Выбери любимый жанр

Отчаяние драконов - Аренев Владимир - Страница 3


Изменить размер шрифта:

3

— Он замолчал, явно ожидая, что я отвечу на это скрытое обвинение (ведь наверняка это было обвинением, чем же еще?).

А я слишком удивился его словам и, не подумав, ляпнул:

— Когда мне довелось оказаться в Сиаут-Фиа в последний раз, ничего такого там не видел. Ни ураганов, ни сильных ветров, ни тем более разумных созданий Темного бога. Скажи, когда и кто наговорил тебе подобной чуши?

— Бродячий гном. Один из тех, что время от времени приходят и уходят своими потайными подземными дорогами. Этот гостил у нас ткарнов пятьдесят назад. — Старик наконец-то посмотрел на меня, долгим и пристальным взглядом, в котором таилось нечто… нечто. А потом снова уставился в пламя: — Да, ткарнов пятьдесят назад. И он сказал, что «подобная чушь» там творится уже примерно полвека. Вряд ли с тех пор в Сиаут-Фиа что-то изменилось к лучшему, не так ли? Только не в наши времена, только не в наши… И вот я задаю себе вопрос: как же получилось, что такой молодой человек столь давно был в Сиаут-Фиа? Как вообще мог быть?

Следовало выиграть время, отвлечь его от опасной темы — и я спросил:

— А что такое ткарн?

Старец легонько усмехнулся, как будто потешаясь над моими нехитрыми уловками:

— Раньше ткарн называли словом «год». Но ты ведь догадываешься об этом, незнакомец. Ты достаточно сообразителен, а то, что так неосторожно признался в своем неестественном долголетии, было лишь результатом твоего искреннего удивления по поводу «последних» известий из Сиаут-Фиа. — Он резко обернулся и посмотрел мне в глаза, вламываясь пронзительным взглядом прямо в душу. Голос старца зазвенел громко и властно: — Так кто же ты, странный оборванец, кто ты, существо, все тело которого украшено столь многочисленными шрамами? Клянусь, что некоторые из них остались от ран, обычно приводящих к смертельному исходу.

Я молчал, ошеломленный такой прозорливостью, не зная, что ответить. Я мог говорить ему все, что угодно, кроме правды, но подозревал: старик мгновенно почувствует ложь. А он между тем продолжал:

— Мне известны лишь две сущности, обладающие подобными качествами. Создатель и Темный бог. Но Создатель далеко. Выходит, ты — Темный бог? Если так, что же — тебе остается только убить меня. Ибо ты причинил достаточно горя и мне, и моему народу; и если не уничтожишь меня, я расскажу, кто ты таков, хэннальцам, и они зашвыряют тебя камнями.

— Вряд ли это было бы разумно — ты ведь сам заметил шрамы от «смертельных» ран. И потом, вдруг я достаточно могуществен, чтобы наложить на вас такое проклятье, которое будет вечно мучить и тебя, и твоих соотечественников? — (Разумеется, мне не под силу сделать что-либо подобное. Но он-то этого не знал.) Старец вздрогнул и поднял на меня пылающий взгляд.

— Так все-таки ты не Темный бог, — заключил он. — Хотя даже не подозреваешь, как близки твои слова к действительности. Но — кто же ты тогда? Неужели… — Старец как сидел, так и бухнулся на колени, покорно склоняя лысую голову. Седая борода опустилась на коврик и свилась в несколько колечек. — Создатель! Ты вернулся!

Мне пришлось встать и, обняв его за хрупкие плечи, заставить вернуться в нормальное положение. Старик дрожал всем телом, — видимо, переволновался. Оно и понятно.

— Нет, старик, — сказал я, когда он немного успокоился и больше не пытался бить поклоны, — нет, я не Создатель этого мира. Я простой человек, только… со странностями. Но поверь, я не причиню вреда ни тебе, ни другим долинщикам и покину вас как можно скорее.

— Хорошо, — кивнул старец, — я верю тебе. И допускаю, что существуют вещи, о которых ты бы предпочел умолчать. Но имя…

— Имя? Имен у меня много, — я усмехнулся, скрывая привычную горечь, — так уж получилось. Впрочем… В детстве меня звали Дреем. Надеюсь, не слишком сложно для произношения?

— Не слишком. А я — Вальрон. — Старик с достоинством поклонился. — Кое-кто добавляет к этому имени слово «мастер», но мне почему-то кажется, что скорей уж я должен буду обращаться к тебе подобным образом.

