Потерянная пара Дракона (СИ) - Разина Инна - Страница 35

— Мой брат? — переспрашиваю настороженно, ощущая неприятную тяжесть в груди. — Разве его не похоронили в безымянной могиле, как всех преступников?

— Нет. По крайней мере, таких сведений в документах нет, — раздается ответ. — Я думал, тело забрала семья. Но раз вы не знаете, проверю еще раз. Запрошу выписки из учетных книг в нашем ведомстве.

Отключив артефакт связи, пытаюсь понять, что меня так напрягает. В общем-то, какая разница, что случилось с телом Адриана. Я убил его в поединке и улетел в горное ущелье, где собирался покончить с собой. Мне не было дела до того, что станет с трупом брата. В семейной усыпальнице я бы точно не разрешил его хоронить. Не после того, что он сделал. Без меня такое решение могла принять только мать. Но ее сразу увезли в обитель. А больше некому.

И тут мне в голову приходит чудовищная мысль. А что, если?.. Нет, этого не может быть! Я сам видел его мертвым!

Глава 30

Грей

Всю ночь я попеременно склоняюсь то одной, то к другой версии. Напрягаю память, вспоминая по минутам день, когда свершил собственное правосудие над братом. Мог ли он остаться в живых? И если да, как я этого не заметил? Впрочем, в том состоянии я мог пропустить что угодно. Хотя точно помню одно — сердце Адриана не билось. Это я проверил, перед тем, как бросить его тело к ногам матери.

Утром с нетерпением жду вестей от начальника полиции. С ответом он не тянет, но ясности информация не приносит. Никаких сведений о том, куда делось тело, в их системе нет. В те дни в полицейском участке творился полный бардак. Присланные королем следователи полностью отстранили от работы старый состав сотрудников. Потом кого-то вернули с понижением должности, а часть отправили в отставку. Вот теперь и не найти концов.

Это значит, мне придется снова встретиться с той, кого я надеялся больше никогда не видеть. С женщиной, которая меня родила. Опять смотреть ей в глаза, полные ядовитой, разъедающей ненависти. Но только так я узнаю правду. Задам неожиданный вопрос и прочитаю ответ по ее лицу. У меня нет иллюзий, добровольно говорить мать не станет. Но скрыть эмоции вряд ли сможет.

Есть только одно но — я не хочу оставлять Лею даже на несколько часов. И так всю ночь постоянно проверял парный артефакт мгновенной связи и прислушивался к тишине за стеной. А обещанная охрана еще не прибыла, ждем ее только сегодня к вечеру. Но тащить девушку с собой в обитель тоже не вариант. Ее нечего там делать. Да и самое ее присутствие рядом со мной обязательно вызовет вопросы. А пока никому не нужно знать, что моя пара жива.

Делюсь своими опасениями с Нэйтаном. И он предлагает выход:

— Если хочешь, на время твоего отсутствия посажу мисс Нортон к себе в кабинет. У меня тут много книг, им тоже нужна инвентаризация, а некоторым не помешает реставрация. Пусть займется делом. Сам знаешь, на этот кабинет наложена защита. Без моего личного разрешения сюда никто не войдет.

Моему зверю не нравится перспектива оставить пару наедине с другим мужчиной. Он дает это понять глухим протестующим ворчанием. Дракону не объяснить, что Нэйтану я полностью доверяю. К тому же у него есть своя истинная. А у нас нет выхода. С предложением друга соглашаюсь. Осталось предупредить саму Лею. И сообщить, что мне придется ненадолго уехать.

Из ректорского кабинета отправляюсь в библиотеку. Моя истинная там. Я отслеживаю ее местонахождение с помощью того же артефакта. Эти меры хоть немного усмиряют мое желание быть с ней рядом каждую минуту.

Девушку нахожу в читальном зале. Будто чувствуя меня, она сразу поворачивает голову, встречает мой взгляд и слегка краснеет. Вспоминаю, как утром заглянул к ней узнать о самочувствии. И застал ее очень милой, сонной, с распущенными волосами, в домашнем платье. Она тогда смутилась, а я не мог налюбоваться на нее. Невыносимо прекрасную, такую близкую и такую далекую. Жадно разглядывал всю: нежный румянец на щеках, чуть припухшие со сна губы, точеную шею вырезе платья.

Похоже, Лея сейчас вспоминает то же, что и я. На ее скулах опять вспыхивает румянец. Хорошо, что в зале почти никого нет. Лишь один студент полностью погружен в книгу. Но я все равно показываю взглядом на маленький кабинет при библиотеке, даю понять, что нам надо поговорить без свидетелей.

