Госпожа для отверженных – 3 - Лена Хейди - Страница 8

А три дня без сладкого – ну, что уж тут сказать, суровость зашкаливает.

– И как именно тебя наказали? – настойчиво уточнил рыжий.

Джесси замялся и потёр синяк, и это было воспринято как молчаливый ответ.

– От чего такой фингал? – блондин показал на его заплывший глаз. – От кулака?

– Конь копытом ударил час назад, – стушевался Джесси.

– Парень не врёт, – пристально глядя на перстень, подтвердил рыжий тип.

– Удар лошадиным копытом в лицо – это самое экстравагантное наказание из всех, о каких я только слышал… – озадаченно посмотрел на меня брюнет.

– Да, креативно, – оценил блондин.

Я лишь молча повела плечом, но потом добавила:

– Только никому не говорите.

А то ещё захотят опыт перенять. Тот же Том Сариньон, который и без того грезит устроить в Ривасе Зооарену.

– Конечно-конечно, – затряс головой брюнет. – Все наши беседы с гражданами строго конфиденциальны.

– Как вы видите, этот юноша жив и хорошо себя чувствует, и при этом понёс заслуженное наказание, – подвёл итог Ирнел. – Обратите внимание, что наша госпожа очень сильно устала за этот день, переволновалась и готовится ко сну. Если у вас больше нет вопросов, – мы проводим вас до кареты.

– Да, конечно, – встрепенулся рыжий офицер. – Простите за беспокойство, леди Игнатова! Теперь мы с чистой совестью можем передать маркизу Сариньону, что тот негодник, который так часто огорчал его в Гранде, понёс достойное наказание.

– Сладкой вам ночи, – мечтательно окинул меня взглядом блондин.

Полицейские направились к выходу, но я их окликнула:

– Постойте!

Те остановились и развернулись.

– Вы говорили, что заскочили в Гранд по делам: проверяли некоторые сведения по сбежавшим гладиаторам. Как продвигается расследование? – уточнила я в надежде, что какой бы ни был ответ, Ирнел прочитает в их голове настоящие мысли по этому поводу.

– Это тайна следствия, леди Игнатова, – покачал головой рыжий. – Поймите нас правильно, мы не можем разглашать эти данные.

– Понимаем, что Ривас расположен слишком близко к Гранду, и ваши опасения насчёт беглецов не беспочвенны, – добавил брюнет. – Можем лишь заверить вас в том, что те двое отверженных, что сбежали прошлой ночью, непременно будут пойманы.

– Наши люди взяли их след возле поместья Ливур, за скалистыми горами. Вам не о чем беспокоиться, – успокоил меня блондин, за что получил тычок в бок от рыжего начальника.

– Приятной ночи, – буркнул рыжий верзила, и полицейские спешно удалились, пока не выдали мне какую-нибудь государственную тайну.

Мой телохранитель Джон отправился их провожать, а я обратилась к Ирнелу:

– Они сказали о двух беглецах, сбежавших прошлой ночью. Это явно не наши Кас, Райт и Логан.

– Да, ты права, – подтвердил телепат. – И, похоже, что тем отчаянным парням не так повезло, как нашим гладиаторам: их вот-вот поймают.

– Ясно… Что ж, можно выдохнуть, они не стали обыскивать Ривас, – я устало опустилась в кресло и попросила Ренни принести мне халат, чтобы не смущать мужчин своим откровенным нарядом. Да и самой чтобы было морально комфортнее.

Секретарь быстро выполнил мою просьбу и даже сам накинул халат мне на плечи – заботливо и аккуратно.

– Джесси, что с тобой произошло на самом деле? Кто тебя ударил? – перевела я взгляд на юношу, скромно переминающегося с ноги на ногу.

Были подозрения, что фингал ему поставил кто-то из моих парней – за болтливость. Но, с другой стороны, почему тогда артефакт правды у полицейского не среагировал?

– Так ведь я это… правду сказал, – мотнул он головой. – Мне конь глаз подбил. Вы меня к садовнику определили, только мне больше животные по душе, а не растения. Вот я и попытался поговорить с конюхом, чтобы он замолвил за меня словечко перед вами. Хотелось попасть под его начальство.

– Да ты меня интригуешь, – хмыкнула я. – И что пошло не так?

