Выбери любимый жанр

Вторая попытка (СИ) - Демченко Антон - Страница 2


Изменить размер шрифта:

2

Рука непроизвольно потянулась к подбородку, в поисках небольшого треугольного шрама, полученного в детской драке, но наткнулась лишь на нежную ребячью кожу, не знавшую не только бритвы, но даже юношеского пушка. Хм, лет пятнадцать-шестнадцать, да? У меня и в ТОТ раз первые намёки на щетину появились лет в семнадцать. Эх, помню-помню, как завидовал своим одногодкам по этому поводу. Здесь, очевидно дела обстоят так же... если это, конечно, моё тело.

Тряхнув головой, всмотрелся получше в своё отражение и вздохнул. Похож, очень похож... но не я. Нет привычных отметин-шрамов, большую часть которых я получил в шебутном детском возрасте, зато имеются иные, в немалом количестве, но самое главное - глаза. У меня всегда были серые с прозеленью зенки. Помнится, в детстве, когда я что-то выпрашивал у матери и доставал её до печёнок, она всё фыркала, требуя, чтоб я своими болотами на неё не таращился. А у этого... тела, глаза почти чёрные. Тёмные-тёмные. Непривычно.

Я передёрнул плечами. М-да, жилистый персонаж, я, помнится, хоть задохликом в этом возрасте не был, но, кажется, всё же был похлипче. Или просто, нескладней?

- Налюбовался? - Я аж подпрыгнул от неожиданности, услышав этот голос. Обернулся, окинул взглядом стоящего в дверях старика совершенно деревенского вида, и вздохнул. Ну да, обстановка как бы намекает. Комната, в которой я очнулся, тоже не тянет на спальню в городской квартире.

- Да. - Хрипло ответил я.

- Вот и ладно. Надевай портки, и идём за стол. Старая как раз обед собрала. Заморим червячка, потом поговорим... о разном, хех. - Усмехнувшись в седые усы, дед ещё и поторопил, кивнув в сторону небольшого столика у кровати, на котором лежала стопка вещей, - ну, так и будешь столбом стоять?

- Иду. - Откликнулся я.

Тесёмки-завязки... одевшись по деревенской моде эдак семидесятилетней давности, я прошлёпал босыми ногами на выход из спальни и оказался в длинной комнате с огромной русской печью и лавками вдоль стен. Красный угол с потемневшими иконами под белёным потолком, массивный стол, за которым может разместиться немаленькая семья, домотканые половики-дорожки, низкие окна... старина так и прёт изо всех щелей. Куда ж меня занесло-то, а?

- Садись, юноша, потом оглядишься. - Старик, уже устроившийся на лавке чуть ли не под самыми образами, указал мне на табурет и, не дожидаясь, пока я выполню "повеление", отвёл взгляд куда-то в сторону. - Мать, скоро ты там? Мужики есть хотят!

- Потерпишь! - Откликнулся из-за занавески женский голос, но почти тут же его обладательница выплыла в комнату. Высокая, статная, в годах уже, правда, но... волос чёрен, голос силён, да и движется совсем не по-старушечьи. Походка плавная, взгляд ясный. Ох и непроста "мать". Совсем непроста.

Звучно брякнул об подставку на столе, пышущий жаром чугунок, тут же рядом оказались миски с соленьями и тарелка со свежими огурцами и помидорами. Мятая картошка со шкварками, ароматный домашний хлеб... от обилия притягательных запахов, я чуть не подавился слюной. В животе голодно заурчало, и едва в руке моей оказалась ложка... Как там? Дела подождут? Вот-вот. Я и не подозревал, насколько голоден, оказывается.

Стучат о чугунок деревянные ложки, мы с дедом словно соревнуемся в скорости, а хозяйка только посмеивается, глядя на наш безмолвный спор, и ест не торопясь, даже с какой-то ленцой. Странная пара.

Отвалившись от стола и переглянувшись со стариком, мы одновременно поднялись из-за стола и, поблагодарив хозяйку за обед, потопали... ну, собственно, первым потопал дед, демонстративно покряхтывая и только что не хватаясь за спину, а я пошёл следом за ним. Хлопнула дверь и, миновав небольшие сени, мы оказались во дворе. Но не успел старый сделать и пару шагов от входа в дом, как под ноги ему, с радостным лаем, вращая хвостом словно пропеллером, кинулся небольшой пёс и тут же принялся прыгать вокруг хозяина, выпрашивая то ли подачку, то ли ласку. Потрепав собакина по холке, дед указал ему на меня: "Свой". Пёс потянул носом воздух и, коротко тявкнув, исчез за какими-то кустами.

