Семья напрокат (СИ) - Мун Лесана - Страница 27

Зулана взялась за дело с энтузиазмом. Сначала ванна — с ароматными маслами и солями. Потом массаж — легкий, расслабляющий. Потом волосы.

— Как будем укладывать? — спросила горничная.

— Учитывая, что у платья очень открыта спина, мне будет комфортнее, если ты оставишь волосы распущенными, но сверху что-то заплетешь, на свое усмотрение.

Зулана засмеялась и принялась за работу. Она крутила мои волосы, закалывала, украшала шпильками с жемчугом. Результатом я осталась довольна на все сто.

— Идеально, — выдохнула я, глядя в зеркало.

Потом пришло время платья. Того самого, молочного, кружевного, которое герцог заказал специально для приема. Зулана осторожно сняла его с вешалки. Я затаила дыхание.

Платье было произведением искусства. Молочного цвета, с тончайшим кружевом по лифу и рукавам. Юбка — пышная, многослойная, с вышивкой жемчугом. Основная фишка — глубокий вырез на спине. Не вульгарный, но оо-о-очень привлекающий внимание.

Я надела его. Зулана застегнула крючки сзади, расправила юбку.

— Вы прекрасны, госпожа.

Я посмотрела на себя в зеркало. И сама удивилась эффекту. Платье сидело идеально. Подчеркивало фигуру, делало кожу еще более фарфоровой, а волосы — золотистыми.

— Ну что ж, — сказала. — Пора на прогулку в серпентарий.

Зулана проводила меня до двери.

— Удачи, госпожа! Покажите им всем!

Я улыбнулась и вышла в коридор.

Спускалась по лестнице медленно, придерживая юбку. Туфли на каблуках цокали по ступеням. Сердце колотилось. Внизу, у подножия лестницы, стоял герцог.

В черном фраке, безупречно сшитом, и молочного цвета рубашке. Наши костюмы — это пара. Чтобы всем стало ясно даже без слов. Темные волосы герцог зачесал назад, лицо серьезное и отрешенное, как обычно.

Он поднял голову. Увидел меня. И застыл. Просто замер, глядя на меня. Брови чуть приподнялись. Видимо, это, в случае с герцогом, означает крайнюю степень удивления.

Я продолжала спускаться. Шаг за шагом. Не отрывая взгляда от него.

Он не шевелился. Просто смотрел. Так, будто видел меня впервые. Я дошла до последней ступеньки. Остановилась.

Мы стояли, глядя друг на друга. Молчание затягивалось, напряжение становилось почти осязаемым. Казалось, одна искра — и произойдет взрыв.

— Вы сегодня особенно ослепительны, леди Иветта, — произнес герцог.

В его голосе было столько тепла, столько искренности, что у меня перехватило дыхание. Это было не просто комплиментом. Это было... признанием. Почти.

— Спасибо, — только и смогла из себя выдавить. — Вы тоже… кхм… хорошо выглядите.

Он протянул руку. Медленно. Словно боялся, что я исчезну, если он сделает резкое движение.

— Позволите?

Я положила свою ладонь в его. Его пальцы сомкнулись вокруг моих — крепко, надежно. Тепло его руки обожгло даже через перчатку. Он не отпускал моей руки. Просто стоял, глядя на меня, и в его глазах плясали те самые золотые огни.

— Мы опоздаем, — тихо сказала я, хотя сама не хотела двигаться. Хотела стоять вот так, под его взглядом, чувствуя тепло его руки в своей.

— Не страшно, — ответил он, и в голосе послышались новые нотки. Что-то вроде восхищения. — Мне нужна еще минута.

— Для чего? — прошептала я.

— Чтобы запомнить, — его взгляд снова скользнул по моему лицу, задержался на губах. — Вас. Вот такой.

У меня перехватило дыхание. Что-то в его словах, в его взгляде заставило сердце биться быстрее. Это было больше, чем просто восхищение платьем или причёской. Это было... очень личным.

Он поднес мою руку к губам. На секунду замер. Потом медленно, не сводя с меня глаз, поцеловал мои пальцы через тонкую ткань ажурной перчатки.

Прикосновение его губ, даже через ткань, обожгло. Я почувствовала этот поцелуй всем телом — волна жара прокатилась от пальцев вниз, к животу, ещё ниже.

— Готовы к бою? — спросил он тихо, все еще держа мою руку у своих губ.

— Всегда, — ответила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Не получилось. Вышло хрипло. Словно где-то ворона каркнула.

