Стратег из ниоткуда. Книга вторая - Атаманов Михаил - Страница 5

Пожалуй, теперь я понимал предыдущего вождя, не желавшего брать к себе в племя непонятных головорезов. С такими действительно могут возникнуть проблемы в будущем. Но отказываться от своих слов я всё же не стал.

– Хорошо. Вставайте в группу мечников Фадира Твердолобого, – указал я кончиком копья на своих «штурмовиков», после чего велел шестерым оставшимся врагам, нерешительно переминающимся с ноги на ногу, молиться всем известным им богам и духам, и готовиться к самому важному в их жизни поединку насмерть.

***

Общение с племенем Чёрной Рыбы прошло спокойно и по-деловому. Мирные жители были однозначно рады, что чужаки не пришли за их головами, а идею перебраться в безопасное место подальше от враждебной Белой Рыбы восприняли весьма позитивно. Сборы много времени не заняли, но на обратной дороге, когда цепочка тяжело навьюченных орков проходила берегом Бездонного озера, случилась всё-таки неприятная и заставившая нас понервничать встреча с дозорными Белой Рыбы. После чего ещё с час с далёкого расстояния нас сопровождали чужие бойцы, не решаясь, впрочем, походить ближе.

И я их прекрасно понимал! Неожиданно обнаружить на берегу огромного озера, который они полагали безопасной и полностью своей территорией, чуть ли не сотню орков, многие из которых вооружены… Наверное, «кирпичей отложили» многие из них. И вовсе не о нападении думал сейчас их вождь, а спешно запирал ворота посёлка Белой Рыбы и готовился к возможной осаде, раздавая оружие ремесленникам и расставляя бойцов на стены и дозорные вышки. И хоть всё обошлось на сей раз мирно, можно было не сомневаться, что вниманием сильнейшего племени мы полностью завладели, и стоило вскоре ждать уже их разведчиков возле лагеря Жёлтой Рыбы.

В нашем же посёлке вернувшихся с победой воинов встретили триумфально, а новых жителей весьма благожелательно. Радостные орки кричали, что я удачливый командир и вождь, посланный к ним богами в трудное время, и полностью оправдываю своё громкое прозвище. Тут же началась установка шатров в общем лагере, сопровождавшаяся радостью по поводу воссоединения разделённых на три долгих года семей и распитием принесённого сегодня новичками грибного пива или чего-то подобного, валящего с ног даже крепких орков. Мне тоже предложили, и из любопытства я даже отхлебнул глоток этой мутной и резко пахнущей бурды, но от дальнейшей дегустации сомнительного продукта орочьего пивоварения всё же отказался.

Ещё одним значимым поводом для радости, которым сразу же поделились жители, стала сегодняшняя удача группы охотников. Которые повторили мой успех и заманили в яму с кольями одного из молодых дугаров, так что мясом племя было обеспечено на седьмицу вперёд. Одновременную удачу в бою и на охоте заметно увеличившееся в численности племя восприняло как очень добрый знак, свидетельствующий о том, что дух-защитник Хыр покровительствует новому вождю. Захмелевший после употребления грибного пива и пританцовывающий шаман Дереш так и вовсе орал об этом во всю глотку, распугивая ночных птиц и русалок в реке. Так что уснуть из-за всего этого творящегося в лагере бедлама я смог лишь глубоко за полночь.

***

Утром же меня разбудил мерзкий звук сигнального рожка, и спросонья я даже сперва решил, что всё ещё нахожусь в армии королевства Брена. Но нет, я был в орочьем лагере, и звук шёл из-за запертых на ночь ворот. Спешно одевшись, в компании двух десятков встревоженных бойцов я вышел за ворота и обнаружил престарелого незнакомого орка в пёстрых одеждах шамана и с эмблемой белой рыбы на меховой шапке, которого сопровождал высоченный и широкий в плечах боец с топором в огромных и сильных лапищах. Судя по кривому горну в левой руке громилы, именно этот мордоворот и разбудил весь наш лагерь ни свет ни заря.

– Что надо? – недовольно поинтересовался я, про себя удивляясь, насколько же быстро племя Белой Рыбы выяснило, куда ушёл вчерашний отряд переселенцев, раз уже ранним утром следующего дня их представители решили навестить наш лагерь.

Полностью игнорируя всех остальных собравшихся у ворот, сгорбленный старик-шаман направился ко мне. Остановился в двух шагах от меня, неторопливо рассмотрел подслеповатыми белёсыми глазами, и лишь только после этого заговорил.

