Дэя Эллохар: Потерянное прошлое (СИ) - "Чайная_Заварка" - Страница 202

— Не танцуете? — перекрывая музыку, вопросил Юр, и не дожидаясь ответа, утянул меня в новый хоровод.

А потом и из хоровода вытащил и мы закружились в паре по залу, новобрачных то теперь в центре не было.

— И вот мне интересно, — через два танца, произнес дроу, — с каких пор директора школы Искусства Смерти принимают приглашение остаться на гномьей свадьбе?

Он остановился, и развернул меня лицом к эпической картине: Магистр Эллохар стоял, скрестив руки на груди, и со снисходительной улыбкой смотрел на прыгающую и вопящую «Спасибо!» Ликаси, а подавальщики торопливо добавляли приборы на стол, который уже накрыли в конце зала.

— Мне лучше уйти, — приняла решение я. Честно, мне неловко с ним говорить. Во-первых боюсь расплакаться от излишней сентиментальности, во-вторых ничего кроме ненависти мне это не даст, но… Лучше сказать. Сегодня. И как можно скорее.

— Обидишь новобрачных, — не согласился Юрао.

Сказать партнеру, или как? Нет, это сугубо мои личные проблемы. Вот выпью для храбрости и…

— А местами мы поменяемся, — вдруг сурово добавил мой партнер.

— В смысле?

— В смысле, Дэй, его возле тебя посадили, так что местами мы поменяемся.

Музыка остановилась, очередные пожелания. Мы все вновь окружили стол, подняли бокалы, Юр сразу протянул мне хрустящий пирожок, а затем отпил из своего бокала больше чем на половину, отдал его мне, мой полный забрал — у гномов принято допивать до конца, чтобы дом был полная чаша, так что я не возражала, хотя напиться хотелось. Все-таки на меня алкоголь действует странно.

От огневодки — трезвая., а от вина — в стельку пьяная. Короче, ну, вообще ни в какие ворота.

Потом вновь заиграла музыка, и были танцы. Снова, снова и снова. Мы кружились в хороводах, и не смотря на то, что благодаря Юрао я пила половинную порцию, голова давно кружилась, однако это радовало — может смелость проснется? Лица гномов бородатые и нет, сливались в разноцветную мешанину, но все равно было очень и очень весело, а потом я вдруг потеряла руку Юрао. Так как держалась исключительно за него, и танцевали мы только вместе, эта потеря вынудила растерянно остановиться, пытаясь привести в порядок мысли и…

— Гномьи свадьбы определенно не для юных адепток, — прозвучал насмешливый голос и меня, придерживая за плечи, властно куда-то повели.

Глоток свежего воздуха, как глоток жизни, и едва мы оказались на улице, я, вскинув голову и глядя на звезды, вдохнула полной грудью, чувствуя, как от прохладного, напоенного ароматом цветущих деревьев вечера, немного кружится голова. И все равно было так здорово. Вот еще бы стоять ровно.

— Тихо-тихо, — меня вновь придержали, — впрочем, мне приятно обнимать тебя.

Трезвела я, как и всегда, очень быстро. Увы, но напиться у меня никогда не получалось надолго. А потому я уже твердым и предельно спокойным голосом интересуюсь, сожалея о том, что не продержала нужный градус:

— А где Юрао?

Повисла пауза.

И внезапно накатывает осознанием, словно наковальней — Даррэн! Страшно? Нет, мне почему-то весело очень, и плечи сотрясает едва сдерживаемый смех. Просто я вдруг вспомнила, что мы на гномьей свадьбе, а тут все танцуют, и ладно я с Юрао вместе, а вот лорду директору школы Искусства Смерти, наверное, с гномой танцевать пришлось. О, куда мои глаза смотрели и почему я такого не увидела!

— Дэя? — встревоженный вопрос.

А я начинаю хохотать, не в силах сдержаться, а перед глазами нарисованная воображением картинка, где Эллохар прыгает и кружится по залу с гномой которая ему едва по пояс… И пока я хохотала, гнома в моем воображении стал гномом с длиннющей как у тех жрецов бородой, которой он пол подметает…

— Да, — протянул Эллохар, развернув меня к себе лицом, и обнял, едва я, уткнувшись лбом в его грудь, продолжила весело хохотать, — ты совершенно пьяна, Риате.

Наверное. Я отстранилась, запрокинула голову и посмотрела в небо. Небо танцевало вместе со мной… Я раскинула руки, и закрыла глаза — ветер подхватил, закружил, овевая мое лицо. Ветер тоже танцевал со мной. Остановившись, я огляделась — каким-то непонятным образом мы оказались в той части площади, где цвела Аллея Веселого Покойника, а это шагов двести от ресторации «Золотой феникс». Зато мне стало понятно, почему нет Юрао.

