Выбери любимый жанр

Крысиная башня - Дартс Павел - Страница 1


Изменить размер шрифта:

1

КРЫСИНАЯ БАШНЯ // Выжить в БП в городе // СБЫЧА МЕЧТ Наконец проход в квартиру соседнего подъезда был пробит. Ещё несколько ударов ломом, и в образовавшуюся дыру в стене можно было без труда пролезть, даже не зацепившись за торчащие из-под обрывков обоев обломки кирпичей. Олег, седой крепкий мужчина на вид лет сорока пяти, ломом пооббивал края дыры. Стоявший рядом Сергей, худощавый подвижный, как на шарнирах подросток, протолкнул в дыру лопату, пролез туда, и, пока отец отдыхал, развалясь на запорошенном пылью диване, зашуршал там, за стеной, сгребая лопатой в сторону обломки кирпича и штукатурки. Вскоре в дыре появилась его физиономия. Он вдруг стал задумчив: – Пап... А пап... Что-то мне в голову пришло... Ты говорил тогда про это вот, ну, как его – что если хотеть долго и упорно; или даже не ‘хотеть’, но об этом думать, – то ‘оно’ реализуется. Ну, желание. Само, типа. – Ну и?.. – у Олега от усталости не было никакого желания поддерживать беседу, он уже вяло думал, что делать дальше: надо бы... Нет, втроём мы тут прокопаемся долго... Надо это как-то механизировать... Или людей ‘нанять’?.. Но тема Сергея занимала: – Вот ты говорил, что мысли непременно реализуются, материализуются, но самым неожиданным зачастую образом, так? Примеры приводил... И вот смотри – помнишь ведь, ты хотел, может в шутку, заработать много денег и выкупить у соседей квартиру. И сделать проход. Чтоб у нас была аж пятикомнатная, а? – Ну, было... – Олег не вдумывался, куда он клонит; достав из-за пояса свой пистолет, люгер, и протирая его руковом от строительной пыли, он думал о дальнейшей фортификации, и о том, что вдвоём-втроём они копаются на пробивке дыр-лазов в стенах Башни слишком долго; что скоро зима, что идут тревожащие известия о начавшейся в округе эпидемии неизвестного гриппа, – свиного? Утиного? Собачьего? Крысиного, поди; крыс развелось... С водой нужно поскорее решать, да... Оружие... Да, оружие – это во-первых... – Ну вот – Сергей вылез обратно в комнату, прислонил лопату и лом к стене и оседлал стул в углу комнаты – теперь это, блин, считай, реализовалось... Соседняя квартира, считай, наша. И проход есть. Можно я там теперь спать буду? – Да пжалста. – Вот. Ты сам говорил: расширимся, типа... будешь жить рядом, но не вместе, будем друг к другу в гости ходить... Вот и будем ходить – сквозь стену лазить. А что? Главное – всё ведь по идее реализовалось – а уж как, это дело десятое! – Да уж... А ты и запомнил тот разговор? – отец потянулся и встал с дивана, засовывая пистолет опять за пояс, – Реализовалось, да. Ничего не попишешь – реализовалось... Ладно, давай этот мусор сгребём в мешки, пригодится что-нибудь закладывать, и наведём порядок хоть в первом приближении... – встал и взял лопату – Если ТАК все идеи будут реализовываться, то ну его нафиг... – Никуда не денешься! – Сергей уже весело подмигнул – У ‘мироздания’ заказано – получи и распишись! Ты же сам говорил! А как реализовано – то мироздание само решает! – Ладно – ладно. Мироздание... Мешок держи... – отец заскрёб по заваленному строительным мусором прежде лакированному паркету совковой лопатой. ПРО БУКАШКУ Этот разговор у нас с батей давно уже случился, я уж и не помню по какому поводу. Ни о чём разговор, так, между делом. Но я его запомнил, как всегда мне в память хорошо западали необычные, но логичные построения, – из батиных разговоров, или из книг ли. Потом... Потом он вспомнился, да. – Тут, Серый, есть такая теория... О множественности реальностей. Как бы это объяснить... Ну, вот то, что ты сейчас видишь, чувствуешь, осязаешь и обоняешь – это есть реальность. Это – твоя реальность, для тебя и здесь. Этих ‘реальностей’ может быть много. По теории – даже не то что ‘много’, а бесконечно много. В какой-то из этих реальностей мы сейчас с тобой так же разговариваем, только не я сижу, а ты стоишь, а наоборот... А в какой-то наплевали сегодня на все дела и смотались на рыбалку – вот прямо сегодня, сейчас! А в другой реальности и тебя нет, потому что мы с твоей мамой никогда не встретились... И все эти ‘реальности’ существуют одновременно! – Как такое может быть? – одновременно? – А как радиоволны? Тебя же ну удивляет, что всё пространство пронизано радиоволнами, и всем им ‘места хватает’? А почему? А потому что они разной длины, разной частоты – и спокойно уживаются в одном и том же пространстве. Они есть – чтобы их ощутить надо лишь приёмник и настроиться. Настроиться – понимаешь? Я задумался. Действительно, логично. А логику я всегда уважал. А батя продолжал: – Или вот само пространство. Вот представь одномерного человечка. Он может двигаться только по-прямой – он ведь одномерный! Из точки в точку. И он представить себе не может, что можно ‘идти в сторону’ – он такого просто не воспринимает! Как букашка, находящаяся в трубке – либо вперёд, либо назад. Но ‘назад’ – это в прошлое, это ‘букашка’ не умеет, и потому только вперёд. А потом представь, что букашка выползла из трубки на лист бумаги... Оп! – у неё кроме ‘вперёд-назад’ появилось ещё ‘влево’, ‘вправо’, ‘левее – и назад’, ‘правее – и ещё правее’, – понимаешь? У неё появилось новое изменение! – При чём тут это? – Это просто аналогия, для понимания того, что многое, что кажется нам невозможным, непостижимым – на самом деле вполне реально. В определённых условиях. Вот про букашку. На листе, да. А вот представь, что букашка ещё и умеет летать? Прикинь, насколько у неё увеличивается ‘пространство вариантов?’ Так, кстати, ещё в теории называют эти возможные реальности. Практически ведь бесконечно увеличиваются варианты! Куда захотела – туда и поползла или полетела. А находясь в трубке могла либо вперёд – либо на месте. Негусто, правда? Я это к тому, что варианты будущего... И настоящего тоже! – они всегда есть, просто мы не можем их видеть, ощущать, чувствовать... Переходить в другой вариант реальности, если уж доводить до абсолюта! – Фантастика, пап! Книги писать не пробовал? – Нет. Не пробовал. Ты подожди хихикать, ты улови, что я до тебя донести пытаюсь. Мы, человечество – сейчас та же букашка в трубке. Теоретически что-то представлять о том, что ‘за трубкой’ мы можем, но практически... Практически – нет доступа. В первую очередь потому, что мы, люди, не знаем ещё, что за ‘доступ’ туда может быть... Технические средства перемещения – они у человечества ведь пока те же, ‘одномерные’. Как если бы букашка изобрела бы мотоцикл, и научилась перемещаться в трубке быстрее. Но ведь всё равно – или вперёд, или на месте! Даже назад – и то невозможно! А чтобы ‘прогрызть трубку’ и оказаться ‘в пространстве’ – об этом и речь не идёт! Не знаем – как?.. – Пап... А может, всё это... Как это?... Отвлечённые умствования? Может, и нету ничего этого? Ты это так, из головы выдумал? – Пробовал. Не моё это. Ну, во-первых, не я выдумал. Об этом, о ‘множественности реальностей’, даже нельзя сказать, кто первый теорию кинул. Эта идея, можно сказать, носится в воздухе. И нельзя сказать, что это совсем отвлечённые умствования. К примеру, для индейцев майя фокусы с электричеством, – скажем, с натёртым шёлком янтарём, – только фокусы и есть, ‘отвлечённость’; а вот для нас электричество – вполне себе реальность. Или, к примеру, ту же радиоактивность – законы, ей управляющие, сначала вычислили, как говорится, ‘нашли на кончике пера’; и, казалось бы, зачем она? Какой с них толк? Жило человечаство сотни веков и без знания законов радиоактивности. Но – стали интересоваться, проводить опыты, потом расчёты – и вот, пожалуйста: атомная бомба! Или, скажем, атомная электростанция, не суть важно; главное – нашлось самое непосредственное применение этому ‘отвлечённому умствованию’. А эта теория есть, и многое объясняет. Знаешь, когда теория считается верной? Когда она может объяснить те явления, которые в рамках других теорий объяснить невозможно. – А что, что она может объяснить-то?.. – Ну вот например. Эффект предвидения. Ты знаешь – я человек вполне земной, от всей этой эзотерики и уфологии далёкий, но отмахиваться от фактов – это неразумно, согласись. Описано масса случаев, со средних веков и до наших дней, когда люди предвидели будущие события, причём так, что списать это только на случайности или на мошенничество, или на интуицию какую-то никак не получается! Да что говорить, даже у нас в семье... Ладно, тут не будем углубляться. А в теории ‘о множественности реальностей’ это объяснимо! Представь, что человек видит возможные варианты развития событий... Не ‘предвидит’ – в видит! Вот постараюсь объяснить через аналогию: вот представь ту же букашку в трубке. Трубка, скажем, раздваивается. И трубка, скажем, прозрачная. Не для всех букашек, которые вместе с ней идут скопом – а только для этой. Ну вот... Зрение у неё такое, рентгеновское, ха-ха. Жертва мутаций, так сказать... И вот она видит сквозь стенки, что эта вот трубка концом уходит в кастрюльку с водой. А вот эта – просто на стол. Но, поскольку та трубка, которая в кастрюльку, более широкая, и для путешествия по ней более комфортная – букашка-предсказатель ‘видит’ как по этой трубке все скопом прутся-прутся... и, в итоге, в кастрюльку! Представь, её ведь могли бы счесть провидцем, колдуном и так далее! А она просто тупо увидела куда выводит эта трубка... Даже нет, не так! Она видела кино, как в эту трубку полезли, и куда попали... Кстати, это объясняет даже и определённый процент непопаданий даже у самых дельных предсказателей. То есть они видят просто возможные варианты. Более или менее вероятные. Но, так как действительность, реальность – система не стабильная, не застывшая, то и то, что в другой реальности с тобой произошло – в этой может не случиться. Хотя бы просто потому, что ты об этом, о последствиях, задумался... Смотрел, небось, ‘Эффект бабочки’? Сергей кивнул. – Но это вот, что ‘может не случиться’, оно касается только мелких моментов... Частностей, так сказать. Скажем, ты вот такой ‘провидец’... Ты ‘видишь’ себя завтра, скажем, во сне – и что завтра идёт дождь... Если это действительно был не глюк, а предвидение, то... Ну, ты можешь завтра взять зонтик; или не так, как во сне, одеться – но дождь ты ‘отменить’ не можешь. Внятно? То же и с большими, глобальными вещами... – Занятно. Но как-то... Неприменимо, пап, к реальности! – Ээээ... Как знать! Скажем, если бы индейцам майя в доколумбовские времена рассказывать про третий закон Фарадея или про электрическую индукцию – это одно... Не поняли и не поверили бы. А если бы показать работающий электрический фонарик – совсем другое! Показал – поверили. И вот уже электростанция, фонари на улицах, радио... Главное ведь – поверить, понять, что это возможно! Но... Нет у нас фонарика. Но уже то понимание, что он – возможен, это уже многого стоит! Хотя бы просто для широты кругозора... Хотя... – А он – возможен? Может быть, и нет этого ничего, а? – Хороший вопрос задаёшь, молодец! Вижу, что вник в сказанное. Ну как сказать... Если бы этого вот, про что я говорю, не было вообще – кое что в мире, в жизни никак нельзя было бы объяснить... Может быть... Может быть не только эти ‘слои реальности’ существуют, но и мы перемещаемся по ним, только как и когда – не сознаём... Вот бывает же такое, когда снится тебе сон, реальный – дальше некуда! Реальнейший прямо! И... Ты в нём погибаешь. Но в последний миг перед гибелью – вдруг просыпаешься. Сердце колотится, весь в поту; руки, казалось бы, до сих пор ту ветку сжимают, которая обломилась, и ты полетел в пропасть, – но с облегчением осознаёшь, что это был сон... А был ли это сон? Или это был твой слой реальности, но ты каким-то образом успел из него выпрыгнуть, – в ту реальность, где это всего лишь ночной кошмар? Как знать... ЭПИЗОДЫ Иногда у меня болит голова. Довольно противное ощущение, хотя и не сказать что очень болезненное. Это ещё с детства. Что-то гудит, давит, я перестаю соображать где я нахожусь, и в россыпях каких-то дурацких искр вылазят картинки. В детстве – были просто картинки; как стал постарше – целые ролики стали проигрываться, – но зато значительно реже. Мама раньше водила меня к докторам, сам-то я не очень помню, но она говорит – обследовали, даже в этом, в ‘магнито-резонансном томографе’ просвечивали – здоров, говорят. В утешение сказали, что это ‘может быть признаком высокого интеллекта’, – меня мама с тех пор постоянно этим шпыняла, типа, ‘что-то не видно высокого интеллекта в твоих действиях и суждениях’ – но я старался не обращать на её подколки внимания. Я – это я, что тут непонятного? А всякие ‘их ожидания’ пусть с ними и остаются. В общем, мне это не особо жить мешало, можно и перетерпеть; тем более, что и случалось-то всё реже, не чаще раза в полгода; мама уже и успокаиваться стала, типа, ‘наверно, всё с возрастом пройдёт’, – а мне эти ‘глюки’ и особых неудобств в общем не доставляли, кромен последующей головной боли, но зато даже как-то интересно иногда – как кино смотришь, причём иногда и действующие лица знакомы – только в незнакомых обстоятельствах. Я для себя называл эти глюки ‘эпизодами’... *** Поздняя осень. Какой-то рынок, толкучка. Как в старом кино – все друг-другу что-то с рук предлагают, всем что-то надо – продать, или сменять. Не могу видеть всё – вижу только кусками. Прилично одетая, но сильно исхудавшая женщина, совсем незнакомая, с ввалившимися щеками и тёмными кругами под глазами, с тревожными глазами, всё спрашивает, спрашивает – ‘Где можно найти лекарства?’ Кто-то сторонится от неё, не отвечает; кто-то сочувственно пожимает плечами; наконец ей показывают на группу восточного вида мужчин, тусующихся возле лотка с жарящейся шаурмой. Через некоторое время она уже разговаривает с одним из них, с пожилым кавказцем. – Мне лекарства нужны, антибиотики. Есть у вас? Мне посоветовали к вам обратиться. – Правильно посоветовали, да. Что нужно, дарагая? – Вот... Список. Ребёнок у меня болеет. Сын. – Ааа... Вот. Ага. Есть, да. Вот это и вот это. И это... Ильхам, ты гляды – я на память помню, без бумажкы! – Савсем фармацефтам стал, нада тебе диплом дават, гы! – засмеялся стоящий рядом молодой джигит в нарядной коричневой кожаной куртке с вышитой арабской вязью на воротнике. – Да!..- заулыбался пожилой, и вновь углубился в мятый листок со списком, – Да, дарагая, есть. Это, вот это, и это. А вот это что – я ни знаю, надо нашего доктура спросить. – Спасибо – спасибо, этого будет достаточно! Это под выбор, этих вот двух позиций будет достаточно... – Пазицый... Да. Спасиба, – это харашо, да. Чем платить будишь? – А какая цена? Кавказец придвигается к ней поближе и быстро шевелит толстыми лиловыми губами, что-то перечисляя, закатывая глаза, чтобы вспомнить, загибая толстенькие пальцы с чёрными ногтями – подсчитывая. Женщина бледнеет, если это возможно для и так бледного, без косметики, лица. – Да как вы можете?.. Откуда ж у меня это? Кавказец пожимает плечами, сочувственно глядя на неё. – Но так ведь нельзя!.. У меня нет этого, я не могу платить такую цену! Вы, может, не поняли? У меня сын болен, ребёнок! За что такая цена? Ведь это простые антибиотики, они стоят... – Стояли, дарагая, стояли. Сийчас фсё па другому стоит, ти же знаиш... – Да, я знаю! Но не настолько же! И – откуда мне взять?? – Ни знаю, дарагая. Такой цена... – Как может быть ‘такой цена’, о чём вы говорите??! Ведь вы не производите эти лекарства, это – не ваше... Вы их даже не купили! Вы их... – она беспомощно оглядывается на стоящих вокруг, но видит только двоих – троих кавказцев, лениво прислушивающихся к разговору; всем остальным обитателям толкучки нет дела до их диалога. – Щто ‘ я их?..’ – теперь уже раздражённо прищуривается пожилой кавказец, – Щто? Ты хочишь сказать, что я их сваровал?? Нет! Тофик не вор, Тофик честный придприниматель, у меня и патент есть! Стоящие рядом друзья – соплеменники Тофика дружно смеются; а он, раздражаясь, продолжает: – Я ети ликарства спас! Спас, да! Из аптеки, из склада, да... Из разных аптеков, да. Тофик бы не забрал – всё бы так пропало, сгорело. Тибе бы нечего было сийчас спрашиват. А так – у Тофика есть, чиво ты против имеишь?? – Это очень дорого! Это невозможно дорого! Непостижимо! Где я это возьму?? Вы не поняли – речь идёт о ребёнке!! – Я понял, уважаемая. Ребёнка, да. Толька ето твой ребёнка. При чём тут Тофик? Есть цена – хочишь, – бери, ни хочишь – хади далше... Твой ребёнка! Пачему Тофик должен за тебя за твой ребёнка периживат, аааа?? Лечит ево – бесплатна, да? Ето твой ребёнка! У меня самаго пятеро дитей, да! И все кушать хатят! И балеют инагда, да! Женщина молча стоит, глядя на толстенького Тофика остановившимися глазами, холодный ветер несёт пыль и обрывки бумаги по асфальту, а он продолжает: – Ты есчо в то время, раньше, наверна, харашо жила, да? Красивый машина ездила, с шафёром; Тюрций-Мульций, Ебипет всякий атдыхать ездил? Муж бальшой начальник, а? Тофик в ето время на рынок овощ тарговал, да, чтобы семья садиржать! Ты багатый был, ты Тофик не замичал, ты думал, эта нармальна, и всигда так будит! Тофик тожи так думал! Нармална всё была! Патом ‘нармална’ кончилса. Овощ рынка нету, началник тоже нету. Живи как хочишь! Тофик покрутился, Тофик типерь ликарства имеет – чтобы твой ребёнка спасти ты магла! Чито тибе не нравицца?? Пачиму платить ни хочишь? Дорага? Для Тофика Тюрций-Мульций тожи дорага тагда был, Тофик не возмущался! Зачем ты нидавольна?? Есть цена – иди исчи деньга! Нет деньга – нет ликарства! -Вы... Вы... Да вы!.. – наконец вставил женщина, у неё перехватило дыхание от возмущения, – Вы жизнью готовы торговать! Вы!.. С вами надо... Вас надо!.. Мы! – Тофик теперь смотрел набычась, исподлобья, – Ты такой не первый. Хады отсюда, да. Будет деньга – прыходы. А пугат нас ни нада, да! – он кивнул в сторону; стоящий неподалёку крепыш в чёрном до пят просторном кожаном, явно с чужого плеча, плаще, отвернул полу, демонстрируя висящий на плече стволом вниз автомат Калашникова со снятым прикладом. Отвернувшись, женщина пошла в толпу. Плечи её вздрагивали. – Бать, вот скоты! – услышал я свой собственный голос, – Так ведь нельзя! – Они сейчас в своём праве. Многое изменилось, Крыс! – слышу я чей-то знакомый, похожий на батин, но не его, голос. ‘Крыс??’ ‘Картинка’ пропала. *** – Так ты думаешь, будет война? – спросил Толик – Обязательно будет – подтвердил батя. Они сидят на нашей кухне, но что-то в ней не то. Что – понять не могу. Не вижу. Самое смешное, что и кто такой Толик – я тоже не знаю. А батя с ним так, по свойски, беседует... Причём я знаю, что его зовут ‘Толик’, а кто такой – не знаю... Странно. – А кто с кем? Из-за чего? – Тут, Толян, вот какая штука. Войны начинаются не оттого, что кто-то с кем-то поссорился или что-то отобрать хочет. Во всяком случае серьёзные войны. Войны начинаются, когда обстановка так складывается, что без войны дальше – никак! Когда обстановка вынуждает. А кто и с кем, и тем более из-за чего – это вопрос чисто технический. Вот прикинь – Первая мировая началась с выстрелов некоего сербского анархиста в австро-венгерского какого-то типа наследника. И что? – через некоторое время вся Европа полыхала! Миллионы людей, которым сто лет не спёрся этот покойный эрцгерцог, убивали друг друга. Зачем? Да выстрелы в Сараево были просто предлогом! Если бы охрана подсуетилась, или браунинг Гаврилы Принципа дал бы осечку – ты что думаешь, мировой войны бы не случилось? Да хрен там. Через полгода, год, полтора – но война бы всё одно началась. Обстановка в мире этому способствовала, только и делов. И прикинь, – так везде и всегда. Что забыл Наполеон в России? Неужели из-за Прекрасной Елены греки резались с троянцами в Средней Азии аж несколько лет? Американцы во Вьетнаме воевали, чтобы отомстить за свой крейсер? И так далее, Толян, и так далее. Это и второй Мировой касается. И Третьей тоже. Понимаешь, Толян, просто всё уже готово. С чего-то и как-то начаться просто обязано. Но все опасаются первыми зажечь спичку. Хотя все сознают, что придётся. Но боятся начать. Ну и?.. Обязательно найдётся тот, что посчитает что вот для него сейчас самый выгодный момент – как Гитлер с провокацией на границе с Польшей, как потопление Луизитании, как Пёрл-Харбор; или просто у кого-нибудь нервы не выдержат... И понеслось... – Луизитания... Ну про Пёрл-Харбор, положим, я кино смотрел... – А!.. – Батя встряхнулся и изобразил улыбку – Старик, не бери в голову. Будет война, будет. А мы, как водится, не готовы. Вот и пошли готовиться. Война войной – а обед по расписанию. Вдруг война – а мы голодные?.. Серый, тебя тоже касается – айда обедать! Я потом как-то про это рассказал бате, он только пожал плечами – типа, не помнит такого разговора. Так, под хохмочки, закончился разговор о возможности войны. Серьёзной войны. Мы ещё не знали, что хохмочки тут были излишни. Война, как это раньше писалось в книгах, стояла на пороге. И не только война. Если бы просто – война... Но когда непонятно кто враг и с кем воевать... Когда врагом становится тот, с кем вчера сидел в кинотеатре в соседних креслах... ПИКНИК НА ОБОЧИНЕ Тут-то и вспомнилась та поездка в лес. Ну как ‘в лес’, – толпой, с ночёвкой. Типа ‘на пикник’. С этой поездки, наверное, всё и началось. Начало трещать и разваливаться. Нет, оно как бы и до того... В смысле, сейчас вот, оглядываясь назад, могу сказать, что и ‘до того’ – чувствовалось; но это только я сейчас понимаю. А тогда... Да, собственно после этой поездки в лес вся движуха и началась. Прошлым летом собрались в лес, ‘на выезд’. Мы так ездили каждый год время от времени – там озеро есть, под городом, километров в шестидесяти, тихое и красивое. Народу там минимум, лес с трёх сторон. Лес классный такой – и сосны прям в небо, и подлесок, кусты всякие, ёлки – нормальный такой лес. Стоит одна чья-то турбаза, за ограждением – там народу обычно немного и они тихие, а в остальном – только несколько рыбаков, да на выходных с десяток машин с такими же, как мы, отдыхальщиками. Я ездить туда не любил, если честно. Ну чё там делать? Взрослым, конечно, после города прикольно – палатки поставить, шашлычок, потом свои разговоры обо всём, да у костра водку пить... А мне чё там делать? Если там, раньше ещё, с Пашкой, сыном дяди Игоря, туда-сюда, – на надувной лодке по озеру поплавать, покупаться или ещё что. А так... Пашка уехал учиться в Чехию, типа в колледж с преподаванием английского; и мне туда ездить стало совсем кисло. Собственно, и ездили-то нечасто, – два-три раза за лето максимум. Мама тоже не больно-то любила, – нафиг надо, спать в палатке на пенке, комары опять же. Плавать она не любит, – если не пляж, типа как в Турции или в Испании, куда мы раньше каждый год ездили. Да и там тоже – больше в бассейне отеля, с подогревом; а не в море, как мы с батей. Но ездила, – а бате нравилось. А мне чо? Интернета нет... Базары эти ихние ‘на взрослые темы’... Опять же – от комаров чаще всего, особенно вечером, приходится мазаться, да срать на корточках в лесу... Ненавижу! Ты срёшь, – а неудобно! На корточках-то! – а какая-то сволочь вокруг летает, жужжит и норовит в голую жопу укусить... Не, не любил я это дело. Лучше у Антона на даче позависать, вот там классно! Девчонки, музон, БлэкиБлэк, мой друг, если ещё закатит, да заведёт свой рэп – вот там мы классно оттягивались! Но в тот раз что-то как-то мы собрались. И мне отмазаться не удалось, тоже пришлось ехать... Типа ‘Серёжа, надо время от времени и свежим воздухом дышать!..’ – как будто в городе я принципиально сижу у выхлопной трубы! Поехали тогда аж четырьмя машинами, – на нашем Пассате мы вчетвером: мама, батя, я и Граф, – наш нахальный чи-хуа-хуа-шка. Дядя Влад с женой Мариной на своём Паджеро. Дядя Игорь с женой тётей Ирой на новом клёвом Лексусе, – у них дела хорошо идут! И дядя Тимур с женой на Тауране. Такая большая банда собралась, все на тачках. Чо я тогда поехал, не отмазался? Я уже не помню. Мы ещё паковались возле дома, когда рядом тормознула тачка дяди Влада, – тогда ещё Паджеро, не новый, это потом он себе взял классную Шевроле. Вылезли, начали обнимацца, то да сё. Они-то живут в пригороде Мувска, в городе-спутнике; заехали попутно к нам. *** Олег заканчивал укладывать в багажник здоровенные сумки с походным барахлом и жрачкой, попутно переругиваясь по обыкновению с женой, – на тему ‘Чё ты тянешься, нельзя раньше было это упаковать?...’ и ‘Откуда я знаю, где твои кроссовки?..’ Лена тоже не оставалась в долгу: – Вот зачем ты ЭТО с собой прёшь? Вот что бы тебе в шортах не поехать, что ты в брюках собираешься, жарко же? – Шорты я взял, но мало ли. – Да ты посмотри, какая погода! И прогноз я в интернете посмотрела, – хорошую погоду обещают! Что ты вечно как в экспедицию собираешься?? Олег, в защитного цвета бундесовских штанах с боковыми карманами на бёдрах, с маленьким фонариком в чехле на кордуровом ремне и в любимой застиранной чёрной футболке, конечно, являл собой диссонанс с одетой в цветастый модный сарафан жене. – Так они погоду ‘обещают’, а не делают, и ни в коем случае не гарантируют! Так что случись что не по ним, – им ничего не предъявишь. Тебе тоже курточку надо взять. И кроссовки... – Дождевик ещё возьми!! Я прогноз смотрела... Скрип тормозов, – и из остановившегося рядом паджерчика вылазит радостный Владик, он в шортах, в цветастой гавайской рубахе-разлетайке и сланцах. Его жена Марина тут же начинают с Леной обсуждать что-то косметическое; Марина, фигурная дама лет сорока, вполне в теме. – Пр-и-и-в-е-ет! Долго ещё? – Влад хлопает батю по спине. – Ща-ща, Владик, видишь, уже почти. Ты палатку взял? – Не-а! У меня ж нету! – А прошлый раз? – Прошлый раз я у соседа брал, сейчас он сам куда-то на рыбалку собрался. Да нормально! Смотри какая погода! Я на улице буду, Маринка – в машине! Нормально! – Ну гляди... Наконец вещи были уложены и Олег захлопнул багажник. Оглядел Влада. – Ну, ты огурцом!.. Пузцо вон образовалось, как у беременного таракана! – Да ла-а-а-адно, пузц-о-о... Ничё не пузцо... А трудовая мозоль! – Владик заулыбался, пытаясь комично расправить узенькие плечи и втянуть действительно наметившееся пузцо. Владик работает программистом ‘в одной весьма серьёзной конторе’, и большей частью действительно ведёт малоподвижный образ жизни. Что, в общем, не мешает ему быть сибаритом, любителем женщин и вообще всяческих удовольствий. Он довольно эгоистичен, и, несмотря на любовь к семье, выложить очень порядочные для семейного бюджета деньги на понравившуюся ему, любимому, шмотку, а чаще – какой-либо электронный девайс, до которых он большой охотник, – для него явление вполне заурядное. Айфоны он вообще меняет как перчатки, умудряясь попользовавшись и перепродав, ещё и оставаться в прибыли. Кроме того руки у него заточены как надо, и ремонт у себя он делал сам, причём ремонт глобальный – со сносом стен, полной перепланировкой и тд. – Владик, ты как-то по пляжному... – Дык погода! – Хуч бы кроссовки одел... – Нафуя? – совершенно искренне изумляется Влад, – я ж на машине! – А случись что с машиной? – Чё бы вдруг? Да и не в пустыне живём, не в глухую тайгу едем! Давай, выдвигаемся, что ли? Олег махнул рукой. – Поехали. ‘Наша полянка’ оказалась свободной – как небольшой ‘карман – тупичок’ в стороне от основной поляны, где обычно останавливались все отдыхающие. Игорь, крепенький, упакованный в ‘фирму’, успешный бизнесмен, ‘сидящий’ на поставках какой-то комплектухи к городскому строительству ‘за откаты’, с женой Ирой, стройной для своего возраста брюнеткой, последовательно доставали из объёмистого багажника Лексуса необходимые для пикника вещи: огромную палатку с помещением-тамбуром, надувную лодку и насос, походные кресла и складной алюминиевый столик. Тимур, здоровый, накачанный мужик возрастом под полтинник, лысоватый и весёлый, уже поставил навес – большой шатёр на стойках, закончил крепить растяжки; разложил свой складной столик, и, выставив на него запотевшую бутылку