Колючий иней - Яровая Виктория - Страница 15

Вот и сегодня я привычно ждала в коридоре, когда подойдет моя очередь. Женщина, стоявшая впереди, уже в который раз нервно ударила кулаком по стене.

– Они там утопли что ли? – раздался ее громкий недовольной голос.

Эту новенькую я видела всего пару раз, и общаться с ней мне не хотелось. Отталкивало всегда неприятно перекошенное от недовольства лицо. А однажды я лицезрела, как она устраивает безобразный скандал. Зрелище весьма непривлекательное.

Когда терпение женщины подходило к концу, из купальни, наконец-то, вышла галдящая компания, среди которых была и Линда. Как любовницы или жены главных мужчин в Доме они всегда шли первыми и смотрели на остальных свысока. Меня в эту компанию, очевидно, брать не хотели, да и я не стремилась в нее попасть.

– Наконец-то! – воскликнула та женщина и двинулась в сторону купальни, но не успела сделать и пары шагов, как рухнула на пол и забилась в сильных судорогах.

Не думая, я бросилась ей на помощь. Правда, что именно нужно делать, толком не знала. У меня имелись лишь обрывочные сведения, что нужно перевернуть ее на бок.

– Можешь не стараться, – донесся до меня голос сверху. – Она мертва.

Я удивленно смотрела на неподвижно лежавшую женщину и не понимала, что происходит.

– Но почему? – вопрос вырвался сам собой.

– Ты откуда вылезла? Не видишь, что творится? Еще неделю ждать будем, пока все не прекратится.

– Что именно?

По-прежнему не понимая, о чем она говорит, я все сильнее хмурилась.

– Да она койку Маквела не покидает. Откуда ей знать?

Глумливый голос перерос в смех, который подержали остальные. Я недоуменно посмотрела на женщин. Случайно сцепилась взглядом с Линдой и увидела в нем, как минимум, несколько вариантов своей смерти. Оттолкнув стоявшую на пути женщину, она быстро ушла.

Решив тоже не задерживаться и отказаться от парной, я поспешила к себе. Все эти недели я целые дни проводила в мастерской с Полем и не очень интересовалась жизнью в Доме. А мой напарник не отличался общительностью и никогда не делился новостями. Пора бы мне найти Маквела и поинтересоваться, что за странные вещи здесь происходят.

Нашла его не сразу и лишь по чистой случайности. Выглянув на улицу, вдалеке заметила его седую макушку, возвышавшуюся над остальными мужчинами, группой шедшими в сторону от лагеря. Интересно, куда они идут?

Догнала их быстро. Все же ежедневные пробежки давали результаты. Чувствуя за собой силу Мака, я не могла не понимать, что моя спокойная жизнь может закончиться. А если с ним что-то случится? Или скоро я стану ему не нужна и он прекратит меня опекать? Поэтому и начала заниматься. Ранним утром, чтобы никто не видел, не удаляясь далеко от лагеря. Делала простые упражнения и растяжки. Я не обманывала себя ни на секунду: в прямой схватке мне здесь никого не одолеть. Единственное преимущество – маневренность. Моей задачей будет вывернуться и сбежать. А если повезет, то слегка поцарапать ножиком. Мне один такой подарил Мак. Небольшой, в кожаном чехле, с ремнем. Я носила его на поясе, впрочем, как и многие жители Дома.

Никем не замеченная, беспрепятственно подошла к стоящим спиной ко мне мужчинам. Я никак не могла понять, что они делают. Но вот один из них сместился, и мне открылся провал в земле, куда опускали тело. Да это похороны! Сердце защемило в предчувствии чего-то плохого. Оглянулась по сторонам и ужаснулась.

Меня окружало множество холмов, заваленных крупными камнями. То, что я посчитала рельефом местности, были свежие могилы. Сколько их здесь? По спине прошелся холодок. Почему так много? Раздался негромкий голос Маквела, но я не вслушивалась в слова, слишком напуганная происходящим.

Отошла в сторону и стала дожидаться, пока прощание закончится. Может, и меня скоро так же уложат в холодную землю и завалят камнями? Передернула плечами и постаралась не думать о том, как же не хочется оставаться навсегда на этой планете.

Закончили быстро. Оно и понятно. Вряд ли умерший имел много друзей, которые искренне скорбели о его кончине. Вскоре мужчины разошлись, а Маквел все стоял и смотрел на могилу. Мне показалось, что в голове у него мелькают те же мысли, что пару минут назад мучили и меня. Никто не хочет умирать, но все понимают неизбежность конца. И если об этом думать слишком долго, то становится бесконечно жутко.

Не подкрадываясь, подошла и встала рядом. Хотелось сразу начать его расспрашивать, но понимала неуместность такого поведения. Поэтому молчала. Маквел тихонько хмыкнул и произнес:

– Наверное, не терпится расспросить? Или уже растрепали?

– Не терпится, – подтвердила я. – Мак, что происходит?

– Планета производит зачистку, – произнес он загадочным тоном и, видя мой недоуменный взгляд, пояснил: – Это болезнь, Рин. Мы называем ее «жидкое серебро». Она поражает только вновь прибывших. В среднем в течение двух недель погибает почти треть новичков.

Я вздрогнула от таких известий. Маквел знал и не сказал мне ничего. Вместо этого запер меня в мастерской и не давал продыху, заваливая работой. А если и я умру? По телу прошлась дрожь.

– А что будет со мной? – спросила чуть севшим от страха голосом.

– Скорее всего, с тобой все будет в порядке. Кто пережил две недели, те, как правило, уже не болеют.

– Но что это?

– Мы не знаем. Никто не знает, даже Независимое Содружество. Они эту планету получили во временное пользование для добычи руды отриса, и двадцать лет назад сюда целая команда прибыла изучать планету. Домой вернулись не все.

Он замолчал, а затем, не торопясь, пошел обратно. Я поспешила за ним, надеясь, что он расскажет больше. И Мак не подвел мои ожидания. Всю дорогу я с интересом слушала его рассказ.

О планете ему было известно то, что она находится на границе Галактического Союза и Независимого Содружества и раньше являлась предметом споров между ними. Поэтому ее не заселяли и не исследовали, пока конфликт не будет решен. Но больше двадцати лет назад, в результате политических игр, планета отошла Независимому Содружеству.

Предварительное обследование показало возможное наличие руды отриса – ценного минерала. Независимое Содружество сразу высадило сюда несколько групп геологов и шахтеров, часть из которых составляли заключенные. На планету были большие планы, но руду так и не обнаружили. Миссию свернули, а что с заключенными делать, не знали. Решили просто оставить здесь, чтобы не везти обратно.

И Маквел был среди них. Он очень скупо делился воспоминаниями о первых годах жизни здесь. Обронил лишь, что он много лет потратил, чтобы построить Дом и сделать жизнь на этой проклятой планете чуть более терпимой. По его словам, из первых заключенных в живых почти никого не осталось.

За разговором мы незаметно дошли до его кабинета. Маквел достал с полки пару книг и положил их на стол, а сам устало опустился на стул.

– Вот, как и обещал, книги. Здесь мы записывали все, что узнавали о планете. О живности и о том, что может пригодиться. Почитай сама, а я устал.

Аккуратно взяла толстые фолианты и, поблагодарив, вышла из комнаты. Маквел выглядел сильно утомленным, и мне не хотелось еще больше беспокоить его. Пусть отдыхает, а я с удовольствием проведу несколько вечеров в обществе книг.

Написанные вручную, они являлись для этой планеты уникальными. Сероватая бумага из местных водорослей готова была в любую минуту рассыпаться прямо в руках, и я с осторожностью перелистывала страницы, извлекая ценную информацию.

Море помогало удовлетворить большую часть необходимых нужд местных жителей. Оно кормило: основной рацион составляла рыба, различные моллюски, водоросли и мясо крупных морских обитателей. Оно же одевало: тот странный материал являлся шкурами симкалов – подводных животных. Они прекрасно грели, не пропускали воду и были очень износоустойчивыми. Даже освещение и свежий воздух в тоннелях обеспечивали водоросли, росшие во всех водоемах.

Живность и растительность на планете поражала своей скудностью. Несколько видов деревьев, траву заменял мелкий мох, хорошо чувствовавший себя на каменистой местности. Редко можно было встретить цветок или пучок травы.