— Пустое, — Я махнул рукой, мысленно утирая пот со лба и вполне резонно полагая, что еще легко отделался. — Скажи-ка лучше, что ты имел в виду, когда говорил, что я случайно оказался прав, обмолвившись о вашем проклятии?

«Нужно же как-то разобраться с происходящим здесь; и сей вопрос не лучше и не хуже многих других».)

— Что я имел в виду? — переспросил старик. — Да то самое и имел. Над Хэнналом издавна довлеет проклятье, к которому имеет отношение сам Темный бог. Каждый ткарн в город прилетает дракон, чтобы выбрать одного из мужчин для поединка. Если в поединке побеждает дракон (а так чаще всего и случается), он забирает с собой тело убитого. Если же верх одерживает хэнналец, дракон на следующие десять ткарнов оставляет нас в покое.

— Странное проклятье. — Я был искренне удивлен, хотя и не совсем по тем причинам, о которых мог подумать старик. — А вы не пробовали?..

В ответ послышался тихий храп. Пока мы разговаривали, Вальрон все время смотрел на огонь. Я настолько привык к этому, что даже не заметил, как лысая голова старца постепенно склонилась к впалой груди, глаза закрылись

— он заснул. Разумеется, вполне могло статься, что сон этот ненатуральный, что это лишь уловка. Так сказать, во избежание нежелательных вопросов. Но в любом случае мне не оставалось ничего другого, как отступить. Я тихонько поднялся и пошел к выходу. На пороге задержался, оглянулся: Вальрон только сильнее всхрапнул и сонно проворчал какую-то фразу.

«Ладно, пускай спит».

Я вышел в коридор. «Ну, и куда дальше?»

Здесь было темно и прохладно. Я не помнил точно, в какой из комнат проснулся, поэтому пришлось действовать методом проб и ошибок. Почти на ощупь, призывая на помощь забастовавшую память, я медленно шагал по коридору. «Кажется, эта!» Я осторожно потянул за ручку, и дверь с тихим скрипом открылась.

Войдя в комнату, я некоторое время постоял, пытаясь привыкнуть к кромешной тьме, до краев наполнявшей помещение. Потом сделал пару шагов в ту сторону, где должна была (судя по всему) располагаться моя кровать. Направление, похоже, я выбрал неправильное, ибо вместо кровати нашарил руками множество палкоподобных деревянных предметов. «Метлы они тут хранят, что ли? Хотя откуда у метел крестовины. Скорее уж мечи — но кому, скажите на милость, понадобилось делать такое несусветное количество деревянных мечей?» До моей босой ноги кто-то дотронулся, и я отпрыгнул, выхватывая из кучи деревянный клинок. Остальные с ужасающим грохотом попадали на пол. Справа хриплый голосок раздосадованно выругался, а потом добавил, уже спокойнее:

— Опять промахнулся. Все из-за тебя, растяпы. Ты чего по дому шляешься, когда давно уже спать пора? Ну погоди, завтра тебя ГорлоПанл поучит, как в оружейную по ночам шастать да Транду мешать! Ну-ка, посмотрим, кому это не спится…

В комнате внезапно зажегся маленький светящийся шарик. Он взлетел под потолок и озарил оружейную мягким зеленоватым мерцанием, так что я наконец-то смог увидеть комнату, в которой оказался. Это был огромный (для подобного домика) зал, заполненный стойками с различным оружием, по большей части изготовленным из древесины. В дальнем от меня углу, на стойке с копьями, сидело небольшое — ростом с полметра — существо, которое и поносило меня на чем свет стоит. Потом (видимо, утомившись просто ругаться) оно спрыгнуло со стойки и прошлепало ко мне, не прекращая ворчать и возмущенно шевелить здоровенными ушами, похожими на крылья гигантской бабочки. Разумеется, это была горгулья, а вернее — горгуль, еще не старый и довольно неплохо образованный, судя по некоторым его ругательным фразочкам. Когда он присмотрелся ко мне и понял, что я вовсе не один из «этих скверных мальчишек, у которых нет никакого уважения к мудрому Транду», горгуль успокоился. Он задумчиво почесал свое левое ухо, производя при этом невероятный шум, и начал меня заинтересованно разглядывать. Я, разумеется, ответил тем же (в смысле осмотра собеседника, а не почесывания уха).

3
Перейти на страницу:
Мир литературы

Жанры

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Техника

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело