Сладкая как грех (ЛП) - Гайсингер Дж. т. - Страница 35

Я подкралась ближе. Мне показалось, или я услышала крик?

Стараясь не попадаться на глаза тем, кто мог посмотреть вверх, я подобралась еще ближе к окнам, привлеченная тем, что, как я теперь поняла, на самом деле и правда было криком. Яростным криком. Женщина кричала во все горло. Я не могла разобрать, что именно она говорила, но время от времени она произносила знакомое мне слово.

Нико.

Волосы у меня на затылке встали дыбом.

Я наклонилась и глянула вниз. Шесть вульгарных девиц, приехавших с группой, сбились в кучу и стояли неподвижно. Броуди, Крис, Итан и Эй Джей находились справа от подъездной дорожки и смотрели на происходящее с серьезным недовольством, но без особого удивления.

В центре подъездной дорожки стоял Нико.

Он находился спиной ко мне, но по его позе я поняла, что Нико снова в ярости.

В нескольких метрах от него, крича как банши, стояла Эйвери Кейн.

Я ахнула. Моя рука взлетела ко рту.

Она была в реабилитационном центре. Она должна была быть в реабилитационном центре! Или… это была просто история, придуманная для прессы?

Это была просто история, придуманная Нико для прессы? Или они придумали ее вместе?

В голове у меня крутились разные предположения. Я отчаянно пыталась вспомнить, что читала о том, как Эйвери попала в реабилитационный центр, или что Нико рассказывал мне об этом, но не могла ни на чем сосредоточиться, потому что увязала в зыбучих песках.

Внезапно Эйвери бросилась на Нико, колотя его кулаками в грудь. Он быстро успокоил ее, обнял и что-то прошептал на ухо. Она прижалась к нему, всхлипывая. Они постояли так какое-то время, Нико явно пытался ее утешить, а потом отвел к своему «Эскалейду», посадил в машину, завел двигатель и уехал, разбрасывая гравий колесами.

Дрожа, я отошла от окна в более темную часть комнаты. У меня было такое чувство, будто кто-то только что вонзил мне в сердце кол.

Какого черта? Что мне делать? Сидеть здесь и ждать, пока он вернется… откуда? Куда он с ней поехал?

— Он не знает, что ты ее видела, — сказала я вслух. Мои слова зловеще эхом разнеслись по тишине комнаты.

Нико стоял спиной к дому. Он не мог меня видеть. Я была почти уверена, что меня никто не видел, учитывая, что все были слишком заняты разворачивающейся перед ними драмой. И в комнате не было света…

Таким образом, Нико думал, что я ушла в его спальню и ничего не знаю о том, что только что произошло.

Я постояла в сгущающихся сумерках несколько минут, пытаясь успокоиться. Затем тихо сказала в пустоту: — Ладно, Нико. Я больше не играю. Я сдаюсь. Покажи мне все свои карты.

Я развернулась и пошла в его спальню, чтобы подождать его.

Глава 19

Наступила ночь. Прошли часы. Нико не звонил. И не вернулся. Я лежала на боку в его постели, полностью одетая, с поджатыми ногами и подушкой под головой, смотрела на мерцающие далеко внизу огни города и ждала.

И ждала.

И ждала.

Никогда в моей жизни ночь не длилась так долго. Она казалась бесконечной. Я не могла уснуть из-за шума в голове и грохота в сердце. С каждой минутой я становилась все старше, так что, когда первые слабые лучи рассвета начали окрашивать небо в розовый цвет и я услышала, как открылась и закрылась входная дверь, я уже не был уверена, что моя голова сможет оторваться от подушки.

Шаги на лестнице. Мое сердце бешено заколотилось в груди. Я закрыла глаза, замерла и позволила ему подойти ко мне.

Нико остановился в дверях спальни. Я чувствовала, как он разглядывает меня, ощущала тяжесть его взгляда, и то, как воздух сгущается от напряжения. Но я не оборачивалась. Он медленно подошел ко мне. Матрас прогнулся под его весом. Я услышала глубокий тихий вздох, а затем шорох ткани. Я не была уверена, что Нико раздевается, но точно была уверена, что не собираюсь оборачиваться и смотреть.

Затем он оказался рядом со мной, прижавшись ко мне всем своим теплым телом.

