Земля зомби. Гексалогия (СИ) - Шторм Мак - Страница 242

– Вот теперь открывай. – тихо проговорил я, увидев, что все опять стали собранными и готовыми столкнуться лицом к лицу с тем, что может находиться за дверью.

Кузьмич почти сразу после моих слов приложил карту к устройству для считывания. Пару секунд ничего не происходило, потом раздался короткий звуковой сигнал, похожий на писк. Световой индикатор изменил свой цвет, превратившись из красного в зеленый.

Все стояли затаив дыхание от напряжения, наблюдая за тем, как Кузьмич нажал на ручку и начал аккуратно тянуть дверь на себя, медленно открывая её. Толщина двери поражала, не найди мы карточку доступа, пришлось бы уйти ни с чем. Такая бронеплита на петлях нам точно была не по зубам. Когда дверь оказалась полностью открытой, нашим взглядам предстало помещение, освещённое непривычным тусклым красным светом, который давал неописуемый контраст в совокупности с черными тенями. Выглядело всё это очень непривычно, неестественно и жутко.

Целую минуту все стояли не шевелясь, внимательно всматриваясь внутрь здания, пытаясь привыкнуть к красному полумраку и пытаясь расслышать хоть какие‑нибудь звуки изнутри.

К счастью, на нас никто не кинулся и не открыл стрельбу. Звуков тоже никаких не удалось уловить. Поэтому, решив, что пора заходить внутрь, я показал Артёму, чтобы он шел первый, со своим автоматом, и двинулся следом за ним. Переступив порог и окинув быстрым взглядом огромное полупустое помещение, я на пару секунд зажмурился, давая глазам возможность быстрее привыкнуть к такой резкой смене освещения. После яркого солнечного света глазам было очень трудно в царившей тут кровавой полутьме.

Когда зрение всё же привыкло, я бегло осмотрел огромную комнату‑тамбур, заставленную всякой техникой со множеством тумблеров и экранов, непонятного для меня назначения. Но самое главное – огромная комната была пустой, без людей и зомби. У дальней стены пол уходил вниз под крутым углом и было три металлических двери. Все они были покрашены в черно‑желтые полосы и закрыты. Значит, можно смело перевести дух, осмотреться и привыкнуть к необычному красному освещению.

Первой заговорила Алина, с почти детским восторгом осматривая всё вокруг, она спросила:

– Что за свет такой странный, нас тут не облучают сейчас чем‑нибудь очень вредным?

– Нет, это обычный свет, он безвредный. – ответил Кирилл.

Но любопытную Алину такой ответ не устроил, она снова спросила:

– Безвредный – это хорошо, но почему он такой необычный? К нему невозможно привыкнуть, он меня пугает.

– Я не бывал ни разу на подобных объектах, но слышал, что красный свет горит, когда отключена подача энергии из внешних источников. В таком случае объект переходит на резервные источники питания, большинство потребителей отключается, остаются работать только самые важные и приоритетные. Аварийное освещение играет роль минимального уровня освещенности при экстренном случае, при этом порой возникает необходимость продолжить начатую работу или вывести людей из помещения. Система аварийного освещения делится на резервное освещение, на эвакуационное освещение, на освещение территории повышенной опасности. Все три системы предполагают срочное оповещение людей и должны дать возможность завершить безопасное проведение работ и неотложных мероприятий. Так же красный цвет эмоционально воздействует на человека, требует от человека концентрации сил. Цвет способствует общей мобилизации и привлечению внимания работающих на объекте. Скорее всего, данная реакция у человека на красный обусловлена цветом его крови, символ опасности для человека. Так же красный не заставляет человека переключать зрение на зрение для темноты, тем самым не трогает функцию ночного зрения. Правда, я не знаю, какое из трёх вышеперечисленных освещений горит сейчас. – поделился своими знаниями относительно необычного освещения Кирилл, удовлетворив любопытство Алины и всех остальных.

Ко мне подошел Артём и спросил:

– Что будем делать с двегью? Я боюсь, если мы её закгоем и в это вгемя пегестанет габотать авагийный источник питания, мы окажемся в ловушке.

– А что с ней можно сделать, чтобы исключить такой вариант?

– Её пгактически негеально вскгыть снагужи, но когда она откгыта, то магнит, котогый её дегжит, ничем незащищён. Его может запгосто газдолбить Бегсегк кувалдой и двегь больше никогда не закгоется.

– Пусть долбит, нам важнее иметь возможность в случае опасности быстро покинуть это место, чем его сохранность и нормальный функционал входной двери!

– Я тоже так считаю, лучше пусть она совсем не закгывается, чем закгоется и фиг откгоешь. Пойду попгошу Бегсегка, чтобы погаботал молотобойцем на всеобщее благо. – проговорил Артём и пошел к Алёшеньке, объяснять ему фронт работ.

А я принялся вместе со всеми ходить по огромному помещению, рассматривая непонятную для меня технику, которая имела кучу всевозможных кнопок, тумблеров и выключателей. Ещё на ней были небольшие мониторы, которые в данный момент не работали. Видимо, эти аппараты или что это было, не попали под приоритетные для аварийного источника питания схемы и были обесточены.

Пока я с интересом разглядывал и пытался понять их предназначения, подошла жена и, крепко прижавшись ко мне, проговорила:

– Какое жуткое место, эти непонятные и странные компьютеры. Этот ужасный красный свет, от которого сердце стучит, как бешеное, и на душе постоянное чувство тревоги. А ещё двери странно покрашены, прямо как осы, в полоску. Они что, куда‑то под землю уходят?

– Судя по уклону пола, да, и мы сейчас находимся в прихожей подземного комплекса, истинные размеры которого могут быть колоссальными как в ширину, так и в глубину. На несколько этажей.

– Ненавижу подземелья и вообще тут очень жутко.

– Согласен с тобой, жутко и интересно.

– Мне просто жутко.

– Не бойся, я рядом. – немного утешил я жену и отправился осматривать три двери, которые вели вниз под землю.

В это время зазвучали громкие удары кувалды по металлической пластине, в которой находился мощный магнит. Берсерк принялся крушить его, чтобы входная дверь больше не закрывалась и не преподнесла нам неприятный сюрприз.

Все три двери вели куда‑то вниз и были закрыты. Постучав по одной из них костяшками пальцев, я услышал глухой металлический звук. Значит, эти двери тоже были бронированные, из толстого метала, как и входная. Придётся и их после открытия навсегда лишить возможности закрываться с помощью Берсерка и его кувалды, иначе, если что‑то пойдет не так и сработает какая‑нибудь хитрая охранная система, намертво заблокировав их, мы окажемся в ловушке. Открыть эти массивные бронированные двери подручными средствами, что были у нас с собой, точно не получится.

Я решил не открывать все двери сразу, а делать это поочередно. Назначение таинственного объекта, в который мы проникли, всё ещё было для нас загадкой, а его красное освещение сильно действовало нам на нервы и создавало и без того пугающую и недобрую атмосферу.

Закончив осматривать двери, скрывавшие проход на подземный уровень. Я попытался найти хоть какую‑нибудь информацию о месте, в котором мы оказались. Только это не принесло никаких результатов. Те редкие надписи и обозначения, которые мне удалось найти, были слишком сильно сокращены или зашифрованы и представляли собой набор бессмысленных букв и цифр, которые непосвященному человеку ничего не говорили.

Чем больше я рассматривал помещение, тем больше оно мне не нравилось. Слишком тут всё было неправильно для захудалой части посреди леса.

Тем временем звуки ударов, издаваемые кувалдой, утихли, значит Берсерк справился с магнитом замка и за входную дверь теперь можно не переживать, больше она не закроется никогда. Значит, пора открывать одну из дверей, ведущих в подземелье. Быстро посовещавшись, мы решили начать с самой левой.

Уже по отработанной схеме все выстроились в полукруг около двери, Артём встал напротив и держал её на прицеле, Кузьмич прислонил карту к устройству для считывания и, как только оно, издав короткий писк, изменило световую индикацию с красного на зеленый, с усилием потянул за ручку, открывая дверь.