Миллион лет до н.э. (СИ) - Сирин Инна - Страница 28

— Теперь моя душа всегда будет здесь?

— Это священное место. Да.

— Даже когда уйду?

— Часть твоей души всегда будет здесь.

— А где твоя?

Он ткнул пальцем в отпечаток по соседству с моим. Вот хитрец.

И тут меня озарило. Ведь для фиксации красок, которые к слову прожили тысячелетия, они использовали животный жир и костную муку. А что если мне попробовать добавить их в мыло и дать ему застыть? Жиры и масла, как растительные так и животные, используются в мыловарении и косметологии. Так почему бы мне не попробовать?

Окрылённая идеей, я помчалась в лагерь, а Аур вынужден был остаться в пещере до конца лекции. Он то эти лекции наизусть знал и может быть в старости сам будет их читать. Но как вождь должен был присутствовать и подавать пример.

Лето, как ему и положено, пролетело быстро. Ну или счастливые часов не наблюдают. Моё счисление времени сейчас заключалось в наблюдении за солнцем и подсчетом ночей, которые разделяли дни. Примерно в середине августа Сана подошла ко мне со странным вопросом:

— И давно это с тобой?

— О чём ты?

— Хм… Ну да, ты же сама не чувствуешь этот запах.

Я испуганно вздрогнула, принялась нюхать себя, думая, что пахну по́том или чем похуже, но вроде всё было в порядке. Сана ушла по своим делам и я не стала догонять её. Мне сегодня нужно было сделать много бусин для нового ожерелья. Ладно, вечером спрошу. Вставать с места было лень и я просто потянулась за заготовками в деревянной тарелочке, согнувшись пополам. И тут меня как замутило! Насилу удержала в себе завтрак. Вот же.

— Что вообще имела ввиду Сана? — пробормотала я, справившись с тошнотой половиной бутылки воды. Вот наверное единственная вещь, о сохранении которой я радовалась. Бурдюки так и не стали для меня удобными, а вот бутылка! Наверное для полного погружения мне надо всё-таки от нее отказаться, но пока и так нормально.

В обед прибежал один из охотников.

— Я видел бизонов! Целое стадо! Они идут к водопою.

Надо отметить, что последний месяц охота не задавалась. Нет, мясо у нас было, но в основном мелкая дичь и птица. Всего одна косуля попалась. Уже давно в окрестностях не видели оленей, кабанов или кого покрупнее. Так что за этим стадом они точно пойдут и наверняка в этот раз успешно. Ведь если бизоны опять не дадутся, нам придётся сниматься с места и искать себе новую стоянку.

Я переглянулась с Ауром и ободряюще улыбнулась ему. Надеюсь, он не заметил грусти в моих глазах. Что-то в последнее время я такая чувствительная стала, легко срывалась на слёзы, иногда плакала по ночам. Стоило мне подумать о том, что надо уходить отсюда, сразу плакать хотелось. Но ведь меня ждут дома, разве нет? Там мама с папой, Мармеладка, Мира и куча друзей и знакомых. По правде, подруга у меня была одна, а знакомые вряд ли станут сильно скучать. И всё-таки вернуться надо. Надо?

А как же Аур? Как же наша любовь? Я так прикипела к нему, что уже не представляла себе жизни без него. Не знаю, как смогу обойтись без его голоса, ласковых рук и объятий, без его заботы обо мне. Избаловал он меня. Что, если снова спросить его, не хочет ли он со мной? Я бы помогла ему адаптироваться в своём мире, он умный, быстро научится и ему будет всю жизнь интересно.

Не знаю, что мне делать. Дело ведь не только в Ауре. Я привыкла здесь. К этим людям, к местам, к путешествиям, к тяжёлой, но понятной работе. Даже к отсутствию привычного комфорта привыкла. И мне хорошо здесь, спокойно. Я не уверена, что готова вновь погружаться в технологичное будущее. От него так легко устаёшь.

Ну вот опять. Сев на пенёк, я снова разрыдалась.