Ревизор: возвращение в СССР 52 (СИ) - Винтеркей Серж - Страница 7

— Да, Ивлев еще сказал, что якобы его папаша вскоре и министром станет…

— Это верная информация, — кивнул председатель КГБ, — Ивлев и сам что-то многовато всякой не самой распространённой информации знает. Откуда, хотелось бы знать?

— Может быть, этот самый Артем Кожемякин ему и сказал? — позволил себе предположить Вавилов. — Я так понял, что они с Ивлевым друзья, вот он и волнуется, что его шпионка охмурить хочет.

— Чтобы цену себе набить в общении с Ивлевым, сын рассказал, что отец вскоре министром станет? — задумчиво сказал Андропов. — Имело бы смысл в том случае, если бы этому Артему очень надо было подружиться с Ивлевым. Вот и приобщил его к тайной информации. Но какой ему смысл так отчаянно пытаться набиться в друзья Ивлеву? Кто для него Ивлев — всего лишь журналист и референт в Президиуме Верховного Совета. У него самого намного более высокая позиция… С этим, короче, тоже разберитесь…

Москва, Лубянка

Андропов, отпустив Вавилова, велел помощнику какое‑то время его не тревожить. Хотя бы минут пятнадцать.

Тот знал, естественно, что ему нужно подумать. Поэтому просто принял приказ к исполнению.

Андропов вздохнул. Да уж, новости так новости, совершенно неожиданные. Ему даже стало интересно: чем же Межуев так Кулакову насолил, что тот на такие интересные меры пошёл, чтобы его уязвить? Узнать бы, такая информация не помешала бы. В особенности, учитывая то, что Межуев прославился как непримиримый борец с нарушениями социалистической законности. Похоже, что он прижал кого-то из нечистых на руку подчиненных Кулакова, раз член Политбюро так его ненавидит. И не пошел на компромисс со своей совестью…

Андропов поморщился, также вспомнив, как свободно они обсуждали вместе с Вавиловым внутренние дела Политбюро. И даже то обсуждали, может ли Кулаков будущим генсеком стать. Это при живом‑то Брежневе!

Очень, очень рискованные и смелые темы они поднимали. Чрезмерно рискованные…

А с другой стороны — куда же деваться, если им действительно нужно было это обсудить как можно быстрее и полнее, учитывая непростую ситуацию с Ивлевым?

Впрочем, по идее, Вавилов помалкивать будет. Ему самому не с руки, если кто‑то узнает, что он с председателем КГБ обсуждал внутренние расклады в Политбюро и вероятность того, кто станет следующим генсеком. Да, по этому поводу можно быть спокойным: эту информацию ни ему, ни Вавилову разглашать не выгодно. Оба влипнут одинаково серьезно, если в Политбюро узнают о таком разговоре…

А потом ещё одна мысль пришла Андропову в голову. Пронзила его, как удар током. И он понял, что не зря после ухода Вавилова взял себе время на подумать — как над разговором, так и над всей этой ситуацией в целом. А ведь и в самом деле Ивлев прав. Нельзя ему идти в команду Кулакова. Ни в коем случае!

Одно дело — Ивлев сейчас помогает Межуеву. То, что при этом он по факту активно с КГБ сотрудничает, большой проблемой не станет, если выявится. Не такая уж и шишка сам Межуев в Кремле.

И неважно, что Ивлев никакой подписки работать на КГБ не давал. Лично он, Андропов, рассматривает его уже как очень важную часть комитета. Да, гражданскую. Да, своевольную. Да, взбрыкивающую. Да, без всяких письменных обязательств. Но с ним ему гораздо удобнее, чем без него. Где же он ещё такие точные прогнозы‑то раздобудет, если Ивлев не будет рядом, чтобы его консультировать? А с такими прогнозами можно большие дела делать по укреплению своего авторитета в Политбюро и в партии.

Глядишь, однажды и самому удастся замахнуться на кресло генсека. Уж наедине сам с собой он может об этом смело мечтать. И не только мечтать, а и серьёзно эту перспективу обдумывать… Но для этого нужно давать результаты, что значительно легче делать с точными прогнозами, чем тыкая пальцем в небо.

Так вот, его амбициозным карьерным планам может быть нанесен сильный удар, если Кулаков возьмёт Ивлева себе в команду, а потом выяснит так или иначе, что Ивлев тесно с КГБ связан.

