Искупление злодейки 2 - Кира Иствуд - Страница 5

– Я не буду! Это трусливо и низко!

– Это не просьба.

– А что? Приказ?

– Именно. Приказ.

Она невесело засмеялась. А потом её глаза сузились до злых щёлочек.

– С какой стати, Ян? Ты мне кто? Жених? Муж?

– Можно подумать, ты подчинилась бы мужу. Строптивее тебя ещё человечку поискать.

– А вот и не угадал, – вскинула подбородок Фаира, капризно скривила губы. – Я буду покладистой женой. Очень послушной. Но тебе этого не видать.

Я ощутила, как потяжелел воздух.

Голос Янтара стал рваным. Злым:

– А кому “видать”? Тому, с кем ты кувыркаешься, пока я не вижу?!

Фаира окаменела. Распахнула зелёные глаза шире.

– Думаешь… я изменяю тебе?

– Может, до дела ещё не дошло. Но всё к тому идёт.

– Что за чушь!

– От тебя постоянно пахнет другим волком. Одним и тем же.

– Ты чокнулся! Ты слышишь, что несёшь?!

– Хватит лгать, – рявкнул Янтар. – Нос волка не обманешь.

Фаира была уже не просто красной. Она была клюквенно-бордовой.

– Знаешь, Ян… Я устала. С меня хватит! Мне всё это до тошноты надоело. Просто оставь меня в покое. Если мы тут всё помрём – одна радость, что не буду больше слышать чушь, которую ты несёшь! …да отпусти же! – Фаира встрепенулась, но Янтар не отпустил. Наоборот, притиснул к стене. Одной рукой обнял, другой взял девушку за подбородок, заставляя смотреть в глаза.

Глухо, опасно выдохнул:

– Я тебя никуда не отпускал.

– Я не твоя истинная! Мне твоё разрешение не нужно! – зашипела Фаира ему в тон. Я видела, как тяжело она дышит. Её грудь вздымалась, натягивая ткань мантии.

– Кто около тебя вьётся? Я всё равно узнаю. И переломаю ему кости. А потом, хочешь этого или нет, я тебя спрячу. Если надо – свяжу.

– Псих! – она ударила оборотня в грудь. Тот не шелохнулся. Она замахнулась снова, но волк поймал тонкие запястья девушки и прижал их к стене над её головой.

– Кто это?!

– Да хоть кто! – крикнула Фаира. – Я тебе ничего не должна! Отпусти! Отпусти, псих ненормальный! Я тебе ничего не должна, понял! – она дёрнулась, задрожала, но не от страха. От ярости. Атмосфера накалилась настолько, что казалось, сейчас что-то взорвётся.

– Ты его любишь?

– Кого?!

Янтар уткнулся носом в её шею. Жадно вдохнул, зарычал:

– …нет, плевать, любишь или нет. Я его убью.

Фаира засмеялась.

Но таким смехом, что был похож на плач.

Я по-прежнему стояла у двери, раздираемая двойственным чувством. Подсматривать было нехорошо. Но ещё… ещё мне очень хотелось, чтобы эти двое уже просто сказали друг другу о своих чувствах. Ссорятся каждый раз не пойми из-за чего! Ведь любят друг друга – я это вижу. И поводы такие странные…

Ведь ясно же откуда запах!

И тут меня окатило пониманием.

Да ведь, может, они просто не знают!

Надо им скорее сказать!

И я вошла в комнату. Окликнула:

– Янтар!

Он обернулся мгновенно, его золотые глаза сузились. Фаира смотрела на меня испуганными зелёными.

– Это… наверное, из-за малыша так пахнет, – торопливо выдохнула я свою догадку.

Миг тишины. Нахмуренные брови.

– …о чём ты?

– Ну, из-за ребёночка! – и я положила руку на свой живот и кивнула на Фаиру.

Тишина повисла, тяжёлая, как гранитная плита.

***Фаира

– Это… наверное, из-за малыша так пахнет, – произнесла безумица, глядя своими прозрачными, как озёра глазами.

"Как давно она здесь?! Сколько услышала?! И что за чушь она несёт?!" – испуганно пронеслось у меня в голове. Я попыталась выдернуть руки, но Ян не позволил. Ему будто вообще было плевать, что нас застали. Казалось, завались сюда рота солдат, он и тогда не сдвинулся бы с места.

Он стоял так близко, что практически вжимал меня в стену. Я ощущала каждую его мышцу. Его запах наполнял мои лёгкие. Сильные руки крепко держали запястья, не позволяя дёрнуться. И эту сцену сейчас видела Элиза!

Ян обернулся к ней. На его мощной шее проступили жилы. Его голос был похож на рык:

– …о чём ты?

– Ну, из-за ребёночка, – Элиза положила руку на свой живот поверх зелёной мантии и уверенно кивнула на меня. Она будто ни секунды не сомневалась. Её лицо было пугающе честным. Как у ребёнка, который верит, что мир полон добра и чудес.

"Это чушь и неправда! Откуда бы ей такое знать!" – хотелось крикнуть мне.

Но слова застряли в горле.

Ведь часть сердца пожелала увидеть, как отреагирует Ян.

Но лучше бы я этого не видела…

Казалось, сама идея стать отцом превратила оборотня в ледяного истукана. Даже тени радости не мелькнуло в его суровом лице. Наоборот, он весь напрягся – заострились скулы, тёмные брови сурово сошлись на переносице.

"Он настолько не хочет от меня детей?" – мысль пронзила стрелой. Боль ощутилась как настоящая – скрутила так, что не вздохнуть – с тем лишь отличием, что не было крови. И умереть от этой боли было нельзя.

Я дёрнула руки. Отчаянно. Зло.

Но Ян не выпустил, перевёл на меня золотые звериные глаза, соскользнул острым взглядом на мой плоский живот.

– Фаира… ты беременна? – спросил он в лоб. И невозможно было понять эмоций по его тяжёлому тону. Но радость точно выражают не так.

– От близости бывают дети, если ты не знал! – огрызнулась я. Но, видя, как бешено расширились зрачки Янтара, испугалась врать дальше. – Нет. Я не беременна. Я ведь пила настойку…

– Слышал, это зелье не всегда срабатывает.

– Можешь не переживать! – зашипела я, вновь дёргая руки. – Моё сработало.

– Но синеглазка сказала…

– Да откуда ей знать! Она разумом не умнее ребёнка! Да отпусти уже!

И он отпустил.

Хотя втайне мне хотелось иного. Хотелось, чтобы он наоборот притянул, обнял, не дал утонуть в сомнениях.

Я скорее отшагнула от Янтара, боясь не его, а себя. Потому что меня мотало – то хотелось исцарапать ему лицо до крови, то обнять и забыть обо всём. Не думать про завтра, которое может не наступить.

Я саму себя не понимала.

А какую реакцию на безумные слова Элизы я от него хотела? Про Яна с самого начала всё было ясно!

“Но почему эта дурёха так сказала? Почему…" – думала я, от волнения кусая губы.

Мысль колючкой застряла в уме.

Может ли Элиза и правда что-то знать? Могла ли настойка не сработать?

Кажется, это мучило не только меня, потому что Ян снова обратился к безумице.

– Синеглазка, как ты поняла? …про ребёнка?

Элиза сцепила перед собой бледные пальцы. Растерянно приподняла уголки обветренных губ. Её глаза казались совсем большими на осунувшемся лице.

В последнее время она выглядела особенно болезненной, словно кто-то ночами пил её кровь. Но невероятным образом это не портило её красоту, а делало более нежной. Хрупкой. Невольно хотелось защитить её…

Или это из-за чувства вины? Ведь недавно я ударила Элизу за донос Морелле… Как оказалось – никакого доноса не было. Росомаха его выдумала как предлог, чтобы выбить из Янтара дух.

Вот тебе и Обитель чистоты и милосердия… Начинало казаться, что эта странная девушка, которую все кличут ведьмой, была здесь единственным белым пятнышком среди сплошной грязи.

– Как ты поняла? – тем временем повторил Ян.

– Это видно, господин… – голос Элизы звенел как хрустальный колокольчик.

– Что видно? Опиши, – потребовал он.

– Как бы свет… там, – она растеряно взмахнула густыми ресницами. Смутилась, опустила взгляд. – Это не перепутать.

– Как давно он появился?

Нет, с меня хватит!

– Не отвечай! – Я решительно подошла к Элизе, заслонила её. Зыркнула на Янтара. – Девочка просто впечатлительная. Хватит мучить её расспросами.

Оборотень прожигал меня взглядом, мрачнея с каждой секундой. Он будто решал в уме сложную задачу, и результат ему решительно не нравился.

– Это и правда объяснило бы запах… – неожиданно рыкнул он. И желание расцарапать оборотню лицо вернулось с новой силой. Очередная колкость закрутилась на языке… как вдруг в коридоре послышались голоса солдат.