошли во временную спальню на первом этаже. Повезло, что под ногами уже ничего не валялось, поэтому никто не споткнулся.

Указав на её постель у стены, помог её уложить, принёс воды, ложками напоил. Позвал повара, приказал ему сделать бульон. Тот, как обычно, молча кивнул и ушёл. Так, надо у Максима уточнить, откуда он всё-таки взялся.

Прибежал Максим, провёл быструю диагностику, влил немного силы.

— Снова стресс, — пробормотал он. — Ей нужно пропить курс микроэлементов, чтобы укрепить нервы. Иначе дальше ей будет тяжело.