Герцог это птичье пение никак не прокомментировал. Медленно опустил мою руку, но не отпустил. Развернулся, укладывая мою ладонь на сгиб своего локтя.

— Тогда пойдёмте, — сказал он. — Покажем им, на что способна новая герцогиня Вэлтор.

Мы направились к выходу, где нас ждала карета. Его рука накрыла мою, лежащую на его локте. Крепко. Собственнически. Словно он боялся, что я сбегу.

Или не хотел отпускать.

Кто и когда укутал мою фигуру меховым палантином — понятия не имею. Обратила на него внимание, уже когда села в карету. Ехали мы в полном молчании, но это была не тягостная тишина, а какая-то... предвкушающая.

Карета остановилась перед особняком герцогини Розанны Блекмур. Я выглянула в окно и ахнула. Здание было огромным — три этажа белого камня, украшенного колоннами и лепниной. Окна сияли тёплым светом, на крыльце стояли слуги в ливреях, а от входа к улице был проложен красный ковер.

— Впечатляет, — выдохнула.

— Это ещё что, — Северин помог мне выйти из кареты. — Внутри еще интереснее.

Герцог не преувеличил. Холл встретил нас сиянием хрустальных люстр, мраморным полом, по которому мои каблучки зацокали особенно звонко, и огромной лестницей, ведущей на второй этаж. Повсюду были люди — дамы в роскошных платьях, кавалеры во фраках, слуги с подносами.

И все — абсолютно ВСЕ — обернулись, когда мы вошли.

Я почувствовала на себе десятки взглядов. Оценивающих. Любопытных. Завистливых. Осуждающих. Словно меня раздели взглядом, препарировали и составили мнение за три секунды.

Хотелось сжаться. Спрятаться за спину герцога. Но я вспомнила слова мадам Бланш: "Осанка — это все". Выпрямила спину. Подняла подбородок. Положила руку на локоть герцога и улыбнулась так, будто этот особняк уже завтра станет моим.

— Северин! — раздался уже знакомый голос.

Навстречу нам вышла герцогиня Розанна. В платье цвета бордо, с жемчугами на шее и в волосах. Величественная, как королева. Мы перекинулись парой приветственных реплик, и нам было предложено пройти дальше, чтобы пообщаться с остальными гостями. Такая себе перспектива, если спросить мое мнение.

Мы вошли в бальный зал, и я снова чуть не ахнула. Огромное помещение, залитое светом сотен светильников. Паркетный пол, отполированный до зеркального блеска. Стены, украшенные картинами и золочёной лепниной. И люди. Много людей. Человек сто, не меньше.

Все они, как по команде, повернулись к нам. Снова взгляды. Ясное дело — оценивающие. Ощущение, что я какой-то заморский деликатес, который каждому хочется откусить. Я крепче вцепилась в руку герцога.

— Не бойтесь, — тихо сказал он, накрыв мою ладонь своей. — Я рядом.

— Я не боюсь, — соврала. — Просто не ожидала, что будет столько людей.

— Привыкайте. Это ещё небольшой приём. На балу во дворце бывает в три-четыре раза больше.

К нам начали подходить. Сначала один лорд, потом дама, потом ещё, и ещё. Кланялись, здоровались, поздравляли с браком. Но эти липкие от любопытства взгляды... хотелось срочно найти ближайший туалет и умыться, а лучше — принять душ.

— Леди Иветта, как вы очаровательны! — фальшивая улыбка в довесок к комплементу.

— Герцог, вы счастливчик! — неприкрытая лесть.

— Такая красивая пара, это так чудесно!

Я улыбалась, кивала, благодарила. Северин не отходил от меня ни на шаг. Его рука на моей талии, крепкая, надёжная. Словно якорь, который не дает меня унести в глубокие воды светского океана, где уже поджидали зубастые акулы с фальшивыми улыбками и настоящими бриллиантами.

Музыка стихла. Герцогиня поднялась на небольшое возвышение.

— Дорогие друзья! — объявила она. — Благодарю, что откликнулись на моё приглашение. Сегодня мы собрались по особому поводу. Все вы знаете, что под моим патронатом числится несколько городских приютов для сирот. И сегодня у нас будет вечер сбора средств, так что готовьтесь к очень интересному аукциону. Уверена, вы все будете в восторге. И конечно же, я хочу, чтобы вы все поприветствовали и поздравили молодожёнов и моих хороших друзей, которые присутствуют здесь — герцога Северина Вэлтора и его прекрасную супругу, леди Иветту!