Проклятие Теней и Льда (ЛП) - Маура Катарина - Страница 10

Его грудь касается моей спины, и я изо всех сил пытаюсь отодвинуться, но безрезультатно.

— Твои попытки вырваться бесполезны, — говорит он мне. — Сила нашего движения заставит тебя прижаться ко мне, нравится тебе это или нет. Тебе лучше привыкнуть к этому.

Я решила игнорировать его слова и ухватилась за гриву Сирокко, но в тот момент, когда мы начали галопировать, я прижалась к нему, как он и сказал. Сирокко гораздо быстрее всех лошадей, на которых я когда-либо ездила, и это пугает. К моему удивлению, Феликс обхватил меня одной рукой за талию, надежно удерживая на месте.

— Так безопаснее, Арабелла. Кареты всегда подвержены риску, но пока ты со мной, тебе ничего не угрожает.

В его голосе слышится беспокойство, и я хмурюсь. Полагаю, я действительно стала женой самого влиятельного человека в мире. Не сомневаюсь, что у него бесконечное количество врагов. Мне не приходило в голову, что я тоже могу стать мишенью.

— Как далеко? — заставляю себя спросить, едва вынося боль от давления на травмированную спину.

— На Сирокко это займет полдня, если погода позволит, но наша свита не сможет удержать такой темп. Как только мы окажемся на территории Элдирии, мы оставим их позади. Им понадобится полтора дня, чтобы добраться до дворца.

Я киваю и стараюсь расслабиться, чтобы перенести боль, но то, как его тело прижимается к моему, не дает мне этого сделать. Я закрываю глаза и с дрожью вдыхаю воздух, изо всех сил стараясь сосредоточиться на чем-то другом.

Он пугает меня, но не кажется таким чудовищем, каким его все описывают. Мне он кажется нормальным. Я не особо хорошо знакома с анатомией мужчины, но, насколько я могу судить, он не кажется уродливым. Он кажется сильным и широкоплечим. Даже его голос звучит нормально — даже мелодично. Некоторые вещи, которые я читала о нем, определенно правдивы, но некоторые, возможно, нет.

Я любопытно смотрю на него через плечо.

— Почему я не могу видеть тебя нормально? — Я даже не осознаю, что произнесла эти слова, пока они не вылетели из моих уст. Мой желудок сжимается, пока я жду его ответа, и часть меня надеется, что он просто проигнорирует этот вопрос.

— Это заклинание. — Он крепче сжимает меня, и это только усиливает боль в спине. — Почему ты хочешь меня видеть?

Я не знаю, что ответить. Я не могу решить, что для меня лучше: держаться от него подальше или расположить его к себе — я не могу решить, что обеспечит мне большую безопасность.

— Я хочу знать, за кого я вышла замуж, — в конце концов честно отвечаю я.

Я чувствую его взгляд на затылке и крепче сжимаю гриву лошади, не позволяя страху овладеть мной.

— Тебе больно. — Это не вопрос, но я все равно киваю. У меня есть ощущение, что он разгадает любую ложь, которую я попытаюсь ему сказать, и я не собираюсь давать ему повод наказать меня.

Он замедляет ход лошади, пока мы не подъезжаем к Элейн.

— Мы остановимся у водопада, — говорит он ей мягким и спокойным голосом.

Взгляды, которыми они обменялись, говорят мне, что они не планировали останавливаться так скоро, и я не могу сдержать чувство благодарности.

Я боюсь, что боль может привести к обмороку, так как это не редкость в дни после наказания моего отца. Обморок на спине Сирокко может стоить мне жизни.

К тому времени, когда лошадь останавливается, я дрожу и чувствую такое головокружение, что боюсь, что могу упасть в любой момент. Феликс спрыгивает с лошади и, к моему удивлению, протягивает мне руку, вместо того чтобы поднять меня с помощью алхимии. Я колеблюсь, прежде чем положить свою руку на его кожаную перчатку. Мои глаза пытаются найти его взгляд, но заклинание, наложенное на него, делает это невозможным. Я чувствую себя дезориентированной, когда он помогает мне слезть с лошади с такой нежностью, которой я никогда бы от него не ожидала.

Он поворачивается к Сирокко, достает яблоко из одного из карманов седла и протягивает его лошади с той же нежностью, с которой только что обращался со мной. Я уже готова спросить, действительно ли Сирокко из ада, но я слишком ценю свою жизнь, чтобы произнести эти слова.

Я прислоняюсь к дереву, к которому он привязал Сирокко, и наблюдаю, как он чистит лошадь, пока его солдаты разбивают вокруг нас палатки. По какой-то причине я не ожидала, что он сам будет ухаживать за Сирокко. В нем есть что-то очень человеческое, но в то же время я не могу отделаться от ощущения, что все это иллюзия.

— Я забываю, что ты не солдат. Ты совсем не похожа на Элейн. Я думал, что ты продержишься до тех пор, пока мы не вернемся в Элдирию, но я должен был знать лучше.

Я замираю и обнимаю себя за плечи, не зная, как отреагировать на его слова. Он меня ругает или извиняется? В любом случае, он заставляет меня чувствовать себя более чем сбитой с толку. Я ожидала страха и пыток, но он не причинил мне вреда. Я почти уверена, что он остановился, потому что понял, что мне больно, и его доброта сбивает меня с толку. Я отворачиваюсь от него и смотрю, как солдаты с нечеловеческой скоростью ставят палатки. То, что должно было занять часы, занимает у них всего несколько минут.

— Это магия. — Я оглядываюсь на Императора Теней, Феликса. Я все еще не могу привыкнуть к его имени, даже в своих мыслях. Обращаться к нему по имени… это странно. — Магия не запрещена в моей империи, — говорит он мне. Его тон заставляет меня почувствовать, что я что-то упускаю, что я должна читать между строк. — Мы поощряем ее использование и овладение ею. Я не верю, что за чумой стояла колдунья, и не верю, что несчастья обрушиваются на тех, кто имеет магическое происхождение. Это всего лишь тактика, позволяющая тем, кто боится магии, подчинить себе то, чего они не понимают.

Я нерешительно киваю, в голове кружится. Он не верит, что проклятие, с которым я родилась, реально? Хотелось бы, чтобы это было правдой, но нельзя отрицать бесчисленные пожары, которые возникали рядом со мной, или тайфуны и землетрясения, которые обездвиживали меня каждый раз, когда я пыталась сбежать после наказаний отца, подпитываемых яростью и болью.

— Идем. — Он указывает на небольшую палатку посередине, и я колеблюсь, прежде чем последовать за ним. Мне еще не приходило в голову, что он ожидает, что его жена будет делить с ним палатку. Несмотря на церемонию, я не чувствую себя замужем.

Я следую за ним через дверной проем и задыхаюсь, когда вижу интерьер. Внутри он огромный, и все украшено в декадентском стиле, с роскошными коврами и бесконечными широкими деревянными дверями. Похоже, в этой небольшой палатке полдюжины комнат.

Он проходит через дверь в задней части, и я присоединяюсь к нему в том, что, по-видимому, является его спальней. Мои нервы взлетели до небес, и на мгновение я едва не пропустила знакомую женщину, стоящую рядом с кроватью.

— Теон, — говорит она, удивленно оглядывая меня, как будто не ожидала, что он приведет меня в свою комнату. Само по себе это уже облегчение. Это означает, что он, возможно, просто показывает мне комнаты.

— Элейн, — отвечает он ровным голосом.

Она выпрямляется и улыбается мне, ее выражение лица невозможно прочитать.

— Для меня большая честь наконец-то официально с тобой познакомиться, — говорит она.

Я вежливо киваю, желая, чтобы обстоятельства были другими. Когда-то я бы с удовольствием с ней познакомилась. Я была бы в восторге. Теперь я едва сдерживаю свой гнев.

— Элейн — мой самый доверенный советник, — говорит он мне. — Она командует нашей армией в мое отсутствие и играет ключевую роль в содействии торговле между всеми нашими регионами.

Я киваю, как будто я этого не знала, не зная, сколько можно раскрыть. В конце концов, нет способа узнать, правда ли то, что я прочитала.

— Я хотела обсудить с тобой эту неожиданную остановку, — говорит Элейн, звуча обеспокоенно. Ее взгляд испытующий, и то, что она, похоже, находит, не успокаивает ее. Может ли она проникнуть сквозь чары? — Боюсь, что мы подвергнемся опасности, если останемся здесь слишком долго.