водки и нержавеющие стальные походные стопочки, канючил у жены ‘Ну, Тамара, ну где помидорки?..’, а та отмахивалась: – Не успели приехать – тебе лишь бы нажраться! – Тама-а-ара! Так чо ехали тогда? День-то какой! – Мог бы и дома нажраться! – Тама-а-ра... Подъехавшим он искренне обрадовался, кинулся обниматься, и повлёк к столу: – Давай, давай!.. Первую! За приезд! День-то какой, а!.. После ‘первой’ дело пошло веселее; и вскоре лагерь был готов: большой шатёр-навес на растяжках, под ним – два сдвинутых столика, для готовки и для посуды, газовая плитка; машины табунком расположились поодаль, посредине поляны запылал костёр; а палатки – двухместные Олега и Тимура, шестиместная ‘с тамбуром’ – Игоря, – расположились по краям поляны, в кустах. Возле костра столпились разложенные походные стулья-кресла, ожидая принять утомлённые городскими делами тела. Пикник ‘с выездом на два дня’ начался как надо. Закончив с палаткой, Игорь с Олегом занялись мангалом; Владик, приветствуемый одобрительными возгласами, торжественно достал из багажника большую кастрюлю с гвоздём вечера – собственноручно замаринованным им шашлыком. Впереди были неоднократные возлияния, купание в чистейшем озере, солнечные ванны, шашлык – и посиделки за картами у костра. Вечер обещал быть не томным. *** Всё более бессвязные вечерние разговоры; в креслах, у костра, сыплющего искрами в тёмно-синее, но быстро чернеющее небо. Вертящийся между сидящих, выпрашивающий вкусняшки ненасытный Граф. Владик попробовал включить приёмник в машине, но весёленькая музыка вскоре прервалась очередными ‘... как нам сообщил наш специальный корреспондент, очередные столкновения молодёжи с полицией закончились...’; щёлкнул тумблером переключения, но и там тоже ‘... как сообщил неназвавшийся сотрудник Академии Агрокультуры, слухи о возможной нехватке продовольствия являются не более чем слухами. Современные успехи агрокультуры, помноженные на высокую урожайность и устойчивость к заболеваниям гибридных сортов позволяют с оптимизмом...’; ещё щелчок: ‘...нефтяники сообщают, что добыча чёрного золота не только не сокращается, но и, напротив, наращивается. В первом полугодии ими было дОбыто...’ – Ой, ну вот давайте хоть здесь без политики! – возмутилась жена Тимура, Тамара, и Владик, согласно кивнув, загнал в ченджер диск с лёгкой музычкой. Разговоры продолжались... – Люди не могут, не умеют зарезать свинью; да что там свинью – курицу не могут зарезать, – но в виртуальном мире они представляют себя супергероями! – Ну а что ты хочешь... Современная цивилизация – информационная! Информация решает всё!. Сейчас тупое производство уже не котируется, сейчас... – Да брось! Человек за тысячи лет нифига физиологически не изменился – так же хочет кушать, а потом какать. И кушать информацию он не научился, нет! Всё больше что-то материальное, и повкуснее! – ...Мы делали самопалы – трубка шпингалет... А нынешние играют в контрУ и ‘разбираются’ в хеклер-кох и М-4… Теоретически! Да что там – теоретически они даже водить танк и истребитель умеют – но только теоретически! – то есть не умеют НИЧЕГО! – Так им и не надо! У кого специальность такая – водить танк там, самолёт, – те и будут водить. А всем – не надо. – Так они и свою специальность тоже норовят знать только так – теоретически... Ты бы вот хотел, чтобы тебя оперировал хирург, скальпеля в своей жизни не державший, а специальность получивший по роликам в интернете?? – Ну, ты, старик, утрируешь... ... очень хорошо для кожи. Ты не поверишь – эффект как от бутокса, но без всяких иньекций!.. – ...Ага, думаю Шевроле брать. Нравится мне – сил нет! Не, конечно же не отечественную сборку! У нас такую модель и не выпускают!.. Постепенно разговор свёлся к ситуации в мире. Вернее, его ‘свёл’ к этому сам Олег, целенаправленно подталкивая беседу в интересующем его направлении. – Да-да, что делается, ужас-ужас!.. – Эти молодёжные банды... Куда только правительство смотрит? – Куда-куда... Ясно, куда... – У нас по соседству, на прошлой неделе... Вообще говорят, что это происходит от возмущений на Солнце... – Говорят, ага, это от излучения от Солнца. Геомагнитные бури там, все дела... Люди как с ума посходили... – Ка-а-акие там ‘солнечные возмущения’, о чём вы?? Заводы стоят, безработица. А все хотят вон как Игорь, на Лексусе ездить! Что им ещё и остаётся... – А вот, говорят, я читал – китайцы... У них сейчас там тоже не здорово... – А где сейчас ‘здорово’? В Штатах, и то... Олег молчал, спокойно выжидая, пока уляжется словестная накипь и можно будет продолжать. – Ну а что делать-то, что делать, Олег? Что мы можем сделать? Только и можем, что, пока есть