"Фантастика 2025-195". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Лазаренко Ирина - Страница 464

— Жесткий диск на пятьсот гигов.

— Смотрел?

— А оно мне надо? Это наследство твоей Людмилы, пусть она и разбирается.

— Тоже верно.

Валерия тем временем занялась сумкой. Сначала достала оттуда пакеты с одеждой:

— Так, мальчики, в этом будете ходить дома. Если с размером не угадала — претензии не принимаются.

Вытащив продукты, она приказала Груневу разместить их в холодильнике. Когда вслед за провизией на столе появились пистолеты, я не сдержался:

— Настоящие?!

— Да. Надеюсь, вы с Ильей вышли из подросткового возраста?

— Мы начинаем боевые действия?

— Нет. Принимаем меры по обеспечению личной защиты. Тот, кто не может постоять за себя без оружия, должен носить его с собой. Я специально подобрала компактное. Тебе, Илье и Людмиле.

— А что мы скажем господам полицейским, если те вдруг решат нас обыскать?

— Во-первых, для обыска нужно серьезное основание. Во-вторых, при необходимости можно вспомнить старый анекдот о случайной находке, которую ты как раз нес, чтобы сдать правоохранительным органам.

— Насколько я знаю, там работают не самые доверчивые люди.

— Не тушуйся, чуть позже я покажу, как такой пистолет можно спрятать на себе. Отыскать его будет очень сложно.

— Только учти — я лифчик не ношу.

— Успела заметить. Так, мальчики, с оружием разберемся завтра, а сейчас — за мной.

Мы переместились на кухню. Несмотря на поздний час, Валерия сварила кофе. Его запах разбудил шатенку, которая бесшумно появилась на пороге и сразу начала предъявлять претензии:

— Ладно мужики, они вечно о нас забывают, а ты почему меня не позвала? Знаешь ведь, что я без чашки кофе уснуть не смогу.

— Все вопросы к Илье. Он заявил, что ты и так спишь без задних ног.

— Это еще не повод лишать меня порцухи.

— Ну ты точно как в том анекдоте: «Больной, проснитесь, вы забыли выпить снотворное», — рассмеялся Грунев.

— Хватить бурчать, пациент, — подключился я. — Вам доктор прописал тишину и покой. О кофе в назначении ничего сказано не было.

— А это еще кто такой смелый с жуткими ручищами?

— Тот, кто тебя с того света вытащил, — представила меня Лера. — Между прочим, как раз теми самыми ручищами.

— Если мне сейчас не нальют кофе, то вам и этот свет с овчинку покажется.

— Присаживайтесь, мадам! — Я выдвинул из-под стола еще один табурет.

— Мне так удобней будет. — Она села ко мне на колени. — Рассказывайте, что у вас тут без меня происходило.

— Пока ничего, — пожал плечами Илья.

— Наглая ложь. Коварно воспользовавшись моим увечьем, он носил тебя на руках, — пожаловался я.

— Не смертный грех, прощается. Что еще?

— Семен сжег руки, когда колдовал у твоей постели, — наябедничал Илья, не желая оставаться в долгу.

— Нашел чем заняться, находясь рядом с красивой девушкой! Ладно, это мы с ним позже обсудим. Чем возле дома дело закончилось? Ты забрал, что я просила? — Она посмотрела на электронщика.

— Сделал все в лучшем виде. Кстати, я позаимствовал немного денег. Нашим срочно пришлось хату менять.

— И сколько там было?

— Пакет, набитый пачками тысячерублевых купюр. Я взял пять «котлет».

— Мог и больше прихватить, — махнула рукой Людмила.

Мы просидели за столом почти до самого утра. И только в постели она спросила:

— Семен, скажи честно, что ты со мной сделал вчера вечером? Ответ «не то, что хотелось» не принимается.

— Неужели я настолько предсказуем?

— Нет, это я на редкость проницательна.

— Как же мне повезло в жизни!

— Не пытайся увильнуть от ответа. Для меня это очень важно.

— Ладно, но придется начать издалека. Не возражаешь?

— Сама же спросила.

— В зеркальном отражении каждого человека над его головой я вижу цветок с семью хрустальными лепестками. Для себя условно называю его цветком души. У всех людей лепестки разные и по цвету, и по форме, и по их состоянию. Ни на первое, ни на второе я повлиять не могу, а вот поправить состояние лепестков в моих силах. Как выяснилось, это очень благотворно влияет на их обладателей, особенно на здоровье.

— А на что еще? — уточнила Людмила.

— Иногда появляются небольшие отклонения, некий побочный эффект.

— Например?

— Один начинает читать чужие мысли, другому не составляет труда воспарить в небо, третий получает способность усилием воли перемещать предметы…

— Ты это серьезно?

— Сама же за Ильей наблюдала. Он может силой мысли перемещаться с одного места на другое.

— Ну да… да… — смешалась она.

— Девушка, или вы от меня что-то скрываете, или одно из двух. Что тебя тревожит?

— Сегодня мне показалось… Да ну не может этого быть!

— Ладно, рассказывай.

— Чтобы ты считал меня сумасшедшей?

— Ты же меня не считаешь.

— Ну да… — рассеянно повторила Людмила, явно пребывая в замешательстве. — Понимаешь, в больнице… В общем, когда я смотрела в окно, вспоминала того типа с ножом… И вдруг загорелась занавеска. Я страшно испугалась, а потом сразу накатила жуткая слабость и… очнулась уже здесь. Веришь?

— Конечно. Причем даже больше, чем ты сама себе.

Рыжие лепестки, значит, обозначали дар огнетворчества.

— Хочешь сказать — это нормально?

— Милая, если ты связалась со мной, ненормальным, забудь о спокойной жизни.

— А вдруг мне действительно показалось?

— Сейчас проверим.

Я встал, влез в тренировочные штаны и вышел в прихожую, где лежали старые газеты. Вернувшись в спальню, развернул лист:

— Смотри на газету и попытайся думать так, как в больнице.

Через минуту бумага воспламенилась, и мне пришлось срочно гасить огонь.

— Вот видишь! — Она поджала коленки к груди и охватила их руками.

— Интересная способность. Даже жалко, что я не курю. Можно было бы использовать тебя вместо зажигалки.

— Издеваешься?! А я ведь тебя теперь запросто могу лысым сделать. Хочешь еще один эксперимент?

— Давай-ка без фанатизма. Даром злоупотреблять нельзя. Иначе он может обратиться против своего обладателя.

— Это как с твоими руками?

— Почти.

— И что мне теперь делать?

— Назначаю тебя своим личным огоньком. Будешь отогревать мое тело в суровые зимние стужи.

— Обойдешься. Купи себе телогрейку, дешевле получится.

— Если успела заметить, легкие пути проторены не для нас. Поэтому никуда ты не денешься, и я теперь буду тебя называть Огоньком.

— По какому праву?

— Валерия же сказала, что я подарил тебе вторую жизнь. Так что по праву родителя даю второе имя.

— Семен, или мне кажется, или тебя так пугают интимные отношения со мной, что ты даже готов стать моим папой? А может, сразу и мамой?

— Девушка, я ведь сейчас могу и забыть о состоянии своих рук, тогда ты быстро узнаешь, какой тип взаимоотношений меня больше всего устраивает…

С ней было легко, солнечно и уютно. Никогда не думал, что такое возможно. Это не просто удовольствие, а нечто большее, чему я пока не мог найти рационального объяснения. Честно говоря, и искать его особо не собирался. Пусть все идет как идет.

Сигнал сотового взорвал сон, словно игла воздушный шарик. Я подскочил как ужаленный.

— Семен, Славку убили, — прохрипел в трубку майор.

— Как? Когда? Где?! — Меня прошиб холодный пот, мгновенно развеяв остатки сна.

— Утром. Он почему-то оказался возле гостиницы, где мы останавливались вчера. Наверное, забыл что-то.

— Как вы узнали?

— Приезжай, расскажу все по порядку. Илью сам найдешь или позвонить?

— Найду.

Степаныч назвал адрес и выключил телефон.

Как ни странно, квартиру, а точнее — сразу три, наши сняли в Химках. По документам Владимира Степановича, другие уникумы удостоверений личности просто не имели. Вчера они решили расположиться как можно дальше от прежнего места. После щедрых финансовых вливаний Грунева проблем с деньгами не было.

Мы собрались во временном жилище, которое занимали Сашка и майор. Он стал рассказывать о гибели самого младшего из нашей группы.