Земля зомби. Гексалогия (СИ) - Шторм Мак - Страница 23

Холодильник и морозилка забита порубленными частями детских тел. Приподнимаю крышку на большой кастрюле, стоящей на плите. Из наваристого бульона с плавающим в нем лавровым листом, торчит маленькая рука с полусогнутыми пальчиками. Кастрюля с ужасным содержимым, со звоном разбивая стекло, вылетает в окно. Ворвавшийся свежий воздух, кажется, имеет вкус и помогает проглотить вставший в горле ком. Молча переглядываемся с Кузьмичом, достаём ножи и идем в зал.

Там, все также смотря в одну точку пред собой безумным взглядом, раскачивается, прижимая к себе пытающегося вырваться зомби, сидит женщина, устроившая в квартире, весь этот кровавый кошмар. Застываю с ножом в руке рядом. Видя мою нерешительность, Кузьмич вгоняет свой нож ей в ухо. Она перестаёт раскачиваться и заваливается на бок. Зомби вырывается из ослабших объятий и тут же падает, замертво получая от меня удар ножом в глаз. Заходим в спальню. Там все также извиваются связанные маленькие зомби. Только не хватает женщины, просившей нас помочь, и её сына.

Поднимаемся по лестнице на пятый этаж. Дверь в её квартиру распахнута настежь. В квартире стоит сильный запах лекарств. Особенно из общего фона выделяться запахи валерьянки и корвалола. Именно они и стоят на маленьком столике в зале с кучей других таблеток. Рядом простенькая библия с черной обложкой и золотым крестом. Сразу бросается в глаза распахнутая настежь дверь на балкон. Он оказывается пуст. Только различные коробки от бытовой техники стоят в углу. Одна оконная створка сдвинута полностью в бок. Выглядываем в неё.

Внизу под балконом в красной луже крови на белом снегу лежит мертвая женщина из этой квартиры, даже после страшного удара и смерти, не выпустившая из объятий своего, теперь уже окончательно мертвого, ребенка. Рядом валяется кастрюля и её ужасное содержимое.

Покидаем этот трагически мрачный подъезд и садимся в машину. Пока едем, в машине царит напряжённая тишина. Все по очереди пьют из фляжки Кузьмича, даже не замечая вкуса спиртного напитка, налитого в неё. Через пятнадцать минут останавливаем машину во дворе дома, который нам назвал по рации Валера. Попавшие под горячую руку немногочисленные зомби были убиты ножами без страха и сомнений. Даже с каким-то садистским удовольствием, как виновники всех пережитых нами ужасов. Подходим к нужному подъезду, дверь закрыта. Кузьмич набирает на домофоне хитрый код, и дверь с пиликаньем открывается.

Некогда чистый и приятный подъезд теперь в следах кровавых рук на стенах. На большой площадке у лестницы валяются перевернутые коляски и санки. Не зная точное количество зомби, размышляем, что делать — пошуметь и вывести всех на улицу или зачистить в подъезде.

Принимаем решение убить зомби в подъезде, чтобы не привлекать внимании тех, кто на улице. Стаскиваем в кучу все коляски и санки у начала лестницы. Делаем импровизированный завал, высотой, примерно, в метр, который должен их останавливать и не давать нас задавить толпой. Артем громко свистит, и зомби начинают медленно спускаться со всех этажей вниз на источник шума.

Первые показались спустя пару минут. Дойдя до завала, упираются в него и получают смертельные удары ножами в головы. Кузьмич и Артем стоят перед нашей баррикадой. Мне там не хватает места, и я стою сбоку от лестницы. Количество убитых зомби начинает расти, а их с каждой минутой появляется сверху все больше. В какой-то момент они полностью забили весь лестничный пролет. Рука начинает скользить на мокрой рукояти ножа. От усталости уже не получается убивать с первого раза. Теперь приблизительно каждый третий удар успокаивает навсегда одного зомби.

Количество тел, лежащих на лестнице, уже перевалило примерно за сорок и сравнялось с высотой нашего завала из санок и колясок. Последние шесть зомби просто прошли по трупам и завалу и обрушились всей массой на Артёма с Кузьмичом. Я успел убить только одного ударом сбоку. Артем отпрыгнул ко мне, убив еще одного. Оставшиеся четверо упали, сбив не успевшего отойти Кузьмича с ног. Используя весь резерв сил, мы с Артёмом воткнули лежащим на полу троим зомби ножи в головы. Последний лежал на Кузьмиче сверху, пытаясь до него добраться. Кузьмич держал его голову двумя руками, громко матерился и не мог отпихнуть его от себя. Я схватил зомби под мышки сзади и оттянул от Кузьмича. Артём проткнул ему глаз ножом, успокоив навсегда.

Не прекращая ругаться, на чем свет стоит, Кузьмич поднялся и отряхнулся. Потом достал свою любимую фляжку и хорошо к ней приложился. Увидев наблюдающего за ним Артема, сказал:

— Что гипнотизируешь меня, картавый? Я чуть от страха богу душу не отдал, когда эта падаль на меня сверху упала.

— Ты чего такой вгедный? Я тебе жизнь, можно сказать, спас. Лучше дай глотнуть из фляжки своей волшебной.

— Дегжи, бгатан, — нарочно передразнил Артёма Кузьмич и протянул ему фляжку.

Артем взял её и сделал большой глоток. Глядя на них, я спросил у Кузьмича:

— А если твой спаситель не картавит? Ему можно опустошить твой стратегический запас алкоголя?

Кузьмич переваривал услышанное. Когда понял, что я тоже покушаюсь на его флягу, страдальчески закатил глаза и махнул рукой. Делаю большой глоток обжигающего алкоголя. Чувствую, как приятное тепло, разливаясь по телу, опускается вниз. Возвращаю флягу хозяину. Начинает ощущаться сильная усталость.

Закуриваем и стоим, курим, разглядывая трупы зомби, некогда бывшие мужчинами и женщинами, подростками, бабушками и дедушками, начавшими ходить после превращения, как молодые — без своих костылей и палочек, в поисках жертв. Покурив, отодвигаем в сторону санки с колясками и начинаем подъем по лестнице наверх, проверяя каждый этаж.

Больше сюрпризов в подъезде не оказалось. Вызываем по рации Валеру и говорим, что он может выходить. Слышим звук открываемой двери. Появляться радостный Валера. Начинает нас горячо благодарить за помощь. Кузьмич на это отвечает:

— Благодарность — это слишком много и не булькает. Вот что-нибудь крепкое будет в самый раз. А то вот эти бесстыдные рожи опустошили мою флягу, — показывает на нас.

Отвечаю проспиртованному пройдохе:

— Кузьмич, побойся бога, требовать с человека за спасение магарычи. Тем более, в основном, свою флягу ты сам и выпил.

— Еще бы её не выпить. Такой стресс я последний раз испытывал, когда разбил единственную бутылку водки в 2017 году.

Нас прервал Валера. Сказал, что жена в квартире, наверное, не находит себе места, а для спасителей ему ничего не жалко.

Все проследовали за Валерой к двери его квартиры. Зашли в неё. Он нас познакомил со своей женой. В двух словах рассказал ей, что мы ему помогли уже дважды. Она сразу приняла нас, как родных, предлагая еду или чай с кофе. Мы отказались, сославшись, что нам еще надо на другой конец города отвозить Артёма. Выслушав от радостного Валеры, что, если окажемся в Нововоронеже обязано должны заехать к нему, Кузьмич получил в подарок бутылку замысловатой формы. Заулыбался и бережно спрятал за пазуху. Тепло попрощались и покинули счастливых супругов.

Поехали отвозить Артёма домой. Пока ехали, оставили ему свои частоты для связи по рации. Подумав, сказал ему, о том, что мы хотим найти хорошее место недалеко от города и жить там все вместе. Поскольку скоро нехорошие люди начнут сбиваться в стаи, поодиночке — не выжить. Пересказал ему рассказ Валеры о захвате села с убийством людей группой отморозков. Сказал, что это только первые ласточки. Артем обещал поговорить с женой и подумать. Высадили его на дороге у его дома. Он пожал нам руки и сказал:

— Спасибо, что помогли мне. Думаю, ского свяжусь с вами. Бегегите себя! — Собрал свои вещи, в том числе пакет нелюбимыми помидорами, и ушёл во двор своего дома.

А мы продолжили свой путь. Ехать оставалось немного. Кузьмич сказал:

— Ты это правильно придумал, что позвал картавого к нам. Парень хороший и с оружием дружит. На новом месте нам такие будут очень нужны.

— Да, я тоже так думаю. Судя по увиденному за последние дни, дальше будет только хуже. Это все только цветочки, как говорится, ягодки будут потом. И я даже боюсь себе представить эти ягодки.