Владимир, Сын Волка 3 (СИ) - Ибрагим Нариман Ерболулы "RedDetonator" - Страница 13

— Валяй, — кивнул Орлов.

Подняв трубку, он набрал номер и дозвонился до жены.

— Алло, Галь, привет, — сказал он. — Приеду с Геной, поэтому рассчитай ужин и на него тоже.

— Привет. У нас борщ, — ответила ему жена. — По дороге купите что-нибудь на десерт.

— Обязательно, — пообещал Жириновский. — Ладно, скоро увидимся.

Орлов открыл форточку и встал у подоконника. Прикурив импортную сигарету импортной зажигалкой, он принял у Владимира пепельницу и начал потягивать ядовитый дым.

— Я тут одну ерунду доделаю, и поедем, — сказал Жириновский.

— Не торопись, — кивнул Геннадий.

Владимир вернулся к своей работе — изучению отчётов и визированию документов в абсолютно новой и беспрецедентной системе электронного документооборота, которая полностью избавила Организацию от необходимости гонять бумагу между отделами.

Это слишком смело для государственного масштаба, но для внутренних потребностей Организации — это не просто не смело, а необходимо. Каждый кооператив оснащён компьютерами, подключёнными к общей всесоюзной сети, поэтому документация летает между кооперативами и Центром со скоростью света. Ни у одной другой организации в Советском Союзе нет такого же быстродействия и контроля над своими филиалами.

Такой подход позволяет любимый Жириновским оперативный контроль над процессами даже в кооперативах во Владивостоке. Таким образом удалось сократить до минимума бюрократизацию, что позволило повысить быстродействие Центра и филиалов до исторического максимума.

Устроенная им система неидеальна, но это накладываются технические ограничения. Компьютеры работают не так быстро, как хотелось бы, компьютерная грамотность штата не достигла того уровня, которого хотелось бы, а ещё софт откровенно слаб и не отвечает очень высоким требованиям Жириновского.

Со временем, всё это пройдёт, неизбежно.

И уже, постепенно, проходит: сейчас на склады Домов воинов-интернационалистов заезжают новые Compaq SystemPro, выпущенные в ноябре прошлого года. Это стандартные версии, стоящие по 15 000 долларов США.

Поставка такой дорогой техники осуществляется хитрым маршрутом — закупают их для Ирака, с которым производителям из США, пока ещё, можно торговать, а затем они отправляются в Чехословакию, откуда едут в Москву.

Санкции со стороны Запада никуда не делись и, похоже, никто не собирается их снимать, поэтому официальные закупки аппаратуры ограничены — есть совместные советско-американские компании, которым можно что-то завозить, но и там учитывается «возраст» техники, поэтому новейшие образцы завозить нельзя. И уж точно не в таких объёмах, в каких они нужны Жириновскому.

Но Орлов очень сильно выручает, поэтому Организация пользуется самыми лучшими моделями иностранной вычислительной техники, чтобы добиться максимальной эффективности процессов.

IBM PS/2 Model 80, образца 1987 года, никуда от этого не денутся, потому что Compaq SystemPro — это серверные платформы, необходимые для налаживания более качественной связи, но их всё равно нужно много, чтобы оснастить ими ключевые подразделения по всему Союзу.

Наконец, Владимир внимательно прочитал отчёт по производству фильтров для воды, а также подписал нужные документы.

— Всё, поехали, — сказал он.

— Всю работу выполнил? — усмехнулся Орлов.

— Конечно, — кивнул Жириновский.

— Ты же просто за компьютером сидел и читал что-то, а потом в кнопки потыкал, — нахмурился Геннадий.

— Так это и есть вся работа, — улыбнулся Владимир. — Я подписал восемь документов и изучил три отчёта по производству.

— Что ты там подписал? — надменно спросил Орлов. — И как?

— Долго объяснять, — махнул рукой Жириновский. — Если очень интересно — к нашим программистам зайди на днях и они тебе всё пояснят и объяснят. Идём — Галина, наверное, уже приготовила всё.

Поехали они на машине Орлова — на чёрном ГАЗ-3102.

— Какие новости-то? — спросил Жириновский, сев на переднее пассажирское сиденье.

— До сих пор выбираю, с чего начать, — усмехнулся Геннадий, заведя двигатель. — Самая главная, наверное — Крючков мне очень доверяет и говорит, что «больше никого надёжного в Комитете нет». Его очень беспокоят слухи о том, что Горбачёв думает о смене председателя Комитета на кого-то более благонадёжного — как ты понимаешь, на Эдуардыча.

— Наверное, это хорошая новость, — произнёс Жириновский.

Если всё пройдёт так, как должно, КГБ настанет неизбежный конец. В радикальной оппозиционной среде его уже давно открыто называют проводником тоталитаризма, и предлагают расформировать, чтобы не мозолил глаза западным друзьям.

В умеренной оппозиционной среде открыто такие вещи ещё не говорят, но требуют, чтобы над КГБ был общественный контроль, потому что непонятно, на кого он работает и зачем. Каким образом осуществлять общественный контроль организации, большая часть деятельности которой секретна, не указывается.

«Может, КГБ и останется, если всё пойдёт не по изначальному плану», — подумал Владимир. — «Но кто может точно предсказывать будущее?»

— Хорошая новость? — переспросил Орлов. — Это просто отличная новость, Вольфыч! Так высоко не поднялся даже Эдуардыч! Хотя он сделал гораздо больше — на его счету две стабилизированные страны! Страны, Вольфыч!

— Чего ты так возбуждаешься? — нахмурился Жириновский. — Это политика — Горбачёву, действительно, нужно заработать лояльность Комитета, чтобы с его стороны не было проблем. Эдуардыч, в этом смысле, смотрится неплохо.

Возможно, это как-то связано с ГДР, но в ОВД ситуация без изменений — все будто ждут чего-то…

А тут в Союзе готовится референдум, который сейчас идёт первым пунктом общественной повестки, проходят очередные переговоры между СССР и США, снова об ограничении ракет средней и малой дальности — наверное, Горбачёв уже забыл обиду за Иран и вновь готов договариваться.

Единственный тревожный звоночек — в Прибалтике происходят волнения на почве новых законов, принятых республиканскими Верховными Советами.

Литовская ССР приняла акт о восстановлении независимости и объявила о желании покинуть состав СССР, на что Горбачёв отреагировал очень остро — он желает немедленно пресечь сепаратизм и жестоко покарать смутьянов. Только вот ничего не делает и никаких приказов не отдаёт.

Местные националисты чувствуют безнаказанность и продолжают радикализировать население, всё чаще говоря об обретении полной независимости.

У Жириновского по этому вопросу позиция простая: если хотят уходить, то пусть уходят. Но только посредством референдума, а не на националистической волне. На заседании Верховного Совета СССР, прошедшем 15 марта, сразу же после завершения Съезда народных депутатов РСФСР, он озвучил свою позицию, и она нашла поддержку среди народных депутатов.

Скорее всего, большинство литовцев изъявят желание о выходе из состава СССР, потому что сепаратистские настроения там очень сильны. С этим ничего не получилось поделать, поэтому Жириновский вынужден принять решение — ликвидировать свои кооперативы на территории Литовской ССР и вывести их в другие республики, естественно, со всем оборудованием.

Но на проведение референдума тоже нужно время, минимум несколько месяцев, а к тому моменту у него будут уже несколько иные полномочия…

Есть ещё Латвийская ССР и Эстонская ССР, которые тоже хотят покинуть состав СССР — в их отношении Жириновский также предложил проведение референдумов, чтобы убедиться в том, что жители этих республик осознанно идут на этот шаг и точно готовы порвать с экономическими связями.

По теме Прибалтики у Владимира запланированы переговоры с Горбачёвым и Шеварднадзе — есть у Жириновского несколько идей, как сделать так, чтобы они потом не сильно мешали в будущем.

— Но Эдуардыч ведь наш человек, — улыбнулся Орлов.

— Горбачёв об этом не знает, — усмехнулся Жириновский. — Что ещё новенького расскажешь?

— По поводу твоего списка — есть успехи, — сообщил Геннадий. — Сорос — всё.