Мистер Невыносимость 3 – За гранью бездны - Граф К. - Страница 2

Я достала сотовый из кармана халата и набрала его номер. Не колеблясь. Сейчас у меня есть повод. Железобетонное оправдание.

– Алло, Лина? – послышался его твёрдый, но взволнованный голос на другом конце. Наверное, он догадался, что я звоню неспроста. До этого я написала ему всего одно сообщение, и то в порыве чувств. Если бы не что-то срочное, звонить бы точно не стала. – Лина? Что случилось? Почему ты молчишь? – продолжил он. Тревога в его голосе нарастала.

– Она умирает, – прохрипела я в трубку. На секунду воцарилось молчание. Кажется, несмотря на мой неразборчивый лепет, он понял, о ком речь.

– Я сейчас же приеду! – произнёс Лоурен ровным тоном. – Жди меня! – И отключился.

Я уставилась на телефон в своей руке. Может, всё-таки не стоило этого делать? Могла бы поручить это кому-то другому. Снова предстану перед ним такой… слабой. Не могу. Не хочу… Тем не менее, гордость потухла, когда мои мысли вернулись к Вики. Не важно, что подумает Лоурен. Вообще ничего уже не важно.

Не знаю, сколько я просидела на стуле, смотря в одну точку. Время пролетело незаметно. Я даже почти не слышала приближение торопливых шагов и едва почувствовала давление сильной руки, прикоснувшейся к моему плечу. Я подняла голову. Сверху вниз на меня смотрел Лоурен. Он был мрачным и бледным от беспокойства.

– Как ты? Как Вики? – спросил он, бережно проводя ладонью по моей голове, как он делал это раньше. Я приняла проявление заботы. Первый вопрос проигнорировала.

– Она умрёт, – пропищала я, глядя ему в глаза, и сама не заметила, как у меня по щекам покатились слёзы. – Даже если ей станет лучше, это будет ненадолго. Так или иначе, она умрёт. Ей немного осталось. Она не слезала с диализа, а теперь наслоилась серьёзная инфекция! Даже если каким-то чудом удастся её загасить, донора нет! Его нет! Понимаешь, нет! Без почки всё бесполезно, а я ей обещала, что она будет жить! Я обещала и не сдержала обещание!

Лоурен резко поднял меня со стула и заключил в свои объятья. Такие знакомые и родные объятья, которые заставляют забывать о жестоком мире вокруг, в которых перестают существовать проблемы и несчастья. Родные объятья – заботливые и нежные, ни с чем несравнимые.

– Она не умрёт! – произнёс он уверенно мне на ухо. – Ты слышишь? Она не умрёт! Всё будет хорошо!

– Побудь со мной, Лоурен! Не уходи! – пробормотала я дрожащим голосом, уткнувшись в его плечо, и обняла его в ответ крепко-крепко. Мне вдруг стало очень страшно остаться одной в стерильной, безразличной больничной тишине.

Почему сейчас? Почему именно рядом с ним? Я ведь так и не простила до конца, но Лоурен именно тот, кто мне нужен в данную минуту: моя скала, моя защита. Эти холодные, но невероятно ласковые руки, что раньше качали и утешали меня; это тело, которое любило меня неистово и самозабвенно; этот голос, что пробирал насквозь, когда с его губ срывались слова любви. Я ничего не забыла, как бы ни старалась.

Лоурен взял моё лицо в руки и заставил посмотреть на него. Пронзительный зелёный взгляд был полон несокрушимой уверенности, как и всегда.

– Я не уйду. Никогда! И если я сказал, что всё будет хорошо, значит, так и будет. Верь мне!

Верить? Как ему верить? Где он был все эти шесть лет?! Именно когда я нуждалась в нём больше всего, его не было рядом! Господи, как у него совести хватает толкать такие вдохновенные речи?! Какое же он трепло!

Я наконец вынырнула из потока неконструктивных эмоций.

– У тебя, наверное, очень много дел. Сейчас тебя к Виктории не пустят. Если будут какие-нибудь изменения в её состоянии, я позвоню.

Чтобы освободиться от его широких ладоней, я попыталась отвернуться, но Лоурен продолжал удерживать меня. Тут я немного запаниковала. Наши взгляды снова пересеклись.

– Я не пытаюсь воспользоваться ситуацией. Просто хочу хоть немного утешить, чтобы ты не изводила себя понапрасну. Виктория обязательно поправится. Она проживёт долгую и счастливую жизнь, вот увидишь.

Его губы коснулись моего лба. У меня перехватило дух, и по всему телу побежали мурашки. Сразу вспомнился наш поцелуй в машине, несмотря на то, что старалась выкинуть этот эпизод из головы. На что я вообще надеялась? Что у меня случится приступ амнезии?

Лоурен снова посмотрел на меня. В его глазах стояла мучительная тоска и желание, которое он старательно подавлял. Я чуть не захлебнулась в этом тёмном омуте, и, естественно, моё тело среагировало: колени превратились в вату, внизу живота стало горячо, во рту пересохло, а в щёки ударила краска.

Я сама виновата. Это я своим поведением создала неловкую ситуацию.

– Спасибо за поддержку, но я справлюсь. Не стоит усердствовать, – выдавила я, стараясь казаться хладнокровной, чтобы хоть как-то остудить накал страстей, но это мало помогло.

– А по-моему, стоит. Я вижу, что ты снова пытаешься взвалить на себя вину. Как раньше ты винила себя за смерть родителей, так и сейчас за болезнь Виктории. Я тебе этого не позволю.

Меня укололи его слова. Он по-прежнему видит меня насквозь. Между нами пролегла пропасть многолетней разлуки, Лоурен стал мне чужим – так я себя настраивала, – тогда почему он до сих пор настолько проницателен?! Или это я слишком предсказуемая.

Он прямо говорит мне о том, что я должна понимать сама, без его слов. И в отличие от меня он точно знает, что нужно делать. Он всегда выигрывает, а я проигрываю. Так почему бы не разрешить ему помочь мне? Хотя когда ему вообще нужно было чьё-то разрешение, если он для себя всё решил.

– Лоурен, не надо. Пожалуйста, не начинай опять…

Мой робкий протест его не впечатлил. Он уже нашёл брешь в моей броне. Ещё немного, и мой панцирь треснет.

– Не опять, а снова. Прекрати терзать себя бесполезными сомнениями и угрызениями совести. Ты ни в чём не виновата. Просто не думай. Отпусти контроль – и увидишь, скоро всё встанет на свои места.

Он вроде бы говорил о моих чувствах к Вики, но в то же время и о нас с ним. И мне действительно хотелось сделать так, как он говорит.

Его губы вдруг приблизились к моим, и я уже чувствовала его тёплое дыхание на них. На секунду это вскружило мне голову, но вовремя опомнилась.

– Нет! – твёрдо сказала я и отодвинула его в сторону.

Не могу. Нет… я не могу так. Это дорога в пропасть. В такие трудные минуты легче всего поддаться слабости, но нужно держаться… подальше от Лоурена.

Он медленно отступил и опустил виновато голову. Я вздохнула с облегчением. Если бы он надавил ещё немного – не знаю, чем бы это закончилось.

– Дай мне всего один шанс, Лина. Прошу тебя, – тихо сказал он, продолжая смотреть себе под ноги. Сама невинность. – Ты постоянно меня отталкивать, но всё же подумай насчёт нас ещё раз.

Я усмехнулась про себя. Он видит и знает, что сейчас я очень уязвима. Мне тяжело. Подобрал правильный момент, когда я не в состоянии дать ему решительный отказ. Пусть так. Но я всё ещё знаю, насколько он опасен. Сейчас меня спасёт только отступление. Сделаю шаг назад, чтобы не проиграть окончательно. Поддамся ему.

– Хорошо. Подумаю. Но сейчас давай сосредоточимся на Вики. Я просто сгораю изнутри, зная, что она каждую минуту борется со смертью.

– Я понимаю. Так и сделаем. Поставим Вики на ноги, и заживём счастливо, – ответил Лоурен, осторожно взглянув на меня. Затем улыбнулся краем губ. Моё сердце тут же пропустило удар. – Я буду ждать, сколько понадобится. Дай мне ответ, когда всё решишь.

Он снова уверенно шагнул ко мне и взял мою руку в свою. Я вздрогнула, не зная, чего от него ещё ждать. Вряд ли он продолжит испытывать удачу. Лоурен не станет портить достигнутый успех. Или?..

– Я сделаю для Виктории всё возможное и невозможное, будь уверена. И для тебя тоже. Можешь даже не сомневаться – она выздоровеет.

Он оставил это заявление висеть в воздухе, как пророчество.

Мне бы его уверенность. Мой опыт врача не обмануть красивыми словами. Я лишь робко надеялась, что он действительно будет рядом с Викторией, когда настанет время прощаться. Кроме нас у неё никого нет, и только в нашу с ним любовь Вики верит безоговорочно.