– У меня послание для человека, называющего себя вождём орков. От великого и могучего Адына Непревзойдённого, вождя племени Белой Рыбы. Человек, вождь даёт тебе три дня на то, чтобы ты склонился перед ним и заплатил дань. Восемь женщин, десять корзин мяса или рыбы, и также весь металл, что имеется у твоего племени. Если успеешь сделать это в срок, могучее племя Белой Рыбы оставит тебя и твоих орков в покое до будущей весны. Не заплатишь, твоя голова будет украшать ограду посёлка Белой Рыбы!

После этих дерзких слов старый посланник развернулся и собирался было уходить, но я его окликнул.

– Я Альвар Завоеватель, вождь объединённого племени Желтой, Синей и Чёрной Рыбы. И у меня тоже есть послание для твоего хозяина. Скажи вождю Белой Рыбы, что он уже не Адын, а ВтАрой, поскольку у меня и бойцов поболее будет, чем у него, и племя крупнее. Да ещё и дух-защитник Хыр благоволит мне, а не вам. Я прощу ему дерзкие слова, но только если вождь Белой Рыбы на коленях приползёт сюда, извинится предо мной и заплатит штраф. Металла у вашего племени вообще нет, вы нищие, так что требовать металл не стану. Но вот восемь женщин и десять корзин рыбы буду ждать три дня. Если вождь заплатит и извинится, оставлю в покое ваше племя до осени. Если же оплаты не поступит, твою прикольную одежду, шаман, раздёргаю на амулеты, а из башки вождя Белой Рыбы сделаю себе чашу для вина. Я всё сказал, так что пошёл прочь, старик!

Опешивший от моей наглости посланник, беспрерывно ругаясь, протянул в мою сторону руку ладонью вверх, и над ней прямо в воздухе загорелся желтый огонёк. Стоявшие вокруг меня орки в испуге отступили на шаг. Довольный произведённым эффектом, старик развернулся и скрылся в утреннем тумане вместе со своим громилой-сопровождающим. Я же повернулся к оркам, смотрящим на меня с открытыми от удивления ртами. Похоже они и не подозревали, что с посланником могучей и непобедимой Белой Рыбы можно общаться вот так дерзко, и до сих пор не могли отойти от шока.

– Кто знает, что это за старая высохшая мумия нас посетила?

На мой вопрос ответил шаман моего племени Дереш Угрюмый, прекрасно слышавший разговор у ворот.

– Это «старая мумия», как ты выразился, очень и очень сильный шаман. Зовут его Жужа Огненная Смерть, он верховный шаман Хыра. Известен тем, что способен пускать огненные стрелы, сжигающие орков в считанные мгновенья. И огненные шары, которыми взорвал прошлой осенью ворота и ограду прежнего нашего лагеря Жёлтой Рыбы у Бездонного озера. Жужа – настоящая ходячая смерть, и злить его с твоей стороны было крайне неблагоразумно. Когда верховный шаман начал колдовать, я было решил, что смерть пришла всем бойцам, что стоят у ворот.

– А того верзилу, что сопровождал шамана, зовут Костоломом, – дополнил слова шамана Суэн Охотник. – Он самый сильный боец Белой Рыбы и их поединщик, который ни проиграл ни одной битвы. Жестокий и умелый воин, который голыми руками вырывает сердца побеждённых врагов и жрёт их.

– Понятно. Ну хоть познакомился с такими известными, оказывается, в этих краях личностями! – я усмехнулся, очень стараясь, чтобы в моём голосе звучала уверенность, а не растерянность и робость.

Хотя тут было из-за чего тревожиться. С верховным шаманом придётся что-то делать, поскольку он ломал все мои привычные тактики и мог сжигать кучно построившихся бойцов. Впрочем… дальность стрельбы из арбалета всяко выше, чем у магии, а колдовать с простреленной болтом башкой очень неудобно. Так что именно стрельбу на далёкие расстояния и будут в ближайшие дни тренировать мои арбалетчики.

С Костоломом тоже придётся повозиться. У орков действительно перед основным сражением нередко происходил поединок двух лучших бойцов обеих армий, и перед битвой с воинством Белой Рыбы вождь врага вполне мог такое предложить. Отказываться от подобного поединка у орков считалось верхом позора, даже если поединок гарантировал смерть одного твоего бойца. Так что придётся кого-то ставить против Костолома… или даже самому против него выходить.