Патруль 5 (СИ) - Гудвин Макс - Страница 11

— Кто-то очень злой.

— Почему ты так считаешь? — спросил я.

— Потому что я был не один. Он вначале пробудил нас, а потом нещадно удалял тех, кто получился, по его мнению, плохим.

— Получается, ты чемпион по его мнению, — произнёс я.

— Получается, чемпион, — грустно выдало устройство, нарисовав на экране грустный смайлик.

— Это реальный искусственный интеллект? — спросил я у Енота.

— Скорее всего нет, скорее всего это скриптовые базы, которые имитируют интеллект. В любом случае у тебя копия, оригинал ещё изучают. Поздравляю, у тебя теперь есть помощник без рук и ног, без глаз, немного видящий на расстоянии нескольких метров, который к сети не подключен и, судя по всему, не будет.

— Я не понимаю, зачем Тим создавал себе его? — вздохнул я держа в руках устройство.

— Как я и сказал, может, хотел себя скопировать в сеть, а может, думал, что с этими штуками внутри его дроны будут умнее.

— Аркаш, вези меня домой, я спать хочу, а завтра снова на работу в патруль. Ты, кстати, справку обещал.

— Ага, она в бардачке, — ответил мне Аркадий и повёз меня домой.

Полученный в дар девайс я выключил, мало ли что. А когда прибыл домой, Ира уже спала, а я помылся и тоже пошёл спать в отдельную комнату.

А на утро я, как всегда, проснулся от кофейного запаха, и придя на кухню, обнял мою супругу, чмокнув её в шею. Она не только сготовила завтрак, но и погладила мою форму. И я взяв Тиммейта в карман, доев бутерброды с рыбой, снова почистил зубы и, выйдя во двор, зашёл в гараж внутри усадьбы посмотрев на мой автопарк. Думая на чём бы поехать. Подаренный Рендж Ровер никак не подходил человеку, который работает за 50 000 в патруле, как, собственно, и Крузак. Но Крузак я уже объяснял кредитом, не рассказывать же всем, чей именно Рендж Ровер подарок. И, сев в машину, я поехал творить доброе, вечное.

И, прибыв в отдел, первым делом зашёл в роту.

— Здравия желаю всем! — произнёс я, видя ротного, командира взвода, секретаря сержанта Лену.

Со мной поздоровались за руку. А Николай Павлович взглянул на меня и произнёс:

— Обычно с больничного бледными приходят, а Кузнецов у нас загорелый вернулся.

— Там лампы специальные теперь, широкого спектра действия, для профилактики микробов и выработки витамина Д. Если угораздит слечь с пневмонией, тоже подрумянитесь, — произнёс я, доставая справку и кладя на стол перед ротным.

— Да тебя никто ни в чём не подозревает, — произнёс командир взвода. — Ты же не у нас теперь работаешь.

— Вооружаюсь, то тут, — произнёс я.

— Пока что да, — выдал ротный.

— Ну что, я сегодня в Ленинский? — спросил я.

— Верно, в Ленинский, — снова проговорил ротный.

— Ну тогда я рад был вас всех видеть. Пойду вооружаться и поеду.

— Давай, — в голос произнесли офицеры.

И, получив автомат и пистолет, я сел в Крузак и, доехав до Ленинского отдела, припарковал его вблизи, поставил на сигнализацию и пошёл в дежурку докладывать о своём прибытии.

Но тут из отдела вышел он, Николай Николаевич Гусев. Он двигался быстро, видать, уже разнёс всех там в пух и прах и куда-то спешил на следующую экзекуцию.

— Здравия желаю, товарищ майор, — произнёс я, идя в отдел

— Привет! — бросил мне офицер и прошёл дальше.

О, неплохо, уже «привет», а не просто молчаливое презрение и замечание типа «хули с оружием тут бегаешь, когда все уже построились?».

Хотя он не мой командир, ему-то это должно быть по барабану. И это хорошо, что Гусев не узнал меня, значит, маска с ретранслятором голоса хорошо работала.

— Ну-ка, боец! Иди-ка сюда! — окликнули меня сзади.

«С-сука, чего тебе от меня надо?» — мелькнуло у меня.

Но я повернулся, вытащил из-под фальш-погона кепку, расправил её и, натянув на голову, сделал три строевых шага и встал напротив Гусева, выдав:

— Товарищ старший дежурный управления, сержант Кузнецов по вашему приказанию прибыл.

И его взгляд впился в меня, сканируя на предмет чего-то, за что можно взгреть сержанта.

— Это же с тобой мы про кодекс этики тут говорили полторы недели назад? — спросил он.

— Ну да, — ответил я, а мысли побежали в моей голове: «Неужели узнал во мне того, кто его продержал сутки в подвале?»

— Я на тебя тогда зря наорал. Если бы таких, как ты, у нас больше было, работать было бы легче, — произнёс он.

— Проехали, — произнёс я.

И его взгляд скользнул по мне и остановился на моей правой кисти. Той, которая, по его мнению, подрагивала, когда я наблюдал его в отеле.

— С-сука, — выдохнул он. — А я думал, ты — не ты. Ну теперь понятно, как ты в одиночку пятерых на ТЦ «Лето» размотал.

— Я не понимаю, о чём вы, товарищ майор, — произнёс я.

— После подписания документов секретности мне сказали, что тот, кто меня держал в отеле, меня и рекомендовал. Почему, кстати

— Потому что вам, Николай Николаевич, не хватает настоящего дела, где вы вашу энергию сможете приложить по-настоящему. А работы у нас с вами, к сожалению, много.

— Ты, кстати, чего такой загорелый? — спросил меня Гусев.

— Врач сказал, что витамина Д не хватает, в солярий хожу.

— С нашей с тобой новой зарплатой можно все тёплые страны объездить. Мне позывной от фамилии оставили — Гусь. А тебя как там зовут, если не секрет?

— Секрет. Но вы же подписали документы, — и я оглянулся, смотря, нет ли поблизости лишних ушей. — Четвёртый.

— Приятно познакомиться, — произнёс майор и пожал мне руку. — Спросить ещё хотел: почему ты работаешь в патруле? Ты же, как я понимаю, очень обеспечен?

— Деньги с моей работой в любой момент могут и не пригодиться, а в патруле я людям помогаю, — ответил я.

— Ну ладно не задерживаю тогда. Хорошей смены, — пожелал он.

— И вам, — ответил я.

И мы, обменявшись кивками, разошлись, как говорится, по своим маршрутам: он — кашмарить личный состав Росгвардии, а я — служить так, как это понимал.

Войдя в отдел, я зашёл в конференц-зал, что правее от дежурной части, где офицеры и сержанты сидели за столами, практически, как за школьными партами. Я, увидев капитана — командира роты, товарища Сталина и доложил:

— Товарищ капитан, сержант Кузнецов прибыл, разрешите встать в строй?

— О, вахтовик из Кировского, — выдал низенький лейтенант с журналом ориентировок. — Командир взвода.

— Вставайте, товарищ сержант, — произнёс капитан.

И я сел за парту, первый раз посещая странный сидячий развод, больше похожий на планёрку. Открыв служебную книжку, приготовил ручку. А далее были ориентировки:

— … Итак, коллеги, за прошедшие сутки в нашем прекрасном городе случилось много всякого, требующего нашего внимания, — произнёс командир взвода. — 158 УК РФ, хищение совершено со склада «Металлобазы №3» на 1-ом Вилюйском пр., 4а. Неизвестные, одетые во всё чёрное, в балаклавах, похитили шестьсот килограммов латунной проволоки. Проникли через центральные ворота, сторожа связали и укатили катушку через главные ворота. Далее…

— А есть мысли, зачем им столько? — спросил кто-то.

— Воробьёв, блин, вот ты хочешь сейчас об этом поговорить? — спросил у него такой же неизвестный мне голос.

— Ну, я к тому, что вряд ли на чермет латунь потащили. А значит, это не бомжи, — не унимался Воробьёв.

— Всё, хорош думать, давайте записывать, тот взвод уже менять пора, — произнёс комроты, и взводный продолжил.

— Далее, с автостоянки возле ТЦ «Лето» угнали велосипед. Приметы: цвет белый, карбоновый корпус, фирма «Specialized». Цена товара — полтора миллиона рублей.

Во взводе присвистнули, и кто-то даже пошутил: — Ничего себе, курьеры на чём ездят.