Пока шагаю за истинной, не могу оторвать взгляда от женственных изгибов ее фигуры. Привычно убранных вверх локонов, открывающих шею и нежные завитки на ней. Дико хочется прижать хрупкий девичий стан к себе, уткнуться носом в эту белую шею и дышать самым вкусным в мире ароматом пары. А ведь когда-то все это было мне доступно. Только я не оценил, а теперь довольствуюсь лишь взглядами и жаркими снами.

— Что-то случилось? — оказавшись в комнате, Лея сразу разворачивается ко мне. В синих глазах тревога. Пытаюсь ее успокоить.

— Ничего такого. Мне нужно снова слетать в столицу по нашему делу. Но я дал обещание твоему отцу, что ты будешь в безопасности. У меня к тебе просьба. Подождешь моего возвращения в ректорском кабинете? — вижу, как Лея хмурится, и быстро добавляю: — Тебе не придется скучать. Нэйтан просил провести инвентаризацию его личных книг. А я смогу сосредоточиться на деле и не думать о том, что тут происходит, каждую минуту. Кроме Нэйтана некому за тобой присмотреть, охрана еще не прибыла в академию. Пожалуйста, не отказывайся…

— Хорошо, я согласна, — тихо произносит Лея. Не успеваю облегченно выдохнуть, как слышу: — Но при условии, что ты расскажешь правду, — она требовательно смотрит мне в глаза и просит: — Не скрывай от меня ничего. Ты обещал… Куда и зачем ты едешь?

Невольно тянусь к ее руке, но сам себя останавливаю. Нет, нельзя без разрешения. А вот правду придется рассказать. Я действительно обещал.

— Есть вероятность, что мой брат остался жив после нашего поединка. Все эти годы я был уверен в его смерти. Но сейчас выяснилось, что его тело пропало. Возможно, его похоронили и просто забыли внести нужную запись в документы. Но пока есть малейший шанс, что он жив, я должен убедиться. Полиция проверяет по своим каналам. А я собираюсь поговорить с матерью.

Невольно морщусь, отводя глаза. И вдруг чувствую легкое прикосновение к своей руке. Резко поднимаю голову, встречаясь с сочувствующим взглядом Леи.

— Тебе тяжело ее видеть, да? — мягко спрашивает она. — Без этого нельзя обойтись?

— Нет, — качаю головой, завороженный ее добровольным и таким искренним жестом. Она сама коснулась меня. Пусть совсем невинно, лишь в стремлении поддержать. А для меня и это уже огромный подарок. Осторожно накрываю ее ладонь своей, боюсь спугнуть, но слишком сильно хочу ощутить тепло моей пары. К сожалению Лея убирает руку.

И все же именно этот маленький шаг помогает мне пережить свидание с той, кого я надеялся больше никогда не увидеть. Но сначала встречаюсь с настоятельницей обители и обращаюсь к ней с необычной просьбой:

— Мне нужно, что тело матери осмотрела женщина-лекарь под предлогом проверки здоровья. Надо искать такой знак, — рисую его на бумаге. — Обычно он проявляется на запястье, но на ее руках я его не видел. Так что, если он есть, скорее всего скрыт под одеждой.

Какое-то время настоятельница раздумывает, потом все же выполняет просьбу. Вызывает к себе местную целительницу, присматривающую за послушницами, и отдает указание, показав мой рисунок. А мне остается только ждать, гадая, ошибся я в своих предположениях или нет.

Спустя полчаса, даже не испытывая удовлетворения, узнаю, что не ошибся. Знак смертельной клятвы у матери тоже есть. Вот почему она молчала на допросах. Поэтому не заговорит и сейчас. Но один вопрос я все же могу задать. Про брата.

О моем визите мать специально не предупредили. Мне нужен эффект неожиданности. Получаю его в полной мере, когда захожу в ее келью.

— Проклятый выродок! — визжит она, едва лишь заметив, кто к ней пришел. И бросается на меня, как бешеный зверь, выставив вперед обломанные когти. Магии ее лишили, оборачиваться она не может, так что вреда мне не нанесет. А ее проклятия больше не действуют, у гадюки вырвали жало. Но от жгучей, слепой ненависти, пылающей в ее глазах, все равно становится не по себе. — Запер меня здесь, а сам жируешь… Жрешь разносолы… спишь на шелках, носишь нормальную одежду, а не рубище, как я… — выплевывает ругательства, пытаясь расцарапать мне лицо, пока я удерживаю ее за запястья. — Выпусти меня отсюда!.. Я уеду, никогда о себе не напомню… Не могу тут больше, не могу…