О важности его прогнозов для Андропова очень мало людей знает. А о том, что он лекции в КГБ читает — очень много. Сотни офицеров, если не тысячи. Так что разумно предполагать, что однажды эта информация всё же до Кулакова дойдёт.

Можно ли верить Ивлеву в том, что звезда Кулакова скоро закатится? Андропов понятия не имел, так это или нет. И может ли вообще этот толковый пацан угадать и такое?

Но одно было совершенно очевидно: если Кулаков узнает о том, что Ивлев тесно связан с КГБ, когда будет ещё в силе — как сейчас, к примеру, — то он запросто может закатить скандал прямо на Политбюро. И заявить, что Андропов ему в команду своего человека подсунул, чтобы информацию о члене Политбюро собирать. И в Политбюро для всех это так и будет выглядеть.

И вот тогда уже без всяких сомнений может очень быстро закатиться его, Андроповская, звезда. Тут уже будет не до мечтаний о том, чтобы однажды стать генсеком, тут уже вопрос встанет о том, чтобы вообще уцелеть…

А самое неприятное, что при последующем обсуждении претензий Кулакова в его адрес Брежнев может припомнить, что помощник ему записку передавал, написанную самим же Андроповым в ответ на запрос в КГБ, в котором он намекнул тогда, что Ивлев имеет отношение к КГБ…

Вот после этого уже слова Кулакова и его претензии в адрес КГБ не будут нуждаться больше ни в каких доказательствах.

Да даже если Брежнев сам не вспомнит про эту записку, то может распорядиться раскопать всё, что у них есть вообще по Ивлеву. И вот тогда точно его помощник очень быстро ее найдет. Если вообще не вспомнит в ту же минуту про эту записку…

И она станет самым что ни на есть прямым доказательством того, что Ивлев давно уже работает на КГБ, и вполне может быть, что и лично на Андропова. Уже никак тогда не оправдаться ему будет. По дате записки и ее содержанию видно будет, что Ивлев сотрудничать с КГБ задолго начал до того, как попал в команду Кулакова.

Андропов себе прекрасно представлял, как всё это может произойти.

Кулаков узнает о том, что Ивлев вошёл в его команду, уже тесно работая с комитетом. И плевать Кулакову будет в этом случае, что у него с Андроповым достаточно ровные отношения. Всё же он член команды Суслова. А с Сусловым у самого Андропова есть определённые противоречия.

По крайней мере, тот точно грустить не будет, если Андропов резко утратит во влиянии. Суслов чрезмерно консервативен и сторонник максимально жёстких мер во всех областях. А он, Андропов, понимает, что прошли те времена, когда можно было себя вести жёстко. Для того чтобы жёсткие меры принимать, а система вся безукоризненно работала, нужен кто‑то вроде Сталина. А никого такого на горизонте и близко нету.

Да и времена Сталина не такими простыми были, как некоторым кажется. По крайней мере, как минимум однажды и его судьба висела на волоске. Сложные были времена, непростые. Трудно сейчас судить о них тем, кто во всех тех делах только косвенное участие принимал.

Значит, Кулаков, узнав новости об отношении Ивлева к КГБ, тут же вообразит, что Андропов через него за ним шпионит. Пойдёт тут же, естественно, к Суслову жаловаться — как член его команды. А Суслов тут же сможет решить, что это прекрасный повод, чтобы Андропова отбросить на несколько лет назад в его влиянии в Кремле. И самому, за счёт этого окрепнув, начать оказывать большее влияние на генсека.

Ну а что — вполне себе рабочая схема.

В конце концов, внутренняя политика Кремля и состоит из постоянных сражений различных группировок между собой за большее влияние на генсека и на Политбюро в целом.

Так что если сумеешь уронить кого‑то, за чей счёт сможешь своё влияние усилить, игра считается стоящей свеч.

Так, и что же теперь ему делать?

Да, теперь он сам однозначно заинтересован в том, чтобы Ивлев ни в коем случае не стал членом команды Кулакова. Такой компромат для Кулакова в отношении него ему не нужен.

Прям хоть серьёзно думай о том, чтобы Ивлева с семьёй на Кубу и в самом деле отправить. Теперь это и в его собственных интересах…