Потерянная пара Дракона (СИ) - Разина Инна - Страница 36

Наконец ее силы заканчиваются. Мать падает на пол и начинает рыдать. Отхожу назад. Касаться ее неприятно. Настоятельница сказала, что в последнее время мать отказывается следить за собой. Не моется, не стирает одежду. Все время сидит в своей келье, забившись в угол, и что-то глухо бормочет. Возможно, она вообще уже не в себе.

Нет смысла тянуть. Пора делать то, зачем я приехал. Наклоняюсь над женщиной, к которой давно уже ничего не чувствую, кроме омерзения, ловлю ее невменяемый взгляд и спрашиваю:

— Где скрывается Адриан?

Несколько секунд в глазах матери все та же пустота. А потом там вдруг мелькает страх. Слишком явный, чтобы я его не заметил. Это и есть ответ. Тот, который я хотел увидеть. Она знает. Брат жив!

Выпрямляюсь, а мать внезапно цепляется за мои ноги. Ее лицо искажает гримаса ужаса.

— Нет… нет… — хрипит она. — Ты не заберешь у меня его еще раз… Умоляю, не трогай моего сына…

— Где он прячется? — требую, хотя уверен, что она не скажет. Так и выходит. Мать отползает от меня, закрывается локтями и скулит:

— Не скажу… ничего не скажу… Хоть пытай меня… если бы и знала, не выдала… А ты жди, он придет за тобой… придет… за все ответишь…

— Кто придет, Адриан? — делаю последнюю попытку. Но это бесполезно. Ничего разумного она больше не произносит. Лишь воет и рыдает.

Возвращаюсь к настоятельнице и уточняю:

— Скажите, она могла как-то поддерживать связь с внешним миром?

— Это запрещено, — качает головой женщина. А потом вздыхает и добавляет: — Но мы не тюрьма, не можем обеспечить полную изоляцию. За всеми не уследишь. Как раз недавно поймали мальчишку из деревни. За плату приносил послушницам разные мирские вещи в обитель. Лакомства, краску для лица, ну и всякое такое. Мог и записку принести.

— Как его найти? Мне нужно с ним поговорить.

— Я напишу вам имя и название деревни, — кивает настоятельница. — Она тут, рядом.

Получаю бумагу с именем и схему, где найти нужную деревню. Прощаюсь и ухожу. Надо срочно разыскать мальчишку. Возможно, он выведет меня на того, кого я ищу. Только я уверен, это вовсе не Адриан. Брат не настолько хитер и изобретателен, чтобы придумать такой изощренный план. И он не стал бы связывать мать смертельной клятвой. Нет, тут действовал кто-то еще. Пришло время нам встретиться.

Глава 31

Грей

Деревню нахожу без труда, как и дом, который подробно описала настоятельница. Бедный, с прохудившейся крышей и покосившимся забором. Впрочем, тут таких большинство. Во дворе с небольшим огородом возится женщина. Замечает меня и испуганно замирает. Здороваюсь и уточняю:

— Мне нужен Том. Это ваш сын? Я должен с ним поговорить.

— Что этот сорванец опять натворил? — устало произносит хозяйка, подходя ближе.

— Ничего. Я всего лишь задам ему пару вопросов. И заплачу за беспокойство. Вот, возьмите, — протягиваю женщине несколько золотых монет. Она с сомнением смотрит на них и явно колеблется. Понимаю ее опасения и добавляю: — Не беспокойтесь. Вы будете нас видеть. Никуда вашего сына увозить не собираюсь.

— Хорошо, — облегченно выдыхает женщина и только теперь забирает монеты. — Сейчас позову…

Уходит в дом, а спустя пару минут возвращается с щуплым мальчишкой лет десяти. Взъерошенным, в потрепанной одежде не по росту. Похоже, от старшего брата. Женщина снова идет к огороду и изредка посматривает на нас. А Том опасливо приближается ко мне. Старается выглядеть уверенным, но у него плохо получается. Ребенок явно напуган. Первым делом пытаюсь расположить его к себе.

— Привет, Том. Не бойся, у меня к тебе просто разговор, ничего больше. Поможешь мне, получишь монеты.

— Сколько? — тут же деловым тоном уточняет мальчишка.

— Зависит от того, насколько ценной окажется твоя информация. Для начала пять монет. Если что, удвою. Пойдет?

— Пойдет, — кивает он. А глаза довольно сверкают. — Что хотите узнать, мистер?