возможность – наслаждаться жизнью! – Оно как бы одно другому ведь не мешает. Если ты в хороший денёк идёшь через дорогу, и наслаждаешься погодой – ты ведь всё равно не будешь перебегать дорогу перед машиной, остережёшься. Меры предосторожности примешь! – Ну а какие, какие меры-то? – Ну какие... В первую очередь – оценить, к чему мы идём. Чем это может кончиться. И как скоро. И вот тогда уже, оценив – соломки подстелить! – А, ты всё про свой Бэ Пэ речь ведёшь, про ‘Большой’, рифмующийся с ‘Песцом’? Ха-ха-ха! – Ясен пень, про него. Вы разве не чувствуете, к чему в мире дело клонится? – Да не слежу я... Ну, так-то, конечно... – Ёшкин кот, Олежа, это у тебя много времени, в интернете всякой хернёй интересоваться, ты бы покрутился как я, в бизнесе, когда поставщики, суки, раз за разом подводят последнее время, тебе б не до умствований было! Олег, на раз-два-три сознательно расслабившись, пропустил мимо ушей скрытый упрёк в безделье, и вновь: – Игорь, говорят, есть три вида безделья: ничего не делать, делать плохо, и делать ‘не то’. Уверен, что всё правильно делаешь?.. Что тогда постоянно про проблемы? А может быть, надо бы не в ту дверь стучаться, куда ты ломишься в последние годы; может нужно шире происходящим интересоваться? – ... – ... от Гарнье я пользовалась, после него кожа бархатистая как персик!.. – Да ты сам-то как это представляешь, ‘готовиться’? – Как представляю: накапливать ресурсы 1-го уровня. – А что это такое? Олег понял, что, к счастью, разговор не съехал на обычное нытьё о трудностях бызнеса, и, вроде бы, принял конструктивный оборот. У него ещё теплилась надежда ‘подвинуть’ их к тому, чтобы по возможности свернуть с той накатанной дорожки, по которой, как он был уверен, весь мир лихо и весело, под рэйвовские ритмы, катится в пропасть. Все там будем, да. Рано или поздно. Но лучше позже; не обязательно, как бы, быть в первом вагоне летящего под откос поезда... – Это, в общем, не самое рапространённое определение. Даже вообще нераспространённое. Честно говоря, это вообще я сам определение сформулировал. Олег подмигнул, усмехнулся. – Но оно работает. – Ну, ну, что это такое? – поторопил Игорь. – Первый уровень, – это то, что можно потреблять непосредственно, и что является неотъемлемым свойством, навыком, умением... Я понимаю, это излишне наукообразно звучит. Сейчас раскрою понятие: это, во-первых, то, что... чёрт, да я ведь и сказал – что можно непосредственно потреблять: пища, одежда, различное снаряжение... Оружие. Вон, у Тимура печка походная, я себе такую же куплю на днях – это тоже ценность первого рода, потому что ей можно непосредственно пользоваться. И навыки, и здоровье. Умение в сыром лесу костёр развести или полностью залеченные зубы, – это ценность первого рода. Или умение стрелять, и наличие соответствующего девайса. Лекарства, которые нужны постоянно. Умение хорошо водить машину. Плавать. Знать, как обеззараживать воду. И так далее, и тому подобное. Долго перечислять, да и ни к чему; думаю, и так поняли. В первую очередь – то, что потребляется ежедневно, то есть пища, доступ к воде, надёжное жильё, одежда... – Ага! – радостно откликнулся Владик, – Я вот планирую как раз купить такую ‘ценность первого рода’, – думаю обновить тачку, пока деньги есть. Я вот думаю... – А вот смотри, – вмешался Игорь, – Вот что у меня есть! Он встал, сделал несколько шагов к своей машине, щёлкнул замком багажника. Несколько секунд покопался там и достал объёмистый серебристый полиэтиленовый пакет, из которого извлёк и развернул шикарный горнолыжный комбинезон. Ярко-жёлтый, дутый, с красными стремительными, похожими на молнии, вставками. Все ахнули. Про Олега забыли, все сгрудились возле Игоря, щупая комбез и комментируя его на все лады, в основном в самых превосходных выражениях. Комбез, и вправду, внушал. Австрия, фирмА, 880 полновесных евро, зато какая вещь! Игорь со скрываемой гордостью рассказывал, как в этом комбезе катался этой зимой на горнолыжном курорте в Австрии же, насколько он тёплый и одновременно лёгкий. – Это не синтепон, не подумайте! И не полартек! Наполнитель – натуральный гагачий пух! Это сейчас себе только президенты позволить могут! И я! – подмигивая и радостно улыбаясь, сообщал он окружающим, – В нём в сугробе спать можно – не замёрзнешь! А лёгкий какой! На, потрогай! – Так, с зимы, и вожу в багажнике, – он ведь ничего не весит! – сообщил он, уже убирая комбинезон обра

1
Перейти на страницу:

Вы читаете книгу


Дартс Павел - Крысиная башня Крысиная башня
Мир литературы

Жанры

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Техника

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело