Меченый. Огонь наших сердец (СИ) - Савинков Андрей Николаевич - Страница 7

— Удачи товарищи, пусть победит сильнейший, — игравший черными Каспаров клацнул по часам запуская время, Ковачевич сделал первый ход — е4. Не оригинально но плотно.

В итоге Каспаров разделался на первой доске со своим противником всего за двадцать пять ходов, загнав того в такую ситуацию, что югослав просто признал поражение, не став доводить до уже проглядывавшегося мата. А вот итоговую победу — играли в 13 кругов, так чтобы точно выявить сильнейшего — Каспаров в итоге упустил. В шестом туре сделал ничью с Найджелом Шортом занимавшим сейчас третье место мирового рейтинга. В восьмом туре неожиданное проиграл молодому но уже зубастому Иванчуку, также проиграл в десятом туре уже больному но еще очень опасному Талю и закончил 12 и 13 тур еще двумя ничьими. Девять с половиной очков — этого оказалось достаточно чтобы занять только пятое место, что, конечно, для чемпиона мира иначе как провалом назвать было сложно. А победителем большой швейцарки стал Михаил Таль, которому такой быстрый контроль времени подходил явно лучше чем многим другим привыкшим к долгим раздумьям гроссам.

^{(Таль М. Н.)}

18 августа 1988 года; Москва, СССР

ПРАВДА: Будущий мост — символ прогресса!

Слова, наконец, сменяются делом! С берегов Кубани прогремели первые взрывы, и ковши мощных экскаваторов сняли первые кубометры грунта. Так дан старт грандиозной стройке, о которой мечтали поколения, — возведению постоянной переправы через Керченский пролив, которая намертво скрепит братский полуостров Крым с материком.

После многолетних изысканий и горячих дискуссий советские инженеры определили оптимальный путь. Трасса будущего моста будет пролегать через остров Тузла, что позволит создать надежнейшее сооружение. Общая же длина гиганта, включая подъезды с обеих сторон, превысит 20 километров! Это будет комбинированный мост — для автомобилей и железнодорожных составов, настоящая всепогодная артерия жизни.

ЦК ВЛКСМ объявил возведение Крымского моста всесоюзной ударной комсомольской стройкой. И уже сегодня на берега пролива прибыли первые эшелоны с молодыми патриотами из солнечных республик Средней Азии. В ближайшее время к ним присоединится еще тысячи юношей и девушек со всех концов нашей необъятной Родины.

Для успешного и оперативного проведения работ, устранения всяческих административных барьеров, Крымская область была передана из состава Украинской ССР обратно в РСФСР. Теперь ничто не мешает взяться за великий проект со всей пролетарской мощью!

Согласно утвержденному плану, открытие автомобильного движения по Крымскому мосту назначено на 1991 год. А уже в 1992 году первый поезд гордо проследует с Таманского полуострова на крымскую землю, знаменуя новую эру в жизни всего Советского Союза!

1988 год становится воистину годом мостов. Весной началась стройка железнодорожного перехода через Лену, в мае в Киеве была начата подготовка нового метромоста который соединит центр с жилым районом Троещина, с китайскими товарищами наконец был согласован проект мостового перехода у Благовещенска.

Вперед к новым трудовым подвигам!

После визита в Одессу — там обсудили возможность возврата к идее строительства АТЭЦ рядом с городом — я мотнулся в Крым и неделю провёл на пляже, отрешившись от всех мировых проблем. Конечно, неделя отпуска — это сильно меньше положенных по КЗОТу 28 дней в году, но… На том свете отоспимся, короче говоря.

— Михаил Сергеевич, — ожил селектор, отрывая меня от разговора с сидящим напротив Романовым. — К вам товарищ Лигачёв. По важному делу.

— Быстро он, — хмыкнул я. Романов напротив только головой покачал. Я нажал кнопку на пульте и ответил: — Пускай.

— Михаил… Сергеевич, — Лигачёв понял, что я не один в кабинете, и мгновенно сбавил обороты. В отличие от меня, Лигачёв с Романовым найти некий общий язык так и не смогли, застыв в положении «ни мира, ни войны». Это, впрочем, не удивительно — Егор Кузьмич отвечал за назначение кадров, а Романов фактически — за их увольнение по отрицательным признакам. Какая уж тут может быть любовь? — Усманходжаева арестовали…

— Ну да, Егор Кузьмич, я знаю, — я кивнул и рукой указал Лигачёву на стул напротив главы КПК. — Ко мне на той неделе ещё наш генпрокурор приходил по поводу оформления ордера, так что ты меня тут не удивил.

— Но… — У Лигачёва с бывшим главой Узбекистана были какие-то взаимные интересы, насколько мне было известно. Во всяком случае, именно Лигачёв после смерти Рашидова в 1984 году участвовал в подсаживании того на Ташкентский «стол».

— Органы выявили факт участия Инамжона Бузруковича, — с определённой запинкой воспроизвёл я не самое простое имя-отчество партийца, — в коррупционных схемах по «хлопковому делу». Вот как раз Григорий Васильевич принёс отчёт о том, что раскопала КПК и о том, почему раньше данная тема была «прикрыта»…

Известно почему, я же сам её на тормоз поставил в 1985 году, чтобы поддержкой узбекских товарищей заручиться. А теперь ситуация поменялась, необходимость в голосах из этой республики отпала, и можно было дальше начать наводить социалистическую законность, невзирая на чины и должности.

Лигачёв, вероятно, ещё не знал, но прямо сейчас президиум Верховного Совета Узбекистана собрался на экстренное совещание, где должен был вынести решение о «вотуме недоверия» проворовавшемуся главе республики.

Тут нужно сделать небольшое отступление и дать пояснение. Поскольку республиканские партии мы в прошлом году ликвидировали, пришлось менять и связанный с ними административно-кадровый аппарат. Раньше первых секретарей республик выбирали из членов ЦК соответствующей парторганизации. После слияния нацпартий с КПСС ни о каком выборе на местах — пусть и полностью фиктивном (попробовали бы там выбрать себе главу без визы из Москвы) — уже речи быть, конечно же, не могло. В конце концов, ведь не выбирают же в областях и районах партячейки себе руководителей — нет, их сверху назначают, так и здесь.

Однако по настоянию наших товарищей из регионов была прописана процедура «снятия» руководителя — в том случае, если он окажется местным слишком уж неугодным. Причём за снятие должна проголосовать не местная партийная организация, а именно президиум совета, что фактически являлось ещё одним маленьким шажочком в направлении отстранения партии от хозяйственного управления государством.

Так вот прямо сейчас Усманходжаев должен был получить вотум недоверия, а его место уже было зарезервировано под Соколова из Беларуси — где-то там, кстати, молодой и подающий надежды хозяйственник по фамилии Лукашенко был назначен вторым секретарём Могилёвского обкома КПСС, — который явно перерос уже свой пост и готов был выйти на республиканский уровень. Особой пикантности делу добавляло то, что всего полгода назад на место скончавшегося Гришкявичюса в Вильнюс был направлен человек именно из Узбекской ССР, что многими было воспринято как знак расположения Москвы именно к Ташкенту. Кое-кто даже начал называть именно эту республику «любимой женой» Генсека, ведь оттуда, получается, было уже два выходца на должностях первых секретарей республик; напомню, в Кишинёве с 1987 года сидел Нишанов.

^{(Соколов Е. Е.)}

А тут такой кунштюк неожиданный — поневоле занервничаешь. Вот Лигачёв и прибежал: явно уже позвонили и попросили «провентилировать» вопрос. А то, может, и другим пора начинать сухари сушить…

— И что, прямо вот так нужно было арестовывать его на рабочем месте? У всех на виду? Уважаемого человека…