— Мне известно, что ты не раз пробирался в Женскую обитель.

— Не знаю, о чем вы говорите, — мгновенно скучнеет мальчишка. — Я ничего такого не делал. Это же запрещено!

— Я же сказал, не бойся, — качаю головой. — Я не из полиции и не собираюсь ни в чем тебя обвинять. Наоборот, заплачу.

— Так вам тоже надо что-то передать? Сразу бы и говорили, — вновь добреет Том. — Записку за один золотой. За два сладости. За три помада и всякое такое.

— А разве тебя не вычислили? — усмехаюсь я. — Обманываешь?

— Ни за что! — запальчиво отвечает он. — Я всегда выполняю заказ. Никто еще не остался в обиде. Ну один проход они закрыли. Знаете, сколько там еще лазеек? А я маленький, юркий, везде пролезу. Так что и кому надо передать?

— Ничего. Мне нужно знать, передавал ли ты что-нибудь одной послушнице. Вот за это заплачу.

— Я много кому передавал. Как она выглядит?

— Смотри, — активирую магию и создаю в воздухе перед нами портрет матери. Мальчишка округляет рот от восторга. Он человек и вряд ли видел магию так близко.

— Вот это да! — шепчет восхищенно. — Как настоящая… Я помню ее. Записки передавал несколько раз. Только злая она очень. Ругалась все время. Обозвала меня бестолочью. А я всего лишь немного бумагу помял. Попробовала бы сама пробраться в обитель.

— Ты хоть одним глазком глянул, что в них было? Неужели не любопытно? — пробую на всякий случай.

— Заглянул, — вздыхает Том. — Только ничего не понял. Какие-то закорючки, значки.

Понятно, значит, записки зашифрованы. Кто же это такой предусмотрительный? Создаю в воздухе другой портрет, теперь уже Адриана.

— Узнаешь? Это он передавал записки? — обращаюсь к мальчишке. Том внимательно вглядывается в портрет и решительно качает головой.

— Нет, не он. Этот молодой. А тот старше гораздо. Обычно в плащ кутался, капюшон пониже натянет, лица не видно. Но один раз я случайно разглядел, когда ветром скинуло капюшон.

— Описать сможешь?

— Ну, не знаю… Обычное лицо, темные волосы. Вот глаза у него такие… страшные очень.

— Что значит, страшные? Вертикальный зрачок, как у драконов? Шрамы, раны?

— Нет. Вертикальный я видел, это даже красиво и совсем не страшно. А у этого глаза черные, будто зрачок и остальная часть глаза вместе сливаются. И сам зрачок не черный, не желтый, а с красным отливом.

А вот тут я настораживаюсь. Мальчишка вряд ли о таком знает, но описывает довольно точно. До сих пор неизвестны причины, но очень редко у драконов случается страшное отклонение. Их зверь берет верх над человеческой частью. Происходит необратимый оборот, при котором человеческий разум полностью утрачивается.

В таком зверином состоянии дракон может прожить еще долго, а может быстро погибнуть, но в любом случае это уже просто оболочка. Ничего человеческого внутри нет. А самый главный признак — изменение зрачка. Он приобретает алый цвет и увеличивается, постепенно вытесняя радужку.

— Насколько красный зрачок? Темный или алый? — уточняю у мальчишки.

— Яркий, как небо на закате, — раздается ответ.

А вот это уже совсем плохо. Сам процесс постепенной утраты человеческой части может тянуться годами и даже десятилетиями. Но в такой стадии, как описал Том, до окончательного оборота уже недолго. Может, месяц-два. Не больше трех.

— Когда ты видел его последний раз?

— С месяц назад.

— Еще что-нибудь добавить можешь? Имя, другие приметы. Откуда приехал?

— Ничего такого, мистер, — качает мальчик головой. — Да он со мной почти не разговаривал.

— А как на тебя вышел? Кто ему подсказал?

— Да кто ж его знает? В деревне всем известно, что я в обитель хожу. Мне надо мамке помогать. Нас у нее трое. Еще мой старший брат и сестра. А папка наш сбежал.

— Что ж, держи еще пять золотых. Ты рассказал важное. А это сверху, за молчание, — добавляю горсть монет. — Если дракон появится снова, не говори, что им интересовались, ясно? — парнишка понятливо кивает, а я добавляю: — С мамкой не забудь поделиться. Тут вам на несколько месяцев хватит. Я еще со старостой деревни поговорю, чтобы вам помогал.