Усевшись на небольшой лавке под раскидистой яблоней, старик смерил меня коротким взглядом и, выудив из кармана кургузого пиджака расшитый кисет, принялся неторопливо сворачивать самокрутку. Молча... гад.

Поняв, что обещанная беседа откладывается на неопределённый срок, я, пожав плечами, огляделся по сторонам и, подхватив стоящий у стены дома чурбачок, уселся невдалеке от деда. Мне было о чём подумать и без разговоров.

Солнышко пригревает, в небе разливаются птичьи трели, а в моей многострадальной голове скользят странные мысли и не менее странные воспоминания, двоятся, разбегаются, сменяют друг друга, как в калейдоскопе. Так что сразу и не поймёшь, где мои, а где... его... здешнего меня, то бишь, шестнадцатилетнего оболтуса, без семьи и дома, невесть каким ветром занесённого в приазовские степи только для того, чтобы получить удар молнии во время ночёвки на кургане. Знакомый финал...

- Как себя чувствуешь, Ероха? - Окутавшись сизым дымом, неожиданно произнёс старик, выбивая меня из размышлений-воспоминаний.

- Голова побаливает, а так, вроде бы ничего. - Пожал я плечами, и тут же насторожился. Пусть память паренька пока и не открылась мне полностью, но в том, что он в глаза никогда не видел сидящего напротив меня старика, я был уверен. - А откуда вам моё имя известно?

- Так ты сам мне назвался. - Усмехнулся дед. - Пока я тебя с кургана нёс, ты раза три в себя приходил. Не помнишь?

- Нет. - Я осторожно покачал головой.

- Неудивительно. - Вздохнул мой собеседник. - Жар у тебя был такой, что старуха моя с ног сбилась, пока его не уняла.

- Я заболел?

- Простудился сильно. - Кивнул дед. - Позавчера ливень был, думаю, под него ты и попал. Ну да ничего, сегодня-завтра ещё может полихорадить, а там и выздоровеешь. Моя старуха, первая лекарка в округе, и не таких болезных на ноги ставила. Да и ты парень молодой, крепкий. Выдюжишь.

- Да я уже сейчас себя неплохо чувствую. - Признался я, прислушавшись к своему организму. И действительно, кроме небольшой головной боли, никаких недомоганий. Горло и лёгкие не дерёт, слабости не чувствую, да и температуры вроде бы нет. Если прав дед насчёт простуды, то его жена, действительно, кудесница. - А как я здесь оказался?

- Так говорю же, я тебя принёс. - Отозвался старик. - Ходил вчера за травами к курганам, там на тебя и наткнулся у погасшего кострища. Без вещей и одежды. Думаю, ты их просушить хотел, да сознание потерял, вот одёжка от костра и занялась.

- Не помню. - Вздохнул я. - Как под ливень попал, вроде бы вспоминаю, как на курган взбирался, подальше от воды. А что потом было... нет, не помню.

- Ну и ладно. Оно не к спеху. - Отмахнулся дед. - Оклемаешься, глядишь, оно и само вспомнится. А насчёт вещей не переживай, мы со старухой поможем, чем сможем.

- Спасибо. - Кивнул я и, чуть помедлив, спросил, мысленно укоряя себя за тормознутость. - Извините, а как мне к вам и вашей супруге обращаться?

- Хех, "супруге"... - Старик рассыпался сухим, коротким смешком. - Эка ты её... Я, дед Богдан, а жену мою Ружаной зовут.

- А... а по отчеству? - Уточнил я.

- Точно, городской. - Покивал своим мыслям мой собеседник и вздохнул. - Просто, дед Богдан и... тётка Ружана. Бабкой её называть не стоит. Рука у моей жены тяжёлая, да и ухват не легче. Как по спине перетянет, враз о радикулите забываю.

- Понял. - Кивнул я. - А что, дед Богдан, из моих вещей вообще ничего не осталось?

- Портки рваные, да кусок сумки. Ни денег, ни документов, ничего. - Развёл руками старик и, заметив, что я нахмурился, улыбнулся. - Да ты не переживай, Ероха. Вещи - тлен. Одежду я тебе сыновнюю дам, ему она уже не нужна, вырос, а как оклемаешься, съездим в юрт, там и бумаги тебе выправим.

- Спасибо, дед Богдан! - Я постарался улыбнуться в ответ. - За помощь и лечение, за участие. А одежда, вещи... я отработаю, честное слово.

2
Перейти на страницу:
Мир литературы

Жанры

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Техника

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело