Самогонное зелье графини из трущоб (СИ) - Лисина Василиса - Страница 1

— Ещё жива? — Словно сквозь вату слышу голос.

Голова просто раскалывается. Значит, жива. Когда я успела удариться? Ничего не помню. Я ведь просто зашла домой, и…

Холодные пальцы вдруг касаются моей шеи, отчего по телу бегут неприятные мурашки. Я с трудом открываю глаза.

Передо мной какая-то рыжеволосая женщина с завитыми кудряшками и в пышном платье с кринолином. Для свадебного слишком яркое. И не вписывается она в окружающую действительность, потому что за ней старая обшарпанная стена. Странно всё это.

— Как жаль, что я не могу облегчить твои страдания, — делает сочувствующий вид рыжеволосая. — Иначе будут искать убийцу, а нам с моим милым это не надо.

— Что ты там застряла? — слышится грозный голос откуда-то из-за стенки. — Идём!

— Она ещё жива, — кричит женщина, поднимаясь на ноги.

В комнату заходит мужчина. Довольно красивый, широкоплечий, с длинными волосами, чёрными как смоль. Если бы у меня не болела голова, я бы оценила и пригляделась бы к нему получше, но сейчас не до этого.

— Розалия, уходим, — кривит он своё красивое лицо, взглянув на меня. — Скоро зелье подействует.

— А если нет? — Та, кого он назвал Розалией, заламывает руки. — Если она выживет и решит отомстить?

Мужчина коротко смеётся.

— Если она чудом выживет, то о мести крошка Летта и не помыслит. Потому что понимает, кто я и кто она. Никто. И если она захочет жить, то будет тихой и незаметной.

— Я ревную, — капризно говорит Розалия. — Ты назвал её крошкой.

Она вешается на шею мужчине, а он смотрит на меня с ухмылкой. Голова болит ещё сильнее и я закрываю глаза. Какой же бред…

— Не глупи, Рози. Ты намного лучше.

Их голоса удаляются, как и звук их шагов. Наступает долгожданная тишина.

Я всё жду, когда сон закончится, но этого не происходит. Разглядываю деревянный потолок, старый стол, на краю которого торчит исписанная пожелтевшая бумага. Вокруг меня валяются пустые бутылки, пахнет спиртным и кислым.

Мне нужно проснуться и выпить таблетку от головной боли, невозможно же! Хочу перевернуться на другой бок, но тело тут же пронзает острой болью. Это уже ненормально. Может, я в бреду?

Тихо постанываю и замираю, жду, когда боль чуть утихнет, чтобы я снова попыталась двигаться. Надо вспомнить, что же со мной произошло.

— А ты сильная, — раздаётся рядом мелодичный тоненький голосок. Приятный, как звон текущего ручья. — Хочешь, я тебе помогу?

Открываю глаза. И поражаюсь тому, насколько качественный и реалистичный у меня бред.

— Вот и белочка пришла, — произношу я вслух.

Белочка самая натуральная, только за спиной у неё крылья, как у стрекозы. Или феи.

С галлюцинациями разговаривать бессмысленно, поэтому я не отвечаю и снова закрываю глаза. Когда же я проснусь?

Хочу обратно в свою просторную квартиру. Зря я что ли пахала на неё всё это время? Я только-только закончила ремонт и переехала туда, думала, вот сейчас-то я и заживу. Неужели я свалилась из-за переутомления?

— Что молчишь? Мне нужно твоё согласие, — настаивает белка.

— Делай что хочешь, — хрипло говорю я, думая только о том, как хочу проснуться.

— Будем считать, что ты согласна, — вздыхает тот же голосок после краткой паузы тишины. — Ритуальную фразу потом произнесёшь.

Что-то тёплое и мягкое касается моей головы. И боль проходит! Это лучше тех убойных таблеток, что прописал мне врач, когда все остальные лекарства от мигрени перестали помогать. Я приподнимаюсь на локтях и во все глаза смотрю на белку-фею.

— Теперь ты должна дать мне имя, и контракт завершён, — говорит она, мигнув своими глазками-бусинками.

— Контракт? — У меня включается мозг. — На каких условиях?

А я ведь уже согласилась. Ой.

— Ты меня кормишь, я тебе помогаю. Всё просто.

— Нет уж, давай точнее. Чем кормлю, сколько раз в день, как ты мне помогаешь?

Мне кажется, или белочка умудрилась закатить глаза?

— Обычный договор с фамильяром, — фыркает она.

Следующий вопрос так и остается невысказанным, потому что я обращаю внимание на обстановку вокруг. Теперь, когда голова не болит, это совсем не похоже на бред. Как будто меня реально перенесли куда-то в деревню на съемку фантастического фильма. Тут деревянная обшарпанная мебель, глиняная посуда, маленькая металлическая печка с довольно большой трубой, уходящей в потолок. А на полу и на столах стоят какие-то огромные стеклянные сосуды внутри которых клубится пар.

— Мы вообще где?

— Ох, забыла, — белка бьёт лапкой себе по лбу и качает головой. — Погоди.

Она подлетает ко мне, снова касается лапой лба. Но на этот раз у меня перед глазами проносятся картинки, чужие воспоминания.

— Ты согласишься на эту помолвку, — кривит губы полноватый мужчина. — У тебя нет выбора, с твоей магией тебя больше никто не возьмёт. Радуйся, ведь ты оказалась не такой бесполезной.

На глаза наворачиваются слёзы и силуэт мужчины расплывается. Это был… мой отец?

Картинка меняется. Я иду к алтарю, придерживая подол пышного платья. Мне улыбается тот самый темноволосый мужчина…

Мелькают лица, слышатся обвинения, всё смешивается.

— Ты знала! — Кричит на меня в ярости он. — Знала, что твой отец замышляет. Вся ваша семейка…

— Я не… — мой голос дрожит, а горло сжимает спазм. Перед глазами страшная картина, как родителей уводит стража во главе со вторым принцем.

— Бесполезная! — в ноги мне летит кубок с вином, красные брызги пачкают белое платье. — Убирайся!

Болит в груди, постоянно от отчаяния хочется плакать. Есть только одна надежда, только один человек, к которому я могу пойти за помощью…

Но самое последнее воспоминание я помню чётко. Этот длинноволосый пришёл сюда вечером, предложил поговорить, решить всё мирно. Болтал какую-то чушь о том, что он поможет, налил вино. Оно оказалось отравленным! И это и есть причина моей жуткой головной боли. Вот гады!

Погодите-ка, кто такая Виолетта? Судя по воспоминаниям, это… я?

Вскакиваю, выхожу из кухни и устремляюсь к лестнице. Белка бодро летит за мной. Мне нужно зеркало! Не знаю откуда, но я помню, где оно лежит! Тут есть второй этаж, и там спальня.

Достаю из ящика комода зеркало и стираю с него пыль, смотрю на незнакомое лицо. Виолетта, так её зовут. Я касаюсь рукой щеки и девушка в зеркале повторяет моё движение.

Приплыли. Неужели я умерла и оказалась в теле этой несчастной? Думала, такого не бывает. Я неизвестно где, совсем одна, рядом летающая белка, да ещё какая-то экстравагантная парочка хочет меня убить.

На туалетном столике лежат какие-то бумаги, взгляд сам падает на них. Беру в руки и читаю. Это свидетельство о разводе. “Ардэй Роллет расторгает брак с Виолеттой Роллет”. Брак длился один день?! “И отписывает ей имущество…” Ага, вот этот полузаброшенный домик.

Меня уже отослали на окраину города, туда, куда стража обычно не доходит. Зачем убивать? Бывший муж был прав, когда сказал, что Виолетта мстить не станет: попросту не сможет. Никого и ничего у неё (а теперь и у меня) нет. Не понимаю, чем я им мешаю?

— К нам гости, — напряжённо произносит белка и поворачивает носик к выходу.

Я слышу, как входная дверь в домик открывается. Без стука, словно кто-то уже знает, что я не открою.

Я оглядываюсь в поисках того, что можно использовать как оружие. Спускаться беззащитной кажется плохой идеей. Не успела попасть в другой мир, как, похоже, скоро меня ждёт новое путешествие. В мир иной.

— Хозяйка! — Слышу я зычный мужской бас.

Расслабляю плечи. Раз кто-то зовёт, наверное, убивать не станет. Но точно не скажу, кто знает этих головорезов.

— Ты можешь меня защитить в случае чего? — спрашиваю я белочку.