Долгая дорога в небо (СИ) - Краснов Алексей - Страница 56

- Новембер-Дельта, исполнительный по команде, пропускайте садящийся борт.

- Принято.

Минут через десять на полосу плюхнулся небольшой рыжий одномоторник мест на пять, если на глазок. Больше про него ничего сказать не могу – не разбираюсь я в малой авиации, особенно в иностранной. После того, как прилетевший завершил пробег и начал не торопясь рулить к дальнему от нам торцу полосы, в наушниках вновь раздался голос диспа:

- Файрбёрд, занимайте стоянку номер четыре. Браво-Новермбер-Дельта, исполнительный разрешаю.

Подтвердив получения команды я вырулил на исполнительный старт и запросил разрешение на пробежку по полосе. «Контроль» удивился, но добро дал. Пускай сколько угодно удивляется, а мне надо понять, как работают рули самолета в потоке. Вот и пробежался по полосе туда-обратно примерно на восьмидесяти процентах от скорости принятия решения[скорость принятия решения – скорость, до достижения которой еще возможно безопасное прекращение взлета]. Теперь бы еще подлеты попробовать (это когда самолет разбегается, набирает примерно метр высоты и тут же садится), но нет у меня уверенности, что на это длины полосы хватит. Так что перейдем сразу к испытательному полету. Это нехорошо, конечно, но бьются чаще всего на посадке, а не на взлете. Ну и сидящий рядом Юджин жить наверняка хочет. Так что в случае чего возьмет управление и подправит.

Резко выдохнув, перевожу механизацию во взлетное положение, одновременно запрашивая у диспетчера разрешение на взлет. Он не возражает. Выжимаю тормоза и плавненько загружаю винты обоих двигателей, следя за тем, чтобы не «провалились» обороты. Легонькую машину такое ощущение что едва не тащит вперед. Отпускаю тормоза и «деф» начинает шустро разбегаться. По прямой он идет строго – поправлять не надо. Молчавший до того Юджин спрашивает:

- Решение?

- Взлетаем. – отвечаю я.

Носовая стойка уже стремиться оторваться, что ощущается по идущей вибрации. Рановато. Ну ничего, я штурвальчик чуточку от себя дам, чтобы ее поприжать. Дальний от нас торец полосы не спеша приближается, но места еще до фига, так что можно глянуть на приборы. Нормально, отрыв. И я прибираю штурвал на себя. Тоже очень аккуратно. А то перетянешь – потеряешь скорость и грохнешься. Но ничего, нормально получилось. Теперь выдерживаем вертикальную скорость. Что там по высоте? Двести пятьдесят футов? Можно убирать закрылки. Однако Юджин меня опережает. Еле слышное жужжание гидравлики и самолет ощутимо проваливается, но продолжает успешно карабкаться вверх. Юджин выдает команду:

- Курс 180, высота 30, скорость 200.

Чуть поворачиваю штурвал вправо. Разворот получится очень широким и почти без крена, «блинчиком», но мне так спокойней. Торопиться не будем, заодно и РУДы приберем, а то моторы до сих пор на взлетном режиме молотят. Минут через пять высота в три тысячи футов набрана. Закладываю крен чуть покруче и начинаю подгонять скорость. И еще через пяток минут сообщаю о том, что текущие параметры соответствуют заданным.

- Так и держи. – следует новое указание.

Ну «так держать» так «так держать». Минут пятнадцать целеустремленно шлепаем курсом 270. Взгляд мой бегает по замысловатому замкнутому контуру: влево-вниз – влево – прямо – вправо – на приборы. Непривычно – что с правой стороны внизу не видать совершенно. Это не Як, на котором у тебя в обе стороны обзор одинаковый. Но тут поступает новая вводная:

- Курс 195, высота 32. Скорость 160.

- Выполняю.

И еще минут десять полета уже в новом направлении. После чего сидящий с непроницаемым лицом Юджин неожиданно командует:

- Отдай управление.

- Управление отдал. – реагирую я.

- Управление взял. – отвечает мой наставник. – Ты раньше только на одномоторниках летал?

- Да.

- Заметно. Смотришь нерационально. Здесь перед тобой двигателя нет и глазами по сторонам бегать незачем. Просто расфокусируй взгляд и смотри вперед. А потом – на приборы. Так глаза устают меньше. Пробуй.

Я попробовал. С первого раза, естественно, ничего не вышло. Как и со второго. Тренироваться надо, значит. Постоянно стараться смотреть, не цепляясь взглядом за что-то конкретное. Будем практиковаться.

- Ну как? – поинтересовался Юджин, меняя курс.

- Пока не очень. Надо будет тренировать.

- Конечно надо. А как ты хотел. Пока не научишься смотреть правильно – дольше пары часов не летай. Иначе рано или поздно из-за усталости что-нибудь не увидишь. И когда на приборы смотришь – тоже не заостряй внимание на чем-то одном. Зафиксируй зрительной памятью нужные показания и смотри широким взглядом. Если что-то изменится – ты увидишь. Пробуй.

Следующие минут двадцать я учился правильно смотреть. Кое-что начало получаться, но сильно устали глаза и заметно притупилось внимание. Заметивший это Худ дал новую команду:

- Хватит. Управление отдал.

- Управление взял.

- Полетели обратно.

А вот такой подлянки я не ждал. Ну что же, будем как-то определяться. С ориентирами внизу как-то небогато и определиться по ним я него могу. Остается только прикинуть по счислению. Сейчас наш курс 215. После взлета шли 180 со скоростью 200. Потом легли на 195 и скорость снизили. Значит, ложимся на курс 40 и шлепаем до побережья. А там разберемся.

Промахнулся я прилично, но в итоге к дели борт самостоятельно привел. По требованию Юджина пару раз прошел по «коробочке» и начал заходить на посадку. Примерно на половине глиссады Юджин взял штурвал на себя:

- Не попадаешь. Давай еще раз.

Ну да, с таким заходом у меня точка касания была бы на середине полосы в лучшем случае. А это непорядок. Попробую еще раз. В этот раз мне удалось зайти гораздо дальше, но итог был тем же – уход на второй круг.

- Высоко выравниваешь. – пояснил свое решение мой наставник. – Ты сам-то это видишь?

- Нет. – честно признался я.

- Плохо. Раз пока не видишь – настрой себе радиовысотомер на высоту выравнивания. И снижайся, пока не запищит.

С третьего раза я зашел как надо. По высоте. А вот по курсу не попал. Тихо закипающий Юджин вновь перехватил управление, тем самым предотвратив летное происшествие.

- Ты чего такой упрямый? Запомни раз и навсегда: если сомневаешься – уходи на второй круг. Не надо (следующее слово я не понял) судьбу. Кстати, завтра напомни мне, чтобы мы с тобой уход на второй круг отработали. Еще будешь пробовать или я сяду?

- Буду конечно.

Сел я в итоге с седьмого раза, уже мокрый до состояния «хоть выжимай». А соль из моей одежды можно было добывать в промышленных масштабах. Но ничего, как говаривал генералиссимус – «Тяжело в учении – легко в походе». Уже прощаясь, Худ выдал мне «домашнее задание»: