Танец со Зверем. Грешник. Комплект из 2 книг - Скотт Эмма - Страница 7

– Все из-за него! – прорычал Бренн. – Из-за самонадеянного, напыщенного мальчишки! Остальные говорят, Кайден уже почти подстрелил оленя, но увидел вепря и погнался за ним. Когда животное обезумело от ран и напало в ответ, Нис закрыл ублюдка собой, Атти! Но даже это не остановило чертова сосунка! – Разразившись пламенной речью, Бренн словно перестал себя контролировать. Раскинул руки и, выйдя из-под навеса, подставил лицо каплям дождя. Со стороны он походил на актера, который предстал перед невидимой публикой. – Белый вепрь, кто же устоит? – прокричал он в небеса. – Святое животное, поднесенное Кернунносу! Мальчишка возомнил себя героем, воином из сказок, которые ему читала нянька! Да только вепрь оказался ему не по зубам!

Атти молча слушал брата. Бренн же снова повернулся в сторону места казни. Теперь его голос звучал глухо, едва перекрывая шум дождя:

– Мы все тут давно уже не волки, брат. Мы – псы, вонючие шавки в неснимаемых ошейниках, что и шагу не ступят без позволения лорда. Никто из нас не может покинуть замок без страха потерять разум и превратиться в животное. Чертова кровь! Будьте прокляты боги, что лишили нас свободы, воли, даже разума! И ты раз за разом велишь мне замолчать?

– Я уже говорил тебе, брат, и повторю снова: все могло быть гораздо хуже. Сейчас у нас есть хорошие дома и сытая стая. Наши дети растут, не зная ни тягот истинного рабства, ни горя, как это было раньше. Хочешь вернуться во времена лорда Штайнера? Готов увидеть своего соседа на арене? Или драться за кусок мяса? – с ледяным хладнокровием отозвался Атти. – Лорд Гверн – достойный правитель, и я горжусь быть его виллемом. Нис тоже это понимал, Бренн. Он всегда был со мной согласен.

Подобный спор происходил между ними не впервые, и еще ни разу братья не достигли согласия.

– Далеко же завело его это понимание, – горько хмыкнул Бренн. – Прямо на пику.

– Закрой рот! – предостерег Атти. – Сегодня я потерял брата и не хочу потерять еще одного. Думаешь, я не понимаю, что ты делаешь? Эти мысли отравляют твою голову, но ты не ищешь противоядия! Нет, ты предпочитаешь распространять свой яд, подстрекая остальных в поселке. Думаешь, я не видел, как ты по вечерам нашептываешь им свои наговоры? – Лицо Атти посуровело. И пусть тон оставался спокоен, но каждое слово, словно хлыст, рассекало воздух. – А если завтра на месте Ниса окажется Анан? Эмрис? Или маленький Воан, который так преданно смотрит тебе в рот? Ты сможешь нести бремя их смерти? Нас слишком мало, и мы связаны клятвами. Как мы победим в открытом столкновении, если ни один из нас не способен пойти против лорда? Как ты можешь быть уверен, что он не прикажет мне сражаться против тебя? Или против всей стаи?

– Так хотя бы умрем свободными, – с горящими глазами возразил Бренн.

– В такой смерти нет чести, брат, – вздохнул Атти и устало покачал головой: – Уход Ниса – страшная трагедия для всех нас, но это не повод для десятой смерти.

Бренн сжал зубы, не смея возразить. Каждый в их поселении знал историю девяти смертей – страшной сказки для несогласных с укладом ликанов. Девять раз их предки пытались силой, хитростью и подлогом освободиться от гнета валлийской крови и каждый раз терпели неудачу.

– Атти! Атти! – послышался крик, прервав спор братьев.

Они повернулись на звук.

На стене позади них появилась встревоженная леди Грания. Она запыхалась от бега и промокла под дождем, отчего ткань платья тяжело повисла на худом теле, еще сильнее подчеркнув живот. Рядом ней стоял испуганный Рейган.

– Тебя зовет лорд, – сообщила она. – Скорее!

Смерив брата предупреждающим взглядом, Атти немедленно двинулся вслед за Гранией. Бренн же подошел к застывшему как изваяние ученику – тот с ужасом таращился на мертвое тело Ниса. Он со вздохом положил руку на плечо Рейгана. Иногда виллем совсем забывал, что его подопечному всего одиннадцать и он еще ребенок. Ребенок, сегодня впервые увидевший смерть кого-то знакомого.

– Рейган, посмотри на меня.

Мальчик не отреагировал. Бренну пришлось собрать волю в кулак и сменить тон на тот, который он использовал на тренировках:

– Рейган! Глаза на меня!

Это помогло. Мальчик вздрогнул и оторвал взгляд от места казни.

– Бренн, Кай тоже умрет? Умрет, да?

– Это известно только богам, мальчик.

– Отец хочет спасти Кайдена, но друиды против. Они говорят, что отец может поплатиться за это. Говорят, что он тоже может попасть в Сидхе.

Сотня различных эмоций промелькнула в глазах Бренна. Он некоторое время молчал, затем поднялся и произнес:

– Рейган, давай вернемся к лорду. Хочу знать, что происходит.

Миновав башню и несколько освещенных факелами каменных коридоров, они вошли в покои Кайдена. Здесь сильно пахло горечью трав. Бренн огляделся: в центре комнаты стояла массивная деревянная кровать с балдахином, вокруг которой собрались люди. Едва переступив порог, Рейган сразу подошел к ней и уселся в изголовье. На холщовых простынях лежал Кайден. Судя по бледному лицу и синим губам, он потерял уже много крови. Ужасная рана на груди сочилась при каждом слабом вздохе. Очевидно, юноша умирал.

Лорд Гверн стоял у постели сына. Его губы сжались в тонкую полоску, а слегка подрагивающие руки выдавали с трудом сдерживаемое волнение. Грания и Атти, пришедшие незадолго до Бренна и Рейгана, застыли в нескольких шагах позади него.

У другого столбика деревянной кровати Олан – самый старый друид из тройки, с седой бородой – омывал рану на груди Кайдена. Леди Эвелин тоже была здесь, но к кровати сына не подходила, оставаясь у окна. Ее взгляд приковал к себе темнеющий в сумерках лес.

– Мой лорд, это безумие, – произнес Олан, смачивая тряпку. – Нельзя идти против законов равновесия! Если мальчик не доживет до полнолуния, мы не сможем забрать его душу из Дальнего мира.

– В моей крови сила валлийского рода и в моих сыновьях тоже! – Гверн подошел к Рейгану и на мгновение сжал его плечо. – Вы должны помочь Кайдену пережить эти два дня, Олан. Помогите ему, прошу… – В конце фразы его голос надломился. – А затем я смогу его спасти.

– Мы сделаем все, что в наших силах, мой лорд. – Друид поклонился. – Но поклянитесь мне, и пусть все в этой комнате станут свидетелями: если душа Кайдена решит покинуть его тело и отправиться в Сидхе, вы отпустите ее с миром.

Гверн долго молчал. Наконец, он приблизился к изголовью кровати, наклонился и положил руку на бледную щеку Кайдена.

– Единой крови предан… я обещаю, – тихо поклялся он, но в звенящей тишине комнаты все услышали его слова.

Вошли двое других друидов. Они держали в руках подносы с чистыми бинтами и мазями.

– Я попрошу всех удалиться, – строго проговорила рыжеволосая женщина в балахоне. – Нам необходимо наложить повязку и помолиться.

Все послушно направились к двери. Рейган уходил последним, напоследок еще раз оглянувшись на бледное лицо брата.

Догнав мать, он зашагал по коридору рядом с ней. Полы платья Эвелин слегка касались его ног. Рейган то и дело бросал взгляд на ее руку, явно желая коснуться. За ними бесшумной тенью следовал Бренн.

– Скажи, мама… – тихо начал Рейган, когда они достигли коридора, ведущего в главный зал, – о чем отец говорил в комнате Кайдена? Он и вправду сам сумеет спасти его?

Леди Эвелин замедлила шаг. Оставив вопрос сына без ответа, она обернулась и бросила долгий взгляд на Бренна, который остановился позади них… Со стороны создавалось впечатление, будто эти двое ведут немой диалог. Вскоре ликан кивнул и внезапно опустился перед ней на одно колено, приникнув губами к запястью. Рейган невольно покраснел – настолько интимным показался ему, по сути, обычный жест вежливости. В ответ Эвелин осторожно сняла с шеи невзрачный медальон и протянула его Бренну.

– Бренн, что ты делаешь? – удивился Рейган.

Однако тот никак не отреагировал на вопрос, лишь поднялся с колен и положил руку на голову ничего не понимающего ученика. В следующее мгновение ликан с невероятной скоростью покинул коридор через ближайшее окно.