(не) Сладкая жизнь для попаданки (СИ) - Митро Анна - Страница 18

– Прогрессивные? То есть, опережающие свое время, развитые.

– Типа того, – кивнула Лорина. – Так как, мериться пойдем?

– Пойдем, – кивнула я. Не смотря на то, как она говорила, и при всей ее искривленности и усталости, она вызывала лишь доброжелательность. С ней было легко.

Мы зашли в дом, и я пригласила ее в гостиную, предложив все те же тапки. Надо бы хоть парой обзавестись, а то вдруг в гости наведаются сразу несколько человек…

– Эх, а мои отказываются носить, только когда распутица или снег сыплет. И не объяснишь, что грязюку тащат, а убирать мне, – посетовала Лорина. – И все же, какие штанишки удобные, сымать не нужно! Так и поверху смерим, – и она бодро достала из котомки, принесенной с собой, бумажку, грифель и какие-то веревки. Я же посмотрела на это все, пошла на кухню, захватила компот, стаканы и пару листов, которые принесла сверху, чтобы были под рукой, если нужно вести записи.

А после Лорина все же ощупала джинсу, задумалась, потом посмотрела куски ткани, что мне достались от прабабки, и с интересом уставилась на мои рисунки. Я же сначала нацарапала просто брюки-клеш, думая, что будет и нашим, и вашим. Но пораскинув мозгами и посоветовавшись со швей, решила, что этот вариант крайне не удобен. Запутаюсь в них, так же как в юбках. И превратились клеш в шаровары. А потом к ним рядом пририсовались такие же, только с приставкой сверху, вышел комбинезон. Мне подобная одежда в родном мире не очень заходила, но тут, если верх будет похож на местный, то низ мне, возможно, простят. Дальше я показала Лорине на пальцах, что рубахи мне нужны зауженные, так как широкие запихивать под сарафан не самое приятное занятие. Хотя последние тут предпочитали шить свободными, а не как у нас на гламурных моделях «а-ля рюс». Наконец, решив все насущные проблемы, мы оторвались от рисунков. Швея попробовав мой компот, замычала. В первое мгновение мне показалось, что ей стало плохо. Но нет, полные восторга глаза сообщили мне обратное, равно как и ее слова, согревшие теплом душу.

– Варя! Это же чудо, а не узвар! Вкусно, чудо как вкусно! Вот о чем половину дня я мечтала! И усталость как рукой сняло, – повторяла она, пока я сворачивала отрезы и провожала ее до калитки.

Приятно-то как! Говорила она совершенно искренне, закатывая глаза от восторга и прижимая руки к груди.

Мы договорились, что я зайду к ней через день другой, чтобы примерить сметанную одежду. А заодно я решила, что сварю ей что-нибудь для глаз, из голубики. Раз уже обычный компот ей столько сил придал, то ложечка варенья в день вообще за витаминки сойдет.

Стоило мне потянуть дверцу на себя, как я заметила притаившегося у кустов бузины, что вырвались за пределы заброшенного участка напротив, Соряна.

Пацан сегодня сверкал небольшим кровоподтеком под правым глазом и кажется, недавно плакал. Если я верно оценила покрасневшие глаза и распухший нос. Хотя нос может быть вообще расквашенным. И кто его так? Пусть это и не мое дело, парнишку стало жалко. Я поманила его пальцем, он, оглянувшись по сторонам, юркнул ко мне.

– Заходи, что там топчешься? – сама не знаю, почему, поторопила его. – Ну-ка, покажи лицо, – и, не дождавшись, взяла его за подбородок и оглядела красу в полном виде. – Да… Уделали тебя, парень. Сдачи-то хоть дал?

– Да разве ж ему дашь, – буркнул он.

– Ему? Значит, один. Мужчина. Не отец… Твоего отца-то я видела и он не производит впечатления любителя помахать кулаками… Брат? – спросила я и он кивнул.

– Приехал же… Ты бы была осторожнее, внучка Кирении.

– Ты же знаешь, как меня зовут. Варя я. А ты Сорян. И спасибо, обязательно буду держаться от твоего брата подальше. Не люблю тех, кто обижает слабых. Посиди-ка тут немного, – я усадила его на крыльцо, а сама забежала в дом. Схватила ковшик с водой, стакан компота и яблоко, которое посчитала для того компота лишним пару часов назад, да Федя не убрал. Все же, неожиданно у нас образовался день визитов. – Так, давай дорогой, холодная вода первая помощь для снятия отека. Сейчас умоешься, попьешь, а это твой утешительный приз. Зубы-то, надеюсь, этот изверг тебе не выбил?

