Мертвая академия. Печать крови - Лайм Сильвия - Страница 1
- 1/87
- Следующая
Сильвия Лайм
МЕРТВАЯ АКАДЕМИЯ. ПЕЧАТЬ КРОВИ
![Мертвая академия. Печать крови - i_001.png](https://web-literatura.ru//pic/6/4/6/1/4/1/646141/1558072315/i_001.png)
Глава 1
ЗДРАВСТВУЙ, СМЕРТЬ!
До чего же мне было страшно! Честное слово, я думала, что провалюсь сквозь землю еще на пороге этой огромной черной крепости. Но вот, ступенька за ступенькой, прошла на третий этаж главной башни и теперь стою перед мрачным кабинетом.
За дверью что-то громыхает. Пахнет серой и тленом.
Я даже огляделась по сторонам, поморщившись. Уж очень было похоже на то, что где-то в углу забился и сдох от острой диареи какой-нибудь енот. Причем сдох уже давно.
Постучалась.
Черная дверь со скрипом открылась, но за ней никого не оказалось.
— Проходите! — услышала я из глубины задымленного помещения приятный мужской голос.
Низкий тембр, легкая хрипотца, уверенное мурлыканье на последних слогах.
Мурашки пробежали по спине.
Я уже успела представить красивого молодого мужчину около тридцати лет. Какого-нибудь бывшего военного, комиссованного после ранения в грудную клетку. Он мужественен и очарователен…
Но внутри комнаты оказалось так много дыма, что разглядеть красавца не удалось. Едкий запах проникал в легкие, заставляя кашлять. Глаза слезились.
Неужели это и есть кабинет ректора? Может, я что-то перепутала?
В надежде, что так и есть, заглянула за дверь и снова перечитала табличку: «Дэйн Люциан Кастро-Бриен. Ректор императорской академии некромантии и демонологии».
Нет, выходит, что не перепутала.
— Простите, может, мне потом заглянуть? — спросила я, вновь проходя внутрь и надрывно кашляя.
Вообще-то приходить потом в мои планы не входило. В столице империи я впервые, и идти мне тут совсем некуда. Но запах дохлого енота способен изгнать даже самого отца Тьмы, не к завтраку будь помянут.
— Нет-нет, проходите! — снова раздался приятный голос из глубины дыма. — Что там у вас?
От мягкого тембра потеплело в груди, и я невольно заулыбалась, неловко поправляя свое серенькое платье, на миг забывая даже о запахе.
И тут мое сердце едва не остановилось. Зубы сами собой застучали, кровь в жилах наверняка остыла. Как пить дать.
Из клубов хмари на меня медленно плыла сама Смерть. Причем я-то думала, что Смерть — женщина, а тут…
Бледный лик, длинные растрепанные волосы. Седые, как луна над кладбищем, и горящие призрачным светом глаза.
Он повернулся ко мне левой стороной лица, и я едва не умерла на месте, понимая, что передо мной, похоже, оживший труп. Вся кожа была серой, как гранит могильной плиты.
Я закричала. Сердце забилось с бешеной скоростью.
В стенах императорской академии живой труп! Причем явно высшей категории!
Но добрая герцогиня Ларан не зря рекомендовала меня к поступлению в это элитное место. Уж я-то кое-что умею. Потом еще спасибо мне скажете, что ректорский кабинет от нежити избавила…
В общем, в тот момент во мне говорил не только страх, но еще и чрезмерная самоуверенность, как стало ясно чуть позже.
Я привычно сложила руки в стандартный символ. Правая ладонь над распахнутой левой, пальцы выпрямлены. Из уст полились заученные слова древнего языка:
«Eghrit la riffa un sighny varrius nahishar!»
Представления не имею, что значит эта фраза, но в книге некроманта, который как-то был проездом в нашем селе, коротко значилось: «По-эшгенрейски — для изгнания».
С тех пор не единожды меня эта формула выручала. Раза два или три!
Короче, на последнем слове я смело сложила правую ладонь в кулак, активируя заклятие.
На бледном лице нежити появилось недоуменное выражение. А затем этот ужас повернулся ко мне второй половиной лица, совсем выходя из дыма, и мне совсем поплохело.
Высокий статный мужчина в модном приталенном плаще с широким ремнем резко хлопнул в ладоши. Окно на другом конце кабинета с громким треском распахнулось, и вся енотская хмарь, подхваченная вихрем, мгновенно улетучилась.
А передо мной остался стоять он.
— Я настоятельно попросил бы вас больше так не делать, — холодно произнес мужчина, поправляя идеально белые манжеты на рукавах. — Если вы, конечно, собираетесь здесь учиться.
Хватило доли секунды, чтобы понять: передо мной — ректор императорской академии некромантии и демонологии. В простонародье — Мертвой академии.
О, святая добродетель, где были мои мозги, когда я решила, что он — зомби?!
— Вы ведь за этим пришли, верно? — продолжил мужчина, видя, что я не собираюсь отвечать.
А что тут скажешь? «Простите, вы так похожи на мертвеца»? Или, может: «Не обращайте внимания, я выпила за завтраком»?
Я нервно кусала губы, сминая тщательно отглаженный подол старого шерстяного платьица.
Внезапно ректор сильнее сжал челюсти и отвернулся. А я, кажется, покраснела.
Да, не заладился первый день в академии…
Ну что я за курица такая? Вот если приглядеться, мужчина не то что не был похож на мертвяка, он был красив! Высокий, широкоплечий. Возраст на первый взгляд определить невозможно: где-то между тридцатью и сорока. Волосы теперь аккуратно легли на плечи, после чего ректор ловким движением убрал их в низкий хвост. Да, они почему-то полностью седые, но при солнечном свете и без серого дыма вокруг кажутся просто лунно-белыми. И нет в них этой привычной старческой синевы, напротив, они даже слегка отливают закаленной сталью.
«С чего я решила, что передо мной зомби?» — думала я, восхищенно разглядывая мужчину.
— Я жду от вас какого-нибудь ответа, девушка, — между тем раздался его мягкий голос с ледяной ноткой.
А затем он вновь повернулся так, что стало видно лишь левую половину лица. И вот тогда я поняла, почему мне пришло в голову сравнить его с нежитью.
Часть кожи и впрямь была серой, будто каменной. Впрочем, сейчас это вовсе не пугало, просто вызывало некоторые вопросы… и стайку колючих мурашек на пояснице.
Ректор вновь посмотрел на меня, опустил глаза куда-то вниз и глубоко вздохнул, вдруг устало потерев переносицу.
— А еще я был бы вам весьма благодарен, если бы вы перестали мять свое платье. Я уже почти вижу, где должны были бы кончаться ваши отсутствующие чулки.
Вот тут у меня, кажется, покраснели пятки.
Я резко отпустила подол и убрала влажные ладони за спину. Платье было безбожно изжевано, но гораздо меньше, чем мое доброе имя.
— Простите, — наконец смогла выговорить я, чувствуя, как в груди становится обжигающе жарко и горячая волна падает куда-то вниз.
Было стыдно, но еще что-то непонятное сдавило грудную клетку, мешая дышать нормально, заставляя кусать губы под вновь поднявшимся жестким взглядом серых глаз.
Пока остатки самообладания не покинули меня, я быстро достала из корсета сложенное трубочкой послание и положила на стол.
Хватит с меня слов. Надо было с самого начала прийти и просто положить бумагу. Молча. Ну и что, что в ректорском кабинете был труп и им же и пахло? Какое мне до этого дело?
Надо становиться умнее. Все-таки академия-то некромантская! Может, у них вообще тут так заведено?
Жар немного отступил. Но пока я доставала спрятанное между грудей послание, мужчина вновь отвернулся и недовольно выдохнул.
О, свет и тьма, опять что-то не так… У меня уже даже пятки красные, все, казалось бы, смущаться дальше некуда. Но внутри вновь будто что-то перевернулось, встав комом в горле.
Дэйн Люциан подобрал бумажку, бросил на меня странный взгляд и быстро проглядел текст.
— Лариана Ирис… — задумчиво произнес он мое имя, словно оно значило что-то важное. Или, не приведи светлая сила, пытался запомнить его?
Чуть дольше, чем все остальное, ректор изучал подпись и печать внизу. Потом спокойно отложил послание, неформально присев на край стола. Сложил руки на груди и внимательно посмотрел на меня. Молча.
Серые глаза прожигали насквозь, будто рассматривали изнутри каждый сантиметр души. Казалось, их владельцу были известны все тайны сумеречного мира, и теперь он видит что-то, что никогда не понять мне самой.
- 1/87
- Следующая