Потерянная пара Дракона (СИ) - Разина Инна - Страница 26

В конце сообщения приложены общие сведения о родственнике моей фальшивой невесты, которые удалось раздобыть во время следствия. Их я тоже собираюсь изучить. Но сначала родители Леи. Отправляюсь к Нэйтану. Надо подобрать мне замену на две сегодняшние лекции, а к вечеру я уже планирую вернуться.

Расстояние до нужного города преодолеваю в драконьей ипостаси. Расположен он далеко от столицы. Видимо, родители моей пары хотели, чтобы им как можно меньше напоминало о прошлой жизни. Когда спускаюсь вниз, понимаю, что это даже не город, а деревня. Оборачиваюсь в ближайшем лесу, чтобы не пугать местных жителей и пешком иду к дому, указанному в сообщении.

Он небольшой, гораздо меньше и проще того, в котором раньше жила эта семья. Я не раз провожал Лею домой и все хорошо помню. Даже то, о чем мечтал бы забыть. Но главное — дом выглядит жилым. Значит, у него есть хозяева. Осталось выяснить, те ли, кто мне нужен.

Не успеваю постучать, как из-за спины раздается:

— А вы домом не ошиблись, любезный? Генри и Аманда не принимают гостей. Или вы от их родственницы приехали?

— Родственницы? — переспрашиваю, разворачиваясь. У дорожки вижу пожилую женщину с корзинкой, полной трав. Ее глаза светятся любопытством, хотя тревога в них тоже есть. Скорее всего в деревне настороженно относятся к чужакам. Но главное старушка мне уже сообщила, сама о том не подозревая. Генри и Аманда — имена родителей Леи. Значит, они действительно все еще здесь.

— Ну да, жила с ними долгое время то ли дальняя родня, то ли сиротка, которую они выхаживали. Вот и сейчас изредка приезжает, навещает их.

— Выхаживали? — хмурюсь я, а в груди неожиданно ворочается дракон.

— Болезная она была. Ходить не могла сначала. А потом-то поднялась, помогать им стала, — с готовностью сообщает женщина. — Так вы от нее?

— Нет, я не от родственницы. По делу. Хозяева дома?

— А где ж им быть? Стучите, коль не ошиблись, — произносит старушка и продолжает свой путь.

А я думаю о том, что родители Леи даже в таком горе нашли в себе силы помогать еще кому-то. Наверное, эта забота отвлекала их от собственной трагедии, из-за которой пришлось перебраться сюда. Дышать становится еще больнее, груз вины давит на плечи многотонной плитой. Мне тяжело встречаться с семьей моей истинной пары. Но я все же стучу в дверь. Это тоже часть моего искупления.

Глава 23

Грей

Дверь медленно приоткрывается, на пороге стоит мужчина. Он изменился, но я сразу его узнаю. Еще не забыл, как в прошлую нашу встречу отец Леи захлопнул передо мной дверь. Нет, я не ропщу, он в своем праве. Все, что они испытывают ко мне, я полностью заслужил. Но сейчас не могу допустить, чтобы меня снова выгнали. А к этому явно идет, как только на лице хозяина дома проступает узнавание.

— Вы можете снова проклясть меня, — произношу, глядя ему прямо в глаза. Хотя для этого приходится собрать всю свою выдержку. — Но ваше проклятие и с первого раза сработало. Нет смысла повторяться. — Мне нужно сбить его с толку, чтобы он хотя бы начал меня слушать. Неожиданные слова работают лучше всего. В глазах мужчины на секунды мелькает удивление, а я пользуюсь этим: — Прошу уделить мне всего несколько минут, а потом я исчезну. Это касается вашей дочери. Вас ведь не известили о результатах расследования? Я хочу это исправить.

— Расследование? — презрительно кривится мужчина. — А было ли оно вообще? Разве кто-нибудь пытался разобраться? Нам просто предъявили бумагу с приговором и сообщили, что он уже исполнен.

Шумно выдыхаю, сцепляя челюсти, слышать это до сих пор больно. Молча жду, пока отец Леи примет решение. На лице мужчины проступает борьба чувств. Я вижу, как он колеблется, как хочет просто выгнать меня. Но потом неожиданно отходит в сторону.

— Иди за мной, — бросает ледяным тоном. Приводит меня в небольшую, уютную гостиную. — Жди здесь, я предупрежу жену.

Мужчина скрывается в коридоре. Дальше я слышу слабый возглас, а потом наступает тишина. Слух у драконов отличный, но хозяин дома явно установил полог тишины. Не знаю, что он говорит жене, но спустя несколько минут они оба появляются на пороге комнаты, испепеляя меня настороженными взглядами.

Генри заботливо обнимает жену за плечи, бледную, со сжатыми губами. Родители моей пары за эти три года изменились, но не так сильно, как я ожидал. Сейчас в их глазах нет той жуткой обреченности, которую я очень хорошо помню. Я мог бы решить, что они примирились со своей потерей, если бы не полные презрения и негодования взгляды, направленные на меня.

— Садись, Аманда. Выслушаем, а потом я выкину его отсюда, — хозяин дома подводит жену к креслу и помогает устроиться в нем, сам остается рядом, сжимая ее плечо. Мне сесть не предлагает, но я и не ждал. Достаточно уже того, что они готовы меня выслушать. Большего мне не нужно. — Говори, — бросает он мне. — У тебя десять минут. Это гораздо больше, чем ты дал нашей дочери.

На этих словах я невольно вздрагиваю, от острого приступа вины перехватывает дыхание.

— Вы правы, мне нет оправдания, — произношу глухо, пока Аманда и Генри хмуро разглядывают меня. — И я не за этим пришел. Расследование было, его вели лучшие следователи королевства. Но по приказу короля его сразу засекретили.

— Ну конечно, кто мы такие, чтобы нам сообщать? — горько усмехается мужчина.

— Да, это несправедливо. Я приехал, чтобы исправить ошибку и сказать: ваша дочь полностью оправдана. Виновные понесли наказание. Пока еще не все, но их ждет та же участь. Поиски не прекращаются.

— Конечно, не все, — с ненавистью цедит Генри, а его жена тихо всхлипывает, вытирая слезы. — Ты не понес!

— Поверьте, я несу свое наказание каждый прожитый день. Хотя понимаю, для вас это слабое утешение.

— Мы читали про смерть твоей невесты и брата, — понимающе кивает мужчина. — Когда я тебя проклинал, не хотел, чтобы пострадали невинные. Но Боги оказались суровы и справедливы. Отняли у тебя дорогих людей, как ты отнял у нас дочь.

— Все не так, — признаюсь сухим, надтреснутым голосом. — Вы потеряли дочь, а я пару. Лея была моей истинной. А те, кого вы назвали невиновными, прямые участники заговора против меня. Вся моя семья: мать, брат и лже-невеста готовили мою смерть. Это я должен был умереть. А вместо меня погибла Лея, — шумно дышу, пытаясь справиться со спазмом в горле. — Я бы, не задумываясь, отдал жизнь, лишь бы она оказалась жива. К сожалению, все, что я могу сделать — наказать виновных. И гореть в аду своей вины.

— Вас хотели убить родные? — в ужасе округлив глаза, мать Леи вцепляется в ладонь мужа. Я понимаю ее шок. Для таких любящих родителей, как они, мои слова звучат слишком чудовищно. — Но если вы знали, что наша девочка — ваша пара, как могли отказаться от нее? Как допустили, чтобы ее казнили?

— Я все расскажу, — говорю глухо. — Вы имеете право знать.

А дальше, не щадя себя и никак не оправдывая, пересказываю все, что случилось, с самого начала. О поддельной метке и зелье, которым опаивали моего дракона. О том, что я думал и чувствовал к Лее с первого дня нашего знакомства. Как не мог понять самого себя. Как презирал, не в силах прервать наше общение. И как потом не поверил, когда она пришла ко мне. О том, что случилось после. О моих попытках выяснить правду и родственнике фальшивой невесты, сумевшем обмануть всех и скрыться. В конце рассказываю, как убил брата, о суде над матерью и Алианой.

И наконец замолкаю, судорожно переводя дыхание. Родители Леи слушают меня молча, не в силах скрыть шока и потрясения. По лицу Аманды струятся слезы, закрыв рот рукой, она едва сдерживает рыдания. Ее муж замер рядом бледной статуей. Пальцы мужчины судорожно сжаты в кулаки, на концах прорываются когти, выдавая сильное душевное волнение.

— Боги, Генри, как это ужасно! — не выдерживает женщина, беззвучно плача. — Моя бедная девочка, за что ей такие испытания?

— Потому что этот олух позволил обвести себя вокруг пальца, — глухо отзывается мужчина. — Ему досталась чистая, искренняя девушка. А он ее не уберег. Наша Лея заплатила жизнью за ложь, в которой он жил… — машет рукой, не в силах закончить.