Сын помещика 6 (СИ) - Семин Никита - Страница 3

— Потому что все здесь не так однозначно, — вздохнула мама. — Во-первых, демонстративный отказ привел бы сразу к вражде с княгиней. И даже если бы мы победили, то хвалиться тут было бы нечем. Для общества это было бы воспринято, как сильный род добил старуху, недавно потерявшую мужа. Старуху, которая еще и пришла мириться и хотела породниться. Нужны были веские причины, почему мы отказали ей в этом. А вот их-то у нас и нет. Во-вторых… я бы не сказала, что подобное «родство» для нас — это однозначный минус. Ведь это и на саму княгиню накладывает определенные обязательства по отношению к нам.

— Например?

— Например — поддержка в обществе, — пожала плечами мама. — Особенно если это будет касаться Люды. Мы можем обратиться к княгине, чтобы она похлопотала о ее обучении. Не финансово, но вот написать письмо, замолвить за нее словечко — да, отказать в подобной просьбе она уже не сможет. Ну и тот же долг… тут мы не обязаны ей его прощать, она может лишь попросить об отсрочке. Что скорее всего и сделает.

— Ради отсрочки принять в родичи… — с сомнением покачал я головой.

— В дальние, — поправила меня мама. — Да и долг ведь немалый. Мы не знаем, в каком состоянии дела в поместье Беловых. Может быть оно уже заложено не один раз? В этом случае она даже землями отдать нам долг не сможет, так как те находятся под обременением.

Ситуация хоть немного прояснилась, но все равно мне было странно. Опять эти традиции, в которых я плохо разбираюсь.

После разговора с мамой я подошел уже к отцу.

— Мы хотели обсудить план гостевого дома, — начал я.

— У тебя появились идеи? — тут же вскинул он бровь.

— Возможно. Скажи, а вы вот Людмиле подарили архитектурный атлас… она так увлекается архитектурой?

— Да, ей нравится рассматривать фотографии европейских замков. Да и самые красивые поместья нашей родины с императорскими резиденциями не оставляют ее равнодушными.

— А она сама не пробовала что-то нарисовать по этой теме?

— Хочешь ее попросить спроектировать гостевой дом? — рассмеялся отец. — А не слишком ли она мала для этого?

— Для проектирования — да. Но она может придумать общий концепт. Образ, — поправился я, увидев непонимающий взгляд отца. — Как он должен выглядеть. А уж этот «образ» мы покажем архитектору. Хотя бы и тому, который нам лесопилку спроектировал. И он уже по нему сделает настоящий проект здания, что мы потом построим. Что скажешь?

— Хмм… — озадачился папа. — Дать девочке придумать дом? Ты уверен?

— А почему бы нет? И ей будет интересно, и потом можно будет говорить, что это ее творение.

— Ну… может быть. Я подумаю, — как обычно не стал сразу соглашаться со мной отец. И тут же перевел тему. — Ты когда отправишь Скородубовых домой?

— А что случилось?

— Ничего. Просто Софья хотела бы Люду поздравить. К нам она приехать не смогла. Сам знаешь, у нее театр сейчас активно спектакли ставит. Но она прислала открытку и просьбу привезти Люду к ней, чтобы она лично вручила подарок. Вот я и подумал, что ты можешь захватить ее с собой.

— Завтра поедем. Я все же хотел бы в бане попариться, — поделился я своими планами.

— А сами девушки что говорили? Не хотят сегодня уже вернуться?

— Молчат, — пожал я плечами.

— Ну тогда договорились.

День я провел с Настей. Повезло, что Слава полностью переключился на Анну, и мне не пришлось уделять ему внимание в качестве хозяина. Мы прогулялись вчетвером до Волги, погуляли по нашему плодовому саду. Я сыграл для Насти пару песен. Понравившуюся ей «10 капель» и снова «Половинку». Постепенно это становились «наши» песни. И я снова сорвал поцелуй. Долгий, горячий, срывающий голову. Остановился лишь тогда, когда мои руки уже вовсю блуждали по телу девушки. Та и сама была не против и с небольшим сожалением вздохнула, когда я остановился. Как я ее понимаю!

А вечером я все же сходил в баню. Да и наши гости ее посетили. Я в этот момент сожалел, что пока не могу париться вместе с невестой. Засыпал я с улыбкой на губах, надеясь, что на завтра не будет дождя. Мои надежды сбылись, хотя тучки по небу и ходили.

В путь до Царицына мы отправились впятером — близняшки Скородубовы, Слава, я и Люда. Брать с собой еще и Тихона я не стал. И так народу немало набралось. Свой тарантас, на котором приехал, Слава отправил «своим ходом». Парню хотелось испытать полноценное путешествие на яхте, а не только покататься рядом с берегом. Ну а я отказывать ему в столь малой просьбе не стал. К тому же у него похоже с Анной начали завязываться романтические отношения. Если это так, то не имею ничего против.

Добравшись до Дубовки, я поймал экипаж и отправил Люду к тете. Ехать вместе с нами дальше до Царицына ей не было никакого смысла. А вот когда мы входили в порт Царицына уже стал накрапывать дождь.

— Ну что, ко мне? — предложил Слава.

— Дома много дел, — покачал я головой.

— Так уже вечер, — заметил друг. — Куда ты в ночь пойдешь, да еще в такую погоду?

— До Дубовки я еще успею добраться. У тети остановлюсь, мне еще потом сестру обратно возвращать.

— Ну, как знаешь, — вздохнул он. — Но помни, мое предложение в силе!

Попрощавшись со Славой, я поцеловал на прощание Настю и помахал рукой сестрам. Сам я покидать порт не стал, тут же развернувшись в обратный путь. И в Дубовку я все же успел добраться в этот же день, хоть когда швартовался в порту, на дворе уже стояла ночь, да и дождь разошелся.

В поместье Зубовых меня уже не ждали. А ведь я предупреждал Люду, что сегодня же обратно двинусь. Но тетя подумала, что из-за погоды и позднего времени я не решусь на такой путь. Вот и пришлось мне долго стучаться в калитку, пока слуги проснулись, да открыли мне дверь. Продрогнуть успел знатно.

Когда меня проводили до комнаты, перед своим уходом служанка вдруг опомнилась и сказала:

— Роман Сергеевич, тут же вас спрашивали. И просили передать, что вас ждут.

— Кто? — удивился я.

— Герман Христианович Миллер. Вчера с утра свою просьбу передал, когда зашел и узнал, что вы вскоре ожидаетесь.

— Вот как… спасибо, — озадаченно кивнул я служанке.

А у самого в голове появился лишь один вопрос — что ему от меня внезапно понадобилось? Сколько раз заходил к его инженеру, и ни разу он меня не звал. А тут — вдруг ищет, даже тетю потревожил. Но сейчас и правда не до него. Спа-ать…

30 августа 1859 года

Проснувшись утром, я с грустью посмотрел за окно. Снова дождь. Как он начался вчера вечером, так утихать и не планирует. Как при такой погоде нам лесопилку достраивать-то? Надеюсь, что он все же скоро закончится и хоть несколько денечков даст теплых, чтобы можно было хотя бы простой навес поставить и уже под ним рабочие могли стены возводить.

У тети такого же клозета, какой появился у нас, не было, что навеяло грусть по дому. Вот уж не думал, что буду скучать по родному поместью из-за такой обыденной вещи.

Когда я вышел к завтраку, уже все собрались и сидели за столом. Это я разоспался и даже тренировку из-за погоды пропустил. Ну как… частично я все же упражнения сделал, но лишь ограниченное количество — лишь пресс, отжимания, да приседания.

И первое, на что я обратил внимание — внешний вид Люды. Она была в красивом вечернем платье с пышной юбкой и хитро поглядывала на меня.

— Этот наряд тебе подарили? — сразу догадался я причинам такого ее вида. Похвастаться захотела!

— Да, — со счастливой улыбкой кивнула сестра и благодарно посмотрела в сторону тети. — Теперь я совсем взрослая. Софья Александровна мне даже сумочку под этот наряд подобрала!

Время идет, а ничего не меняется. В будущем дети тоже любят наряды, как у родителей, носить. Особенно в этом возрасте, пока еще период полового созревания не настал, и бунтарский дух в них не пробудился. Сделав комплимент внешнему виду Люды, я уселся за стол, и мы приступили к трапезе. Попутно я уточнил у тети — правда ли заходил Герман Христианович.