Пряжа судьбы. Саги о верингах в 2 кн. Книга 1 - Вяземский Юрий - Страница 20

После этого сражения Эйнар сказал:

– Скоро у нас в лодках будут одни горностаи, а людей не останется. Пора возвращаться.

Фрости с ним согласился, но сообщил, что поблизости есть еще одно место, которое глупо было бы пропустить.

Шесть человек они оставили охранять лодки, а остальные сошли на берег и углубились в лес. Фрости шел впереди Эйнара и Кальва.

– Сдирайте с деревьев кору, – велел он, – так, чтобы от одного такого дерева всегда можно было видеть другое.

Они так и делали.

Скоро они вышли на большую поляну. Середина поляны была огорожена высоким частоколом. Ворота в нем были заперты.

Фрости сказал, что им повезло, потому что одни стражники, охранявшие святилище, ушли домой, а те, которые должны их сменить, еще не пришли.

Фрости подошел к частоколу, всадил повыше небольшую секиру, которую ему дал один из берсерков, подтянулся, перелез через частокол и оказался по другую сторону ворот. Он вынул засов и открыл ворота. Но прежде чем люди вошли внутрь, Фрости велел:

– Ройте курган. В нем золото и серебро перемешано с землей. Вы увидите бога бьярмов, Йомали. Но пусть никто не посмеет его грабить.

Они пошли к кургану и выкопали из него столько сокровищ, сколько могли унести в своих одеждах. Фрости не брал ни серебра, ни золота, а вместо этого ссыпал себе в полу одежды золу с жертвенников.

Кальв подошел к статуе Йомали. На шее у бога висело огромное ожерелье. Кальв поднял секиру и рассек нитку, на которой оно держалось. Но удар был неточным, и у Йомали голова слетела с плеч. При этом раздался оглушительный грохот.

В тот же миг на поляну выбежал седой страж, затрубил тревогу, и скоро со всех сторон зазвучали рога. Эйнар и его люди приготовились обороняться, но Фрости велел им спокойно идти к лодкам по отметинам на деревьях, а остальное он, мол, берет на себя.

Он шел последним, зачерпывал из полы одежды золу и разбрасывал ее позади себя, а иногда бросал ее впереди на людей Эйнара. Так они шли через лес, а бьярмы с криками и страшным воем их преследовали, заходя то справа, то слева, то выбегая на тропу впереди них, но не оборачиваясь к ним лицом. Тогда они поняли, что бьярмы их не видят. И скоро преследователи повернули назад. А они вышли к лодкам и поплыли вниз по течению.

Они благополучно добрались до Макимаса, забрали боевой корабль и на трех судах направились к Гандвику.

Ночевали они на Оленьем острове, в дельте реки Вин.

64 Наутро стали собираться, чтобы продолжить путь. Но тут Фрости подходит к Эйнару и сообщает, что на острове есть высокий курган, в котором лежит некий Соти, и ночью возле кургана он, Фрости, видел множество блуждающих огней. Огни эти означают, как известно, что в кургане зарыт клад. А посему Фрости предлагает Эйнару заглянуть в курган перед тем, как они отплывут домой.

Эйнар отказывается, говоря, что добыча их и так велика и на несколько лет хватит; что они уже ограбили одного местного бога и грабить теперь еще мертвеца Эйнар не собирается. А Фрости в ответ возражает, что вся добыча принадлежит Эйнару и его людям, а он, Фрости, за свои многочисленные услуги ничего толком не получил и даже в святилище Йомали не взял себе ни золота, ни серебра, чтобы побольше набрать волшебного пепла и тем самым спасти от преследования Эйнара и его дружину. Так что Эйнар у него, Фрости, в долгу.

– Ладно, – говорит Эйнар. – Я дам тебе в помощь Эрлинга Доброго. Ему терять нечего – он и так святотатец.

– Эрлинг не годится, – отвечает Фрости. – Только ты подходишь для этого дела.

– Это еще почему? – удивляется Эйнар. А Фрости встает на цыпочки, чтобы дотянуться ртом хотя бы до шеи Эйнара, и начинает что-то ему нашептывать. Эйнар сначала хмурился, затем погрустнел, а потом несколько раз вздохнул и сказал:

– Хорошо. Я пойду. И возьму с собой не Эрлинга, а Кальва.

Фрости опять начинает возражать. Но Эйнар усмехнулся и говорит:

– Ты, похоже, оглох от жадности. Я сказал: Кальва возьмем с собой.

Никто этого разговора не слышал.

Людям велели продолжать сборы, а Фрости, Эйнар и Кальв удалились в глубь острова, сказав, что скоро вернутся.

Их так долго не было, что люди уже хотели отправиться на поиски, но тут пришли Эйнар и Кальв. Вид у Эйнара был изможденный, а с Кальвом творилось что-то неладное: он часто вздрагивал и озирался.

Эйнар сообщил, что Фрости встретил на острове каких-то своих знакомых, которые уговорили его погостить у них до конца лета.

О том, что они были в кургане Соти, как уже было сказано, никто из команды не знал. И никто не обратил внимания на медное обручье, которое появилось на левой руке Эйнара. Раньше на этом месте он носил золотое запястье.

65 Едва они отплыли, раздался страшный грохот и пошел кипящий кровавый дождь. Они прикрылись щитами, но все же многие были обожжены, и больше других Кальв, который вместе с Эйнаром прятался возле маленькой лодки. На Эйнаре была оленья рубаха, и он не пострадал.

На следующую ночь снова раздался грохот. Тут у Кальва и Эйнара мечи выскочили из ножен, а секиры и копья взлетели в воздух и начали сражаться. Люди опять прикрылись щитами, так что никто не пострадал, кроме Кальва; ему в предплечье вонзилось его же собственное копье, и его извлек из раны Свейн Рыло, который среди людей Эйнара лучше других умел вытаскивать наконечники и обрабатывать раны. Эйнар опять не пострадал. А Кальв, когда оружие утихомирилось, стал бормотать про какого-то мертвеца, который их преследует и не даст уйти подобру-поздорову. Эйнар велел ему угомониться и не пугать людей.

К вечеру они вышли в открытое море. Но едва наступила третья ночь, опять раздался такой же грохот. На них налетело воронье, и казалось, что клювы и когти у птиц железные. Вороны бросались на них с такой силой, что им пришлось прикрываться щитами и защищаться мечами. Все же несколько людей были поранены, и на этот раз Эйнар; на темени у него образовалась широкая царапина, из нее сочилась кровь, остановить которую долго не удавалось ни Свейну Рыло, ни Матти Сутулому, также считавшему себя врачевателем.

Кальв на этот раз не пострадал. Но увидев кровь на голове своего друга, он будто потерял рассудок: принялся бегать по кораблю и требовать от Эйнара, чтобы он выбросил за борт то, что они отняли у мертвеца, а иначе мертвец и их сживет со света. Люди не понимали, о каком мертвеце идет речь. Эйнар обнял друга и пытался его успокоить. Но куда там!

Кальв вырвался и стал бегать вокруг мачты, цепляясь за канаты. Мачта вдруг повернулась, ее рея ударила Кальва по голове и сбросила его за борт.

Кальва тут же кинулись спасать. Но когда вытащили из воды, увидели, что он мертвый.

Чудеса же с тех пор прекратились, и три судна со всем грузом благополучно достигли Финнмарка.

Лишь перед самой Альтой шедший впереди боевой корабль наскочил на подводный камень и на нем застрял. Эйнар велел спустить парус и взять шесты, чтобы столкнуть «Волка». Они попытались это сделать, но не смогли, так как с обеих сторон было очень глубоко, и шесты не доставали до дна. Был отлив, и им оставалось только ждать прилива.

Они увидели в это время в воде тюленя, который был гораздо больше обычных. Он плавал вокруг корабля, и у него были большие плавники. Всем им казалось, что у него глаза человека. Одни говорили, что у него глаза лопаря Фрости, другие возражали: нет, Кальва. Грим Копченый прохрипел что-то неразборчивое, и Свейн Рыло сказал, что его брат предлагает открыть мешок, в котором они везли тело Кальва, и посмотреть, его глаза или не его.

Все сочли это предложение неудачным. А Эйнар схватил копье и метнул его в тюленя. Но зверь увернулся, копье, до этого не знавшее промаха, упало в воду и утонуло.

Отар Служанка потом утверждал, что он видел, как тюлень схватил древко копья и увлек его за собой на дно. Кроме него, этого никто не видел.

66 Кальва со всеми почестями погребли в кургане на каменистой гряде у реки Альты.

Скроппе, его вдове, Эйнар подарил все свои владения в Волчьих Пустошах, но, как рассказывают, женщина отказалась от щедрого подарка и вернулась в Халогаланд. Как в Пустошах, так и у себя в Бодо она во всеуслышание обвиняла Эйнара в том, что он погубил ее мужа.