Айви на Фестивале магии. Восточная академия (СИ) - Черная Мстислава - Страница 13

Наконец я добираюсь до расписания обязательных предметов и среди бесконечных лекций нахожу всего два практикума.

Да, я знала, что Белый факультет теряет былые позиции, но честно не ожидала, что он деградировал и вместо рунологов готовит клоунов.

Перечень курсов, которые можно выбрать дополнительно, умещается на одном листе. Не слишком ли мало? Пусть нам недоступны заклинания, недоступно вообще всё, что касается практического применения магии, но… О, самое вкусное в конце списка: «Мёртвые рунические алфавиты», «Астраловедение: начальная ступень» и «Классификация астральных сущностей».

Удручающе…

Закрадывается подозрение, что про астрал и его обитателей я знаю больше, чем написано в учебнике. С одной стороны, это плохо, а с другой стороны, в библиотеке я смогу брать любые книги, какие мне нравятся.

Взять что-нибудь ещё из общеобразовательных дисциплин? Пожалуй, не стоит быть слишком жадной. Хотя…

Как я пропустила «Азы рунической артефакторики»?! Вот по-настоящему полезный курс, и для меня он будет совершенно новым. Хочу! Только вот примечание интересное: курс открывается при условии набора группы от пяти студентов. Учитывая, что руны недоступны магам, а значит, набор будет исключительно с Белого факультета и что артефакторика в целом считается дисциплиной второго сорта, шансы минимальные.

Я ещё раз прохожусь по перечню — больше добавить нечего. Может, что-то вычеркнуть? Оставляю как есть, завтра сдам, а сейчас самое время открыть чемоданы, собранные супругой моего лжепапочки.

Выйти к столу в дорожном костюме — страшный моветон.

— Фыррь!

— Уже нагулялась? А что так быстро? Я теперь не просто недовольна, я, Фыречка, зла.

— С-с-с-с?

— Да, очень. Я понимаю, что тебе чужды человеческие заморочки, однако ты сама согласилась соблюдать правила.

— Р-р-р-р-ру!

Я отвлекаюсь от разглядывания чемоданов и перевожу взгляд на Фырьку. Какая-то она взъерошенная. И… напуганная?

— Так. Что ещё ты сотворила?

— У-у-у-у-у…

Ничего?

Пазл не складывается.

Я смотрю на Фырь, она смотрит на меня. Да, она определённо испугана, и её испуг связан с астралом. Она почуяла угрозу? На территории академии? Неужели всё настолько плохо?! Чутью Фырь я доверяю безоговорочно. Если бы не она, меня, вероятно, давно бы съели — астральные ныряльщики однажды нарываются, и чем глубже ты ныряешь, тем быстрее это «однажды» наступает. Я же ныряю… глубже всех.

— Ты хочешь мне показать? — предполагаю я. Жаль, что Фырь пока только понимает речь, говорить она научится ещё не скоро.

— Фррь!

Энтузиазм вижу, предупреждение быть осторожной — нет. Наоборот, от нетерпения Фырька аж дымится, почти полностью развоплотилась.

Да что же там такое?

Я сосредотачиваюсь на ощущениях. Уловить дуновение эфира — всё равно что уловить дуновение ветерка. Если специально не прислушиваться, то слабое движение воздуха остаётся незаметным. С эфиром точно так же. Его потоки незримы, невесомы, и в то же время они всеобъемлющи. Эфир — это та энергия, которая соединяет миры, можно сказать изнанка космоса.

Раньше для перемещения мне требовалось сделать шаг, сейчас я лишь глаза прикрываю и мысленно продавливаю границу между материальным миром и астралом. Высший пилотаж — нырять без усилий, так же легко, как погружаться в толщу морской воды.

Взгляду открывается знакомая картина — клубится бесконечный туман. Ничего похожего на структуру, как в стянутом рунами слоистом туннеле. Естественный туман скорее белёсый, редкие клочки не крупнее моего кулака. Безжизненная пустошь тянется в бесконечность, в какую сторону ни посмотри, муть безлико одинаковая.

Самонадеянные ныряльщики-новички гибнут не от зубов тварей — они теряются.

Я продолжаю прислушиваться к астралу. Эфир почти неподвижен, туман висит разреженной пеленой, пространство спокойно. Я не чувствую ни малейших намёков на постороннее присутствие. Здесь только я и Фырь.

Моя питомица хищно принюхивается к потокам эфира. От неё исходит нетерпение, к которому вдруг примешивается беспокойство, а я по-прежнему ничего не замечаю.

— С-с-с-с… — Она выбирает поток, уводящий в глубину. — Ш-ш-ш-ш…

Хм?

Мы всё ещё в поверхностном слое, мы никуда не погрузились, сделали какие-то пару шагов, это ни о чём, однако…

Я начинаю чувствовать нечто, нарушающее естественный ток энергии. Ощущается как некая преграда, о которую бьётся эфир и почему-то не может преодолеть. Пожалуй, я догадываюсь, что именно я увижу, и действительно, Фырька выводит меня к стене, сотканной из того же тумана, что и туннель, только кристаллизованного до почти материальной плотности.

Не стена, скорее сфера, окружающая академию.

— Что ты хочешь? Это щит.

— У-у-у-у-у…

— Наружу хочется? Нет, дорогая, расковыривать ради тебя дырку я не стану, даже если до конца моей учёбы ты будешь самой примерной хтонью на свете. И мне, конечно, лестно, что ты столь высокого мнения о моих способностях, но вынуждена признать, что ты меня переоцениваешь.

— У-у-у-у…

— Идём обра… — Я замолкаю, замираю.

Чуть в стороне я вижу то, чего быть не должно, — чужие следы.

Где-то рядом тварь? Другой ныряльщик?

Второе правило выживания: бойся любых встреч.

Потревоженный эфир едва заметно колеблется.

Чужак может быть совсем рядом, прятаться в мареве тумана…

Фырь постороннего присутствия не чувствует, но это ни разу не гарантия, как и то, что следы не первой свежести, успели подзатереться.

— Что тебя беспокоит?

— У-у-у-у…

— Здесь был кто-то опасный? Кто-то, кто тебе не по зубам?

— Ш-ш-ш-шс!

Определённо, да. Я по-прежнему не понимаю, как настолько опасная тварь могла проникнуть сквозь защитную сферу, но варианты есть, достаточно в зеркало посмотреться: я ведь провела на территорию академии астральную хтонь.

Возможно, щит повреждён и тварь просочилась через прореху?

Только вот я не чувствую, что следы оставила сущность, подобная Фырьке. Вдоль щита топтался кто-то… антропоморфный. Ныряльщик? Едва ли: люди для Фырьки не угроза, скорее добыча, так что на ныряльщика она бы реагировала гораздо спокойнее.

— Кого ты чувствуешь, Фырь? Не можешь определить?

— У-у-у-у… — жалуется она.

Странно.

А ещё мне очень не нравится, как она прижимает уши и хвост.

— Давай вернёмся? — предлагаю я. — Кто бы здесь ни бродил, нет никакой необходимости его выслеживать.

— Урь, — соглашается Фырька. Она всё ещё принюхивается.

— Я буду осторожна, — заверяю я. — И ты, пожалуйста, тоже будь.

Чем быстрее мы отсюда уйдём, тем лучше.

Как Фырь уловила чужака, так и он в какой-то момент почует нас — к чертям!

Я подхватываю питомицу на руки, и она охотно сворачивается у меня на груди, так что если неведомый чужак появится, то в первую очередь он заметит меня, а у неё появится шанс выжить. Да, в Фырькиных талантах я не сомневаюсь. Я перебираю пальцами завитки дыма на её спине, прислушиваюсь к тишине окружающей безжизненной пустоты.

Эфир стучится о щит.

Сосредоточившись на «обратном» потоке, я делаю шаг. На грани между астралом и материальной реальностью энергия особенно ярко щекочет кожу. Я делаю ещё шаг, усилие скорее ментальное, чем физическое, потоки эфира разделяются, выпуская меня, и я оказываюсь ровно там, откуда вышла, — в комнате рядом с журнальным столиком, только не лицом к чемоданам, а тылом.

Фырька спрыгивает на пол:

— С-с-с-с! Ш-ш-ш-ш! Р-р-р-р-р! У-у-у-у…

— Сплошное «у-у-у-у», — соглашаюсь я. — На время забудь про астрал.

— У-у-у-у…

Теперь она может хныкать, жаловаться, донимать меня проказами, вредничать, но в тумане искать неприятности она, я уверена, не полезет.

Напомнить ей, чтобы в обществе вела себя прилично?

Не сейчас…

Совершенно точно питомице не до моих нравоучений. Устроившись в укрытии за ножкой шкафа, Фырь напряжённо шевелит ушами и беспрерывно нюхает воздух, точнее, нюхает она не воздух, а эфир, прислушиваясь, не идёт ли чужак по нашему следу.