Первый Артефактор семьи Шторм 4 (СИ) - Окунев Юрий - Страница 28

Приведя себя в порядок, мы перекусили, после чего всю ночь занимались этим. Да-да, два артефактора наконец-то нашли друг друга и, не мешая коллеге, спокойно занимались артефактами в своих комнатах — я взял номер с двумя спальнями и общей гостиной с ванной.

Инструменты мы носили с собой, часть материалов для ремонта и мелких артефактов тоже. Что-то более серьёзное пришлось заказать, благо гостиница без проблем организовала доставку.

Я успел сделать часть заказа для Греховина, а также восстановил функции пластин в ботинках. Именно они позволили мне подпрыгнуть так высоко и увернуться от огненного шара Роксаны Приваловой.

Поведение этой девушки меня беспокоило. Казалось, что она начала сходить с ума. Иначе подумать было трудно. Я сравнивал её с другой женщиной, которая желала мне зла. Однако поведение Светланы Яровой я хоть как-то мог понять: женщина потратила несколько лет своей жизни, внедрилась в чужую семью, спала с моим телом, а после — предала всех.

При этом её главная задача осталась не выполненной. Все погибли, а я выжил. Стал влиятельнее и сильнее. Стал вечным напоминанием того, что она провалилась, как агент, и не состоялась, как человек.

А ещё она видимо заподозрила меня в том, что я стал богом. Так что её одержимость мною понятна. Но что я сделал Приваловой? Унизил её тогда в камере и отобрал Око Шторма? Неприятно, но недостаточно, чтобы желать моей смерти и пытаться убить на виду у всех.

Роксана может стоять за некоторыми покушениями на меня, но действовать столь открыто, на виду у толпы народа? Странно и непонятно. Хорошо, что её брат Кирилл взял на себя заботу над ней. Мне не пришлось нарушать свои принципы и убивать её при защите.

К утру я всё-таки завалился на кровать спать. Снились мёртвые люди: как те, которых я встретил в Холле Героев, так и те, кто умер своей смертью десятки и сотни лет назад в моей прошлой жизни. Некоторые мелькали, как размытые пятна, а другие танцевали вокруг меня хоровод, высоко подбрасывая потемневшие ноги.

Встали мы поздно, почти одновременно выйдя в гостиную. Заспанная, чуть взлохмаченная девушка выглядела уютно и мило, но стоило ей понять, где она находится и в каком виде, как её лицо стало серьёзным и непроницаемым.

— Я первая в ванную, — сообщила она и гордо прошла мимо.

Я же включил чайник, который стоял в номере, и занялся приготовлением чая. На столе лежали небольшие картонные коробочки с листьями для заварки, которых хватало как раз на один чайничек.

К моменту, когда Ангелина вышла, я уже заказал завтрак номер, рассудив, что нам лучше не светиться в общественных местах, особенно вместе. Во избежание слухов и неприятных ситуаций, вроде атаки демонов.

Затем, пока везли еду, я сам быстро сходил в душ и почистил зубы. После контрастного обливания голова перестала гудеть, хотя силы всё ещё не восстановились. Но даже в этом состоянии я чувствовал подъём: вчерашняя неразбериха позволила мне повысить свой ранг впервые за сотни лет!

Теперь мне нужно было решить несколько проблем: восстановить дом; понять, что нужно Церберам и не спалиться, что я бог (хотя Кислицина должна была всё понять при проверке, и это беспокоило меня ещё больше); создать более эффективное оружие против демонов; спросить, что имел ввиду Кефир, когда поздравлял меня и объяснить остальным, что он такое.

А, ещё нужно понять своё состояние с циклом перерождения!

Этим я и решил заняться, усевшись на закрытый крышкой унитаз. Закрыв глаза и начав медленно дышать, я погрузился в сосредоточенное состояние. Направив внутренний взор на самого себя, начал издалека: обследовал магические каналы, убедился, что они действительно стали шире. Местами чувствовались повреждения, в одном месте был прям ожог от чрезмерного потока энергии, но это всё можно подлечить, если знаешь как.

Дальше я обследовал свой источник. Он вырос больше, чем в два раза. Словно старое озерцо впитало несколько подземных источников, плюс шли дожди, и оно разлилось по пространству, увеличиваясь в размере и объёме. Пока что я могу использовать не всю силу, мне не хватает умения и, скажем так, «длины рук», чтобы зачерпнуть на нужную глубину, но это значительный прогресс!

Лишь после этого я аккуратно заглянул глубже, в то место, где соединяются душа, дух и тело. Поле медленно колышущихся зелёных водорослей, они же нити жизни, завораживало, как и всегда. Оно дышало жизнь, спокойствием, плавностью.

Полюбовавшись ими, я медленно направил своё внимание туда, где в прошлый раз находил белые нити цикла перерождения. В этот раз я двигался без суеты и страха, медленно раздвигая волей зелёные нити вокруг.

Наконец, я нашёл то самое место и, вздохнув, устремился вперёд. Счас глянем. В прошлой жизни у меня было пучок примерно из двенадцати-тринадцати нитей, которые танцевали в своём собственном ритме. Они уходили глубоко в «землю» и терялись в «небе», благодаря чему я крепко держался за два берега жизни между смертью.

Как говорил мой наставник, чтобы точно вернуться обратно нужно минимум шесть нитей. В последний раз, когда я заглядывал, у меня было три или четыре. Добил ли я благодаря вмешательству Гончей до нужного числа?

Однако от увиденного у меня спёрло дыхание.

Нитей не было. Вообще.

Вместо них среди зелёных трав стояло белое деревце без листьев. Оно походило на японский банзай: такое же перекрученное, с ветвями, торчащими в разные стороны. Белая, тонкая кора покрывала растение от корней до веточек, которые незаметными белесыми нитями устремлялись в небо.

— Как такое можно было не заметить? — ошалело пробормотал я, от чего вывалился из концентрации и оказался вновь в туалете гостиницы.

Передо мной сидел улыбающийся Кефир.

— Ещё раз поздравляю, Сергей. Теперь ты не совсем прозрачный. — Он встал, махнул хвостом. Обрубок слегка покрылся свежей шерстью и уже не выглядел столь строгой формы. — Надо поговорить.

Он толкнул лапой дверь и вышел наружу. Затем я услышал, как выругалась Ангелина, мимо двери просвистела полушка, и лис, загребая лапами по скользкому полу, залетел обратно ко мне, вскочив прямо на колени.

— Успокой свою самку, прозрачный!

— Самку? Его⁈ — рыкнула Ангелина и замерла в дверях. Увидев меня на унитазе, она сменила тональность: — Я не помешала?

— Я как раз собрался выходить.

— Отлично. И эту пушистую тварь с собой забери. Самка! — воскликнула она и пошла обратно в гостиную. Оттуда она крикнула: — У меня о-о-очень много вопросов, Шторм!

Подняв за шкирку Кефира, я посмотрел в золотистые глаза. Лис развёл лапы в стороны. Вот так вместе мы и вышли из туалета.

Посадив Кефира на стол, уселся в кресло напротив Ангелины. Девушка злилась, от чего я вспоминал момент знакомства: тогда она наезжала на брата, притащившего с собой её иглу из божественного льда. Теперь под катком мог оказаться я.

Ну, ничего. Теперь у меня есть древо перерождения. Думаю, даже если меня сейчас прибьют, я не исчезну из мира.

Кефариан выглядел чуть напряжённым, но не более. При этом он явно казался видимым, потому что Демидова периодически осматривала его наглую морду, после чего отворачивалась.

«Почему ты стал видимым?»

«Потому что больше не могу сдерживать свою энергию. Перехожу в зрительный диапазон».

«Значит, нажрался энергии. Молодец».

«Ну-ну, не злись. Отчасти это и твоя заслуга, юный бог».

Он весело подмигнул искрящимися глазами, а я замер. Юный бог?

— Так, а теперь рассказывайте: кто вы и что происходит? — прервала тишину Ангелина. Ну, хотя бы мысли лиса пока транслируются только в моей голове.

Почесав переносицу, я собрался.

— Ангелина, знакомься, это Кефариан. По-домашнему — Кефир.

— Почему Кефир? — сразу перебила девушка.

— Потому что… — начал я, но теперь меня перебил лис:

— Потому что у Шторма плохое чувство юмора. Ещё собакой называл, и лисой.

— А ты не лиса? Похож на фенека! — удивилась Ангелина.

— Я лис! Кефариан — лис, путешествующий между мирами!