– Всё, – скорбно вздохнул Джесси. – Конюх Натан назвал меня говорливым мальком. А когда я похлопал коня по шее, чтобы доказать всем, что прекрасно лажу с животными, – зверюга развернулась ко мне задом и я ойкнуть не успел, как уже летел к дверям с подбитым глазом. Было стыдно, больно и досадно, поэтому я рванул на улицу. Натан крикнул мне что-то в спину про какого-то целителя, но я уже не расслышал.

– Не думала, что скажу такое, но я начинаю понимать Тома, – хохотнула я.

Натали

*

– Откуда ты, Джесси? – спросил у парня Джереми.

– С Лаваира, – охотно откликнулся тот. – Меня закинуло на Аншайн год назад, когда я упал со скалы в своём мире. Мне в тот день исполнилось двадцать. Поспорил с друзьями, что залезу на самую высокую гору в Сейтоне. И я выиграл! А вот когда начал спускаться, снаряжение подвело: верёвка лопнула. И я полетел вниз. Очнулся уже здесь. Мне объяснили, что я стал рабом и рассказали, как я должен себя вести. Но я задавал слишком много вопросов, поэтому мне дали статус дефектного. То есть отверженного. И привезли в Гранд.

– Почему Том не отправил тебя на Арену, а оставил в своём поместье? – спросила я.

– О, это долгая история, – воодушевился Джесси.

– Давай укороченный вариант, – махнул рукой Ренни.

– У меня есть особые способности, – скромно потупился парень.

– Какие? – выразил общее удивление Норман. – В документе об этом ничего не сказано, – потряс он бумагой, которую принесли полицейские.

– Маркиз Сариньон узнал о моих особенностях совершенно случайно. Дело в том, что в моём мире слишком мало женщин, – начал объяснять Джесси.

– И как вы ещё не выродились? – удивился Ирнел.

– У каждой зрелой женщины в среднем около двадцати детей. Бывает и больше. Часто рождаются двойни и тройни. А у мужчин есть особый дар: мы на особом уровне чувствуем женское тело и поэтому умеем его ублажать в надежде, что дама выберет в мужья именно нас. В тот день, когда меня доставили в Гранд, к маркизу приехала в гости леди Шана Вэй. Он случайно выбрал меня из толпы невольников и приказал сделать ей массаж ног, пока они обедали. Даме это настолько понравилось, что она легко согласилась провести с маркизом ночь и даже подарила ему редкий целительский артефакт. С тех пор господин Сариньон поселил меня в своём доме, сделал личным слугой и приказывал делать массажи всем дамам, которые к нему приезжали, – объяснил парень.

– И как часто к нему наведывались разные леди? – заинтересованно спросил Норман.

– Два-три раза в неделю, – ответил Джесси.

– Как вариант, можно будет вменить Сариньону развратное поведение, – прикинул юрист.

– Будем держать этот момент в уме, – кивнула я.

– В общем, я должен был расслабить леди Игнатову лёгким массажем и сделать её более податливой на уговоры маркиза по продаже Риваса. Но я не справился, у меня ничего не получилось. Остальное вы знаете. Не понимаю почему, но леди Натали равнодушна к моему дару, – тяжело вздохнул Джесси. – Но я не теряю надежды рано или поздно стать её гаремником. Я даже поговорил с некоторыми мужиками в Ривасе – порасспрашивал их, как попасть в гарем госпожи. Но чёткого ответа так и не получил: в основном надо мной смеялись, советовали подрасти. А после получения фингала от коня и вовсе ржали. Вы не думайте, я не жалуюсь! Просто рассказываю как есть. Кстати, пара человек почему-то рекомендовали научиться драться с полуэльфами, полуфеями и вообще с тремя супер-бойцами. Ничего не понял, но на ум положил.

– Ясно, – не могла я удержаться от невольной улыбки. – Значит, ты не хочешь работать с растениями?

Джесси затряс головой:

– Нет. Я очень хочу работать с вашим телом: ублажать вас, доставлять удовольствие. Вы не смотрите, что я так молод. Мне всего двадцать, но я уже успел набраться опыта. Вам понравится, уверяю вас! Или, на крайний случай, позвольте мне работать с животными. У них есть одно потрясающее качество: они как никто другой умеют слушать.

– Ирнел, а давай мы кроликов заведём? Пусть Джесси за ними ухаживает. А то к лошадям его подпускать нельзя: без глаза останется, – посмотрела я на управляющего. – Правда, потом жалко будет убивать этих зверьков на мясо.