– Нет… В-варя, – тихо проговорил пацан, и как-то подозрительно при этом у него заблестели глаза.

Я полила ему на руки, чтобы умыл лицо. А он и рад был спрятать его в ладонях. Видимо, нуждался в некоторой передышке, чтобы скрыть свои чувства. Бедный мальчишка. Я хоть и старшая была, но Темку никогда не била, даже если очень напрашивался, да и он меня тоже. Всегда говорил: «Ты слишком добрая и наивная, такую обидеть стыдно». Впрочем, плотно сидеть на моей шее ему это не мешало…

Компоту Сорян тоже обрадовался, выпил в итоге пару стаканов и, расплывшись в довольной улыбке, вгрызся в яблоко.

– В следующий раз не прячься по кустам, а в окошко стучись. Понял? Брат ведь, если застукает, снова по шее надает, а нам это не надо. Договорились? – он кивнул и двинул к калитке.

Но выйти не успел, прижался спиной к забору и уставился на меня вытаращенными глазами. Даже яблоко жевать забыл. Я снова посмотрела в «глазок» – к моей калитке направлялся виновник появления синяка у Соряна, его старший брат. Родственные черты в лице прослеживались достаточно явно. Я молча кивнула парню на можжевельник, в котором он буквально растворился, и только тихий хруст в тишине напомнил о том, кто там спрятался. Я же продемонстрировала кустам кулак и хруст мгновенно прекратился. Мне же пора было как-нибудь отправить старшего отпрыска Протиусов восвояси.

– Здравствуй, девица, – расплылся в улыбке парень лет двадцати. Смазливый, хотя… До Бартоша не дотягивает. Лоска нет, одно самодовольство и деревенская простота. Этакий Ваня-пряник. – Мой день стал краше от встречи с тобой.

Я чуть не хлопнула ладонью по лбу от столь красноречивого комплимента. Его, видишь ли, день сделала.

– Ну здравствуй, соколик, кто ты и каким ветром тебя на нашу улицу занесло? – выдала я, и к счастью, такому обороту братец Соряна удивился не меньше меня. Но он быстро соображал и легко выкрутился.

– Ветром счастья, раз встретил такую красавицу! – его взгляд пробежался по моей фигуре и оценил мой вид, как его описала Лорна, в «неглиже». Да, скорее бы Лорина сшила мне шаровары, а то уж больно приметная одежда. И как так, пока домой не переехала – вообще никого не встречала, а ведь и калитки не было, и за забор как минимум четыре раза в день выходила. Тут же сижу, никого не трогаю, а все ходят и ходят. – А как красавицу зовут? – черт, он мою задумчивость принял за расположение или за тугодумность?

– Госпожа Ельник, – я решила очертить границы, в надежде, что парень поймет намек. Но, видимо, не так часто он в своей жизни слышал от девушек отказы, чтобы научиться и различать.

– Как строго! К вашим услугам, госпожа Ельник, – он со слащавой улыбкой чуть склонил голову. – Дрига Протиус. Но для вас просто Дрига. Как же вы, госпожа, в одиночку справляетесь с таким большим домом? Моя мать сильная женщина и то у нее есть целых трое помощников, – ага, конечно, особенно ты, самый большой помощничек, липовый. Видала я таких подальше от своего дома!

– Мне не в тягость. Да и когда обслуживаешь одну себя любимую, сильно не напрягаешься. От помощников обычно больше мороки, чем толку, – может так поймет?

– А как же дрова нарубить, воды натаскать, землю вспахать? – то ли не сдавался, то ли вообще не слышал моих слов Дрига.

– Да много ли надо дров и воды на меня одну? – я пожала плечами. Если честно, уже начал надоедать этот разговор. Да и Сорян сейчас лопнет, наверное, от смеха. Слышу вон, как кусты трясутся, пока он там в конвульсиях от хохота содрогается. – Спасибо, господин Протиус, сегодня я ни в вашей, ни в чьей помощи не нуждаюсь, а в будущем… Так будущее покажет, – предвосхитила я его вопрос. – Благой ночи вам, – и закрыла калитку у него перед носом.

Он постоял еще минут пять, попинал недовольно траву. Забор, видно, тревожить не решился. А потом ушел. Для безопасности я подождала еще несколько минут и только потом дала отмашку Соряну.