— Юр будет ругаться, — почему-то легко произнесла я. Трезвею быстровато как-то, однако пока любовь ко всему живому сохранилась… Особенности пьянки.

И сориентировавшись в пространстве, направилась к ресторации, в которой музыка гремела так, что даже здесь было слышно — бедные летучие мышки. Им наверное так одиноко и спать хочется… А если их к вампирам отправить, а? На их территория всегда ночь и… Нет! Дэя, не смей! Тебе же ведь хватило тех «милых и ни капельки не колючих дикобразов»!

— Тихо-тихо, — меня бережно подхватили на руки, останавливая мою попытку помочь мышкам, — ты пьяна, Дэя.

Что-то он по этому поводу уже говорил, но в данный момент я почему-то никак не могла вспомнить что именно. Правда, едва Эллохар опустил меня на землю, продолжая придерживать за плечи, я решила заупрямиться:

— Я стекла, как трезвышко… Тьфу ты, рогалик тролля. Трезвая я, короче.

И развернувшись, я посмотрела на магистра. Эллохар, почему-то грустно улыбнулся, его взгляд скользнул по воротнику моего платья, смутно припомнила, что до скромности моему наряду далеко, и твердо произнесла, оглядываясь вокруг:

— Я возвращаюсь, а вы как хотите, — ощущение полета стремительно отступало, почему-то вдруг стало холодно и неуютно. Наступало столь же стремительное похмелье.

Я огляделась снова, обхватив плечи руками, голова уже не кружилась и былое веселье окончательно пропало. Становилось только холоднее и холоднее.

— Ммм, не рекомендую, — прозвучал вдруг холодный голос Эллохара.

И холод отступил. Вокруг меня вновь был теплый весенний вечер, аромат цветов, и согрелась я мгновенно, однако… так странно… и почему-то скребут кошки на душе. Он же ведь считает меня убийцей… Ту меня, которую не помнит. Наверное, лучшим во всей этой истории было бы просто вернуть ему память, но… Он не смог простить отца. Даже не так, выслушать. Рену просто будет слишком больно. Он ребенок. Несмотря на все, ребенок. Маленький и потерявшийся… как я.

— Нужно возвращаться, — тихо напомнила я. — Юрао…

— Мразь остроухая, — вдруг прошипел лорд директор школы Искусства Смерти.

— Что? — переспросила я.

В ответ услышала раздраженное:

— Дэя, приличная девушка не пьет из одного бокала с мужчиной, если только тот не является ее любовником, — мрачно сообщили мне.

Вечер все так же пьянил, но теперь мне просто было спокойно, зато нелогичность в словах магистра, заставила спросить:

— Приличная и любовник? А у приличных девушек они бывают?

Взгляд лорда заледенел, но ничто не остановит адептку Академии Проклятий на пути к истине:

— Если приличная, то без любовника, или неприличная и с любовником, или…

— Дэя!

— Приличная она с любимым, — одна Бездна ведает, что на меня нашло, но остановиться я почему-то не могла, — а если любимый, то…

Лорд Эллохар, вдруг оказался недопустимо близко, а я оказалась сжата его руками, и магистр хрипло простонал:

— Я не могу без тебя… — стон, и он сжал так сильно, я и вздохнуть не могла, — не могу, Дэя… — и почти рык, — не могу…

И замер, тяжело дыша и сжимая меня в болезненных объятиях. Может он все-таки до прихода к гномам наклюкался? Однако я стремительно трезвела. Обидно. Видимо, все-таки нельзя мне пить гномью выпивку. Учту и запомню на будущее.

— Я любил Василену, Дэя, — он вновь заговорил хриплым срывающимся голосом, — но я мог жить без нее… Мне достаточно было знать, что она счастлива, что жива и живет, мне этого хватало… А сейчас — не могу.

Ощущая, как неистово бьется его сердце, насколько тяжелым стало дыхание, я просто замерла, вслушиваясь и ожидая продолжения. И оно последовало. Вскоре Даррен снова простонал:

— Сначала просто симпатия, невнятная, едва ощутимая и странная мысль ночью: «Почему я думаю о ней?». Почему? Постарался забыть в ту же ночь. Почти не вспоминал на утро… но когда снова пришла ночь, мне снились твои волосы, Дэя… — хрип, и с рычанием, — мне снились твои глаза, Дэя, и я утонул в них. Такие красные прекрасные глазки.