Он приподнялся на локте. Тяжелая рука легла на меня и сжала. Я почувствовала его нос в своих волосах, его губы на затылке. А когда поняла, что он прижался ко мне после того, как провел с ней всю ночь, я чуть не схватила часы с тумбочки и не забила его ими до смерти.

Вот это наглость!

— Поговори со мной, детка, — прошептал Нико.

От него пахло сигаретами.

— Твои шлюхи угрожали выпотрошить меня, но, похоже, ты их одолел.

Его голос стал еще тише.

— Не говори так. Пожалуйста.

— Что именно? Про твоих шлюх? — Я знала, что веду себя как стерва. Но я также знала, что ни одна женщина в здравом уме не стала бы меня винить.

В его голосе послышалось отчаяние.

— Они не мои. Они просто иногда тусуются с группой. Эй Джей любит держать их при себе, но эти девушки просто… для красоты. Они ничего не значат.

Слова. Семантика. Этот человек был настоящим мастером говорить красиво, чтобы скрыть за этим всю неприглядную правду. Нико даже не потрудился ответить на важную часть того, что я ему сказала.

— Кэт…

— Куда ты уезжал, Нико? Где ты был всю ночь?

На мгновение воцарилась тишина.

Ну же, суперзвезда, — с горечью подумала я. — У тебя было достаточно времени, чтобы сплести действительно фантастическую историю. Давай послушаем, что ты придумал.

От его тихого выдоха у меня волосы встали дыбом.

— Эйвери была той самой ситуацией, о которой говорил Броуди. Она заявилась сюда обдолбанная в хлам и кричащая.

Моя ярость отступила. Нико говорил правду, по крайней мере пока.

— И что потом?

— Потом я отвез ее обратно в реабилитационный центр.

Вот и все, что он сказал. Я начала беззвучно кричать. И? Что было дальше? Но я не сдалась. Я просто ждала, тяжело дыша и не шевелясь.

Нико приподнялся на локте и посмотрел на меня сверху вниз. Я уставилась в потолок, не желая встречаться с ним взглядом.

— Ты мне веришь?

— А у меня есть выбор?

— У тебя всегда есть выбор, Кэт.

— Ты ничего мне не даешь.

— Ты имеешь в виду, ничего, кроме доверия.

Боже, эти слова привели меня в ярость, когда он бросил это мне в лицо. Неужели вся эта настойчивость в стремлении к доверию была подготовкой к подобным ситуациям? То есть я должна была чувствовать себя виноватой за то, что задавала вопросы? За то, что хотела знать, что происходит?

К черту это. К черту это в миллионной степени.

— Позволь задать тебе вопрос, Нико. Я хотела бы узнать, есть ли у тебя нормальный ответ для меня, потому что я не могу его найти. В чем разница между доверием… и слепой, глупой верой?

Прошло некоторое время, прежде чем он ответил. Наконец хриплым от виски голосом Нико сказал: — В любви.

Я ахнула. На глаза навернулись слезы.

— Это так несправедливо!

Я сделала движение, чтобы уйти, но Нико предотвратил это, перекатив меня на спину и оседлав. Его большие бедра прижали меня к кровати. Я была права в своем предыдущем предположении; он снял футболку и ботинки и остался в одних джинсах.

Его обнаженная грудь насмехалась надо мной. Его золотистая кожа насмехалась надо мной. Каждая татуировка, каждая играющая мышца и каждая дурацкая точеная черта лица насмехались надо мной, как и его волосы, его глаза…

О, к черту все это. Я ненавидела его. Вот и все. Я ненавидела его, и с меня было довольно.

— Отпусти меня! — Толчки не возымели никакого эффекта. Нико не сдвинулся с места, но схватил меня за запястья и прижал их к своему животу, чтобы я не смогла выцарапать ему глаза, как и планировала.

— Успокойся!

— Или что, ты уйдешь на всю ночь, а когда вернешься, не предоставишь мне никаких объяснений и будешь ждать, что я проглочу всю эту чушь, как чертово мороженое? Я уже проходила через это, ХВАТИТ!

Его губы приоткрылись. В глазах вспыхнула такая ярость, что я содрогнулась. На долю секунды все замерло – кролик, познакомься с волком, который вот-вот свернет тебе шею! – а затем Нико наклонился